Повелитель гоблинов. Том 7 - Андрей Мельник

— Отправляемся сразу, как вернётся Спартак, но не позже чем через неделю, — продолжил я. — За это время участвуем в боевых тренировках и готовимся к экспедиции. Наша задача — не только подземелье зачистить, но и наладить добычу мрамора и основать аванпост. Это далеко, поэтому придётся много чего брать с собой. Подземелье — это не прогулка. Но для нас, с нашим опытом и составом, задача посильная.

Я сделал паузу, чтобы первая новость улеглась в головах. Рыбу никто больше не ел.

— А вторая новость только для тех, кто со мной на контракте. Так что ешьте. Потом останутся только Орочи, Тали, Миори и Унаги.

Все удивились, но лишних вопросов задавать не стали.

Мы спокойно поели, обсуждая возможные реформы и проведение новых законов в нашем маленьком государстве. И когда каша была съедена, а рыба обглодана, я отправил лишних слушателей следить за поведением новой армии чиновников, а сам полушёпотом принялся рассказывать ближайшим соратникам одну маленькую, но очень важную тайну…

— После освоения мраморных руин и налаживания поставок камня я активирую кое-что из наших стратегических запасов. Предмет легендарного ранга. Не буду уточнять, что именно. Стены тонкие, а уши у некоторых длиннее, чем положено… — Я посмотрел вверх, намекая на небеса, и несколько присутствующих инстинктивно проследили за моим взглядом. — Скажу одно: Дионис считает, что эта вещь может дать нам шанс на досрочное завершение турнира. Или, если выражаться прямо, на победу.

Услышав мои слова, все изменились в лицах, и стало невозможно понять, какие эмоции они испытывают.

— Но, — продолжил я, понизив голос, — это означает, что мы станем мишенью. Не для одного врага и не для двух. Для всех. Каждый бог и каждая цивилизация, узнавшая о наших намерениях, захочет нас остановить. Мы бросим вызов небесам, и небеса ответят.

Лица менялись на глазах. Тревога Миори — тонкая, почти незаметная. Тали нахмурилась ещё сильнее, её брови практически сошлись на переносице.

— Даже наши союзники будут ощущать угрозу, — добавил я. — Конкуренцию. Их боги будут поддерживать нас до тех пор, пока мы полезны, и стоит нам вырваться слишком далеко вперёд, даже среди друзей начнут появляться сомневающиеся. Единственный способ избежать удара в спину — связать всех воедино. Развить не только наши поселения, но и их. Привязать союзников к нашему успеху настолько крепко, чтобы предательство стало для них дороже верности. И при всём надо сохранять режим параноидальной секретности…

Дионис прямо сейчас занимается ровно тем же, чем и я. Собрание богов-союзников, расширение пантеона, решается вопрос с Посейдоном ради контроля морских путей. Он отвлекает внимание на себя, а значит, у меня есть окно, чтобы подготовить моих командиров. Но окно узкое и ненадёжное.

— Будет архисложно, — подвёл я черту, — но выполнимо. В одиночку мы не победим. А значит, мы обязаны гарантировать союзникам место рядом с нами на вершине и одновременно быть готовыми к тому, что кому-то из них это всё равно не понравится.

Миори медленно положила ложку на стол.

— Так что же это такое мы будем делать? — голос у неё был спокойным, но хвост метался из стороны в сторону.

Я посмотрел ей в глаза:

— Воевать со всем миром. И одновременно строить нечто, что затмит достижения всех остальных избранных, вместе взятых. Символ величия, ради которого нам понадобится каждый камень и каждая капля Веры. Я прошу вас проявить максимальную сосредоточенность и заразить перфекционизмом всех командиров и управленцев, которых мы обучаем. Вопросы?

За столом повисло молчание. Орочи отодвинул миску, расправил плечи и с размаху хлопнул по столу. Миски подпрыгнули от его могучей ладони.

— Скорее отправляемся в Мраморную пустыню! — рявкнул он с горящими глазами, и даже очки на его носу подпрыгнули от вибрации его голоса. — Мне страсть как хочется уделать своих коллег из прежнего мира и стать легендой! Частью команды победителя!

Я усмехнулся, глядя на него. Философ и молотобоец в одном лице, а радуется перед дракой, словно школьник. Впрочем, лучше такой энтузиазм, чем угрюмое молчание. Ведь он заразителен. Даже Тали позволила себе тень улыбки.

Ну, Дионис, я свою часть миссии выполнил. Надеюсь, и ты не облажаешься…

* * *

— Что⁈ — голос Геры раскатился по Чертогу, заставляя пламя в светильниках дрогнуть и вытянуться к потолку. — Грандиозное чудо света в твоих руках⁈ И ты молчал⁈

Дионис откинулся на спинку кресла, придерживая кубок двумя пальцами. Вино плескалось на края, но ни одна капля не пролилась. Опытный…

— Дорогая, ты кричишь так, будто я занял ванну… — Он сделал глоток и насладился вкусом, прежде чем поставил его перед собой. — Да, чертёж у моего избранного. И нет, я не молчал. Я думал, что делать с ним. Нужен был подходящий момент для обсуждения, и, кажется, он настал.

Гера подалась вперёд, упираясь ладонями в каменный стол. Глаза её полыхнули золотом. Красивая женщина, но страшная в гневе, потому как убеждённая, что весь мир обязан докладывать ей о каждой мелочи.

— Дионис… Я тебя придушить хочу сильнее, чем своего бывшего муженька!

— Сочту это за комплимент, — слегка кивнул ей с улыбкой Дионис. — Но давайте по делу. Чертёж у меня. Но это не повод для истерики. Это возможность для всех нас. Я готов отдать его любому из вас, если ваш избранный покажет, что достоин. Если его цивилизация обходит моего балбеса в развитии. Я давно не открывал таблицу лидеров… Может, у вас есть подходящие кандидаты? Желательно на отшибе мира, способные построить нечто подобное, изолировать место стройки от конкурентов и параллельно вести войну в пограничье?

Он выдержал паузу и посмотрел на собравшихся. Четверо богов за столом, у всех свои амбиции и расчёты. Все прикидывают варианты и… молчат.

Гермес, сидящий в углу, медленно наклонил голову и нарушил тишину:

— Хм, так вот зачем тебе нужен Посейдон… — Он сложил пальцы домиком и уставился на Диониса. — Хочешь прикрыть свою уязвимость — море.

Дионис не ответил, но уголок его губ дрогнул. Гермес и в прежние времена был слишком проницателен для бога-торговца. Впрочем, именно за это его и стоило держать в альянсе.

Аид молчал. Полускрытый тенью, он сидел в дальнем конце стола и размеренно покачивал в пальцах маленькую рюмку из чёрного стекла. Потом опрокинул содержимое в себя и с запрокинутой головой выдохнул. Синее пламя преисподней ударило из его рта вверх, лизнуло потолок и растворилось в темноте. Затем резко дёрнул головой вправо, отчего по залу прокатился хруст позвонков. Он медленно повернулся к Дионису и уставился на него с лёгкой улыбкой.

— Я