Системный Кузнец XI - Ярослав Мечников

— Пошёл! — я выплеснул в контур ещё одну порцию Ци. — Пошёл вон из моего камня!

[ФАЗА 3: АНСУЗ — РАССЕИВАНИЕ ВИТА-ЧАСТИЦ]

Третья руна включилась с сухим щелчком. Кристалл в центре круга вдруг поплыл. Из его граней, словно густой серый дым, начало сочиться нечто вязкое, едва видимое — не материя и не чистая энергия — субстанция напоминала мутную воду, которая вытекала в пространство штольни, закручиваясь в медленные, зловещие воронки.

Зверёк на наковальне взвизгнул. Огненная мышь, только что полная восторга, в ужасе спрыгнула на пол и забилась в самую дальнюю щель за постаментом.

Вой стал громче, переходя в утробный гул. Штольню начало трясти по-настоящему. С потолка посыпалась мелкая крошка, пара увесистых камешков ударила по плечу, но я не шелохнулся. Пальцы будто приросли к плите.

[ВНИМАНИЕ! Плотность Вита-частиц в замкнутом пространстве: Критическая!]

[Статус: Стабильно. Не прерывайте поток.]

Мне это совсем не нравилось. Амальгама светилась так ярко, что на неё больно было смотреть, а серые жгуты чужого сознания уже заполнили половину каверны. Казалось, ещё секунда и всё это рванёт, превратив меня и пещеру в пыль.

Вита-частицы кружили вокруг, задевая мои плечи холодными касаниями. И тут я совершил ошибку. Невольно сделал глубокий вдох.

Мир исчез.

Серый туман ворвался в разум, подменяя реальность видениями. Я больше не сидел на полу штольни, а парил в бесконечной и тёмной бездне, где не было ни верха, ни низа.

А потом увидел Его.

Существо огромное настолько, что глаз не мог охватить его целиком. Нечто чёрное, как сама гора, с панцирем, покрытым многовековыми наслоениями соли и камня. Глаза, размером с городские площади, светились холодным, древним светом. Оно напоминало колоссальную черепаху, медленно плывущую сквозь толщу мироздания, или чудовищную рыбу, чья чешуя — целые горные хребты.

Тьма, исходящая от него, давила, лишала возможности дышать. Это не просто зверь, а скорее какой-то Бог недр.

Штольню снова тряхнуло, возвращая меня в реальность. Я вынырнул из видения, жадно хватая ртом воздух. Руки дрожали, Ци в каналах едва не пошла вразнос.

«Только бы эта тварь не сидела в недрах острова прямо сейчас, — мелькнула дикая мысль. — И только бы она не почувствовала, как я ковыряюсь в её памяти».

[ПРОЦЕСС ИССЕЧЕНИЯ ЗАВЕРШЁН]

[РЕЗУЛЬТАТ: УСПЕШНО]

[ОЧИСТКА ВИТА-ЧАСТИЦ: 100 %]

[СОСТОЯНИЕ ОБЪЕКТА: СТАБИЛЬНО]

В какой-то момент серые жгуты, кружившие в воздухе каверны, начали бледнеть и таять. Как и обещала Система, руна Ансуз сделала своё дело — вытянутая из кристалла дрянь просто растворилась в пространстве, рассеиваясь среди серных испарений штольни.

Всё начало затихать. Гул, сотрясавший стены, сменился ровным шипением остывающего базальта. Я сидел в полной тишине, чувствуя, как отпускает виски. Камень в центре круга больше не выл и не пульсировал, а просто лежал на плите, сияющий, прозрачно-чистый, словно застывшая слеза вулкана.

Просидел так минут пять, не меньше, просто слушая собственное дыхание. В голове было пусто и звонко, как в выжженном лесу после пожара.

Шорох.

Зверёк, до того вжимавшийся в щель за наковальней, высунул нос. Повёл усиками-искрами, убеждаясь, что буря миновала, и медленно, короткими перебежками, двинулся к плите. На его мордочке снова читался тот самый воровской интерес.

— Даже не думай, — бросил я жёстко. — Я тебя предупредил. Мало мне древней черепахи в голове, ещё с тобой возиться.

Мышь замерла на полпути. Посмотрела на меня, жалобно пискнула и повесила ушки. Весь её вид так и лучился притворным раскаянием.

— То-то же, — одобрительно кивнул я.

Протянул руку и забрал Камень. Теперь тот ощущался иначе — холод остался, но он был естественным, без той липкой тяжести чужого взгляда. Я сунул руку в сумку, выудил остатки сухаря и кинул зверьку.

— На. За хорошее поведение.

Огненный комок поймал угощение прямо в воздухе, радостно пискнул и отскочил к Глотке, принявшись сосредоточенно хрустеть.

Я посмотрел на кристалл. Багровые и голубые искры внутри него переплелись в идеальном равновесии.

— Ну вот, здравствуй, — прошептал я. — Теперь нам никто не помешает. Кем бы ты там ни был в прошлой жизни, теперь ты мой.

В груди поднялось жаркое предвкушение — чувствовал, как сила манит меня. Плевать на Сальери с его «особыми заказами». Плевать на Гало и его арбалет. Хватит с меня роли послушного инструмента. Хватит вестись на чужую ложь и манипуляции.

Если Сальери хочет свой клинок — пусть платит. И платит золотом, а не обещаниями закрыть долг, которого на мне нет и никогда не было. Хватит быть слабым. Я сам буду устанавливать правила в этой игре.

Бережно уложил Камень в самодельный кожаный чехол под куртку. Тяжесть артефакта под Кузнёй Воли ощущалась как заряженный арбалет — опасно, мощно и правильно.

Повернулся к очагу. Нужно развести огонь, заварить траву Алекса и начинать поглощение. Руки уже тянулись к углям, когда мир вдруг резко накренился.

Удар пришёл изнутри.

В голове будто взорвался мешок с битым стеклом. Боль была такой силы, что я не успел даже вскрикнуть — просто рухнул на колени, хватая ртом воздух. Перед глазами заплясали серые пятна. Те самые Вита-частицы… видимо, всё-таки вдохнул слишком много.

— Твою… — вытолкнул с дыханием.

Меня скрючило на полу штольни. Тело выгибалось дугой, меридианы полыхали, а в мозгу, словно раскалённым клеймом, выжигались образы той исполинской твари из глубин. Мышь бегала вокруг, тревожно попискивая и тычась горячим носом мне в плечо, но я её почти не чувствовал.

[ВНИМАНИЕ! ЗАФИКСИРОВАНА ВНЕПЛАНОВАЯ ИНТЕГРАЦИЯ ОСТАТОЧНЫХ ВИТА-ЧАСТИЦ]

[АНАЛИЗ ДАННЫХ… ]

[ОБНАРУЖЕНЫ АРХАИЧНЫЕ МАТРИЦЫ СТРУКТУРНОЙ ПЛОТНОСТИ]

[ОБНОВЛЕНИЕ БИБЛИОТЕКИ ЧЕРТЕЖЕЙ… ]

Строки Системы мигали перед глазами, расплываясь в кровавом тумане.

[СФОРМИРОВАНЫ КОНЦЕПЦИИ: ТЯЖЁЛАЯ БРОНЯ ОРГАНИЧЕСКОГО ТИПА (РАНГ: ЭПИЧЕСКИЙ)]

[ПРОЕКТИРОВАНИЕ ОРУЖИЯ КЛАССА «ПРОБОЙНИК ГЛУБИН»…]

[ВЕРОЯТНОСТЬ ПРОБИТИЯ БРОНИ ТИПА «ЛЕВИАФАН»: 95 %]

Лежал на холодном базальте, чувствуя, как в память впечатываются схемы конструкций, от которых веяло чем-то древним и пугающим. Это не была инженерия людей, а скорее геометрия костей и чешуи.

Я задыхался, но сквозь боль на губах застыла безумная усмешка.

Теперь я знал, как убить этого зверя. И это знание стоило всего, через что прошёл.

Глава 19

Я сидел на холодном базальте, скрючившись, и тёр ладонями виски. Голова гудела тягучим, ватным туманом, сквозь который пробивались вспышки чужих образов.

Попытался встать — повело в сторону, и я снова опустился на колени. Ладно. Пока посижу.

В черепе творилось что-то несуразное, будто кто-то распахнул настежь дверь, через которую в мою голову высыпали телегу битого стекла, и теперь мне предстояло собрать из осколков что-то целое. Образы, схемы,