Выживала. Том 4 - Arladaar

Сначала вырвали траву, потом срубили и установили таган. Григорий Тимофеевич спустился в овражек и набрал вкуснейшей свежайшей воды, от которой ломило зубы. По очереди сначала напились прямо из чайника, потом ещё раз набрали. Батя нарвал листья дикой смородины и сразу же бросил в чайник, для аромата.

Дров навалом, под берёзами валялись целые залежи сухого валежника, осталось только принести его и наломать. Через короткое время уже загорелся костёр, на него повесили таган.

— Картошки уже мало, — предупредила Мария Константиновна. — На эту уху хватит и всё.

— Пусть! — махнул рукой Василий. — Будем без картошки обходиться, вон, хлеб есть, его можно в варево бросать. Хлеба у нас навалом.

Картошку женщины начистили прямо у ручья, потом положили в котёл и повесили на таган. Когда закипела, положили рыбу. Рыбы было много, поэтому уха опять получилась густая и до чего же вкусная! Даже Анастасии охладили и дали на обед уху с кусочком хариуса, и она ела её с большим удовольствием.

После того как пообедали, не спеша попили горячий чай со смородиновыми листьями, и он был такой душистый, что хотелось за первой кружкой выпить ещё одну.

— Ну вот, порядок, ребята! — сыто сказал Василий и пополз в палатку. — Давайте немного передохнём.

Естественно, передохнуть был никто не против, поэтому накрыли котёл с остатками ухи газетой, прижав её палкой, убрали хлеб и заползли в палатки отдыхать. Время примерно 3 часа дня. Жара стала ещё более сильной, но здесь, в тени большой берёзы, рядом с овражками, было очень хорошо, и даже комар не досаждал, частично разогнанный дымом от костра. Впрочем, антикомариной мазью мазались регулярно, наносили на одежду, поэтому никаких проблем не было, да и к неприятному запаху уже привыкли.

Женька тоже после обеда почувствовал большую усталость: сказывался долгий путь, который миновали сегодня, поднимаясь и спускаясь по склонам, перелезая через поваленные деревья, продвигаясь по высокому бурьяну. В общем, вкусил полностью таёжную прогулку, поэтому заполз в палатку, почувствовал, как рядом с ним положили сонную Анастасию, и уснул. Когда проснулся, солнце повернуло на вечер, легли длинные тени. Время было примерно 18 часов.

Понемногу начали просыпаться остальные. Женька захотел в туалет, выполз из палатки и носом уткнулся в гриб, растущий прямо в траве.

— Во, это что такое? — с удивлением спросил он и осторожно сорвал гриб.

Это был гнилой переросший подберёзовик, рассыпавшийся в руках.

— Смотрите, я гриб пошёл! — заявил Женька. — Неужели уже пошли?

— У нас подберёзовики и подосиновики начинают с середины июня расти! — подтвердил Василий. — Конечно, это не осенний гриб, а летний, маловато их, но найти можно. Вот чем сейчас и будем заниматься.

Когда вся экспедиция проснулась, разошлись по округе в поисках грибов, и они нашлись! Как Василий говорил, было немного, но попадались. Женька нашел несколько молодых подберезовиков и пару бычков. Бычки не стал брать: считались они условно съедобными, их надо было вымачивать, и возиться с ними не хотелось. Вообще, под берёзами грибов было много, но многие были старые и червивые. Но всё-таки всеобщими усилиями нашли примерно ведро молодых свежих подберёзовиков, подосиновиков и белых.

— Вот это дело! — весело сказал батя. — Есть на вечер закуска!

Да, определенно это было очень хорошее место для стоянки…

Глава 25

Третий день

Конечно, Женька, как бывший Выживала прекрасно знал способ, которым отец предложил приготовить грибы. На рожнах! Сковородки-то не было! Это при сплаве обычно захватывают с собой сковородку и подсолнечное масло, то есть имеется всё для жарки. При многодневном пешем походе тащить сковородку и подсолнечное масло нерационально, лишний груз, но при этом жареного иногда хочется. В таком случае всегда выручит жарка на рожнах — тонких заострённых веточках, таких же, на которых Женька с отцом жарили сосиски, когда ходили рыбачить на озеро. Правда, для того чтобы пожарить грибы, нужно обладать некими начальными навыками. Женька ими обладал.

Во-первых, грибы должны быть молодые, во-вторых, не раскисшие, иначе будут валиться с рожнов, во-вторых, ни в коем случае их не нужно мочить, чтобы они не пропитались лишней водой. В-третьих, перебирать нужно прямо у костра, мыть не следует, только тщательно убрать лесной сор. В-четвёртых, солить необходимо только перед готовностью.

Немного погодя, когда тени совсем сгустились и наступил вечер, снова разожгли костёр и приступили к жарке. Женька нарезал в овраге тоненькие палочки из тальниковых веток, заострил их, раздал каждому по одной, потом взял пару молодых крепких подберёзовиков, очистил их, разрезал маленькими кусочками и насадил на рожну, как мясо на шашлык. Потом аккуратно подносил к углям и жарил, часто переворачивая, до тех пор, пока не образовалась корочка. Перед тем как грибы приготовились, посыпал их солью.

— Вот и весь рецепт! — с важностью заявил Женька. — Была бы ещё какая-нибудь приправа, типа прованских трав или соевого соуса, было бы вообще замечательно.

— Не знаю, откуда ты набрался таких слов про какие-то там приправы и Прованс, но у нас есть чёрный перец! — заявил Васька и показал солонку. — Кто хочет, заправляйте.

Ужин растянулся надолго, ведь была ещё и уха. Как хорошо после грибов поесть остатки вкуснейшей ухи! Настроение было прекрасное. Наслаждались хорошей погодой, походной едой, свежим воздухом и вообще текущим моментом.

Анастасия в панамке и костюмчике резвилась на расстеленном покрывале и уже успела познакомиться со всеми, со всеми пыталась разговаривать и заводить знакомство. Судя по всему, Настя уже привыкла к походной жизни и с большим удовольствием проводила время на свежем воздухе. При этом Женька и Мария Константиновна зорко следили, чтобы ничего не тянула в рот.

Взрослые, разговаривали и решали, что делать дальше. Отсюда уже никуда уходить не хотелось.

— Давайте сделаем так, — предложил Василий. — Завтра мы с Гришкой пойдём разведаем обстановку, что здесь находится поблизости, какие есть пути дальнейшего продвижения. Если вокруг одна глушь, дальше не полезем. Делать там нечего.

— Я тоже с вами хочу! — сказал Женька.

— Хочешь, значит, пойдём! — пожал плечами Василий. — Парень ты здравый, разумный. Я думаю, пригодишься.

Колька с Наташкой возражать против того, чтобы остаться в лагере, не стали. Люди они были молодые, к таёжной жизни не очень привыкшие, для них поход по тайге значил лишь развлечение, а развлечений они сегодня хлебнули по самое не хочу.

Потом солнце село за горы, и на лес опустилась густая тьма. Под берёзами стало совсем темно, сразу же появились тучи комаров и мошки, хорошо,