Возвращение России - Влад Тарханов

её. Зачитанное сообщение вызвало состояние шока у присутствующих. Караван военно-транспортных кораблей с двумя дивизиями пехоты, которые должны были очистить Сахалин от присутствия русских, тем более что и на самом острове военных частей хватало, сопровождал серьезный конвой: броненосец «Ивами»[3], броненосный крейсер «Якумо» и пара эсминцев: «Анаями» и «Асагири». Учитывая слабость морских сил России (во Владивостоке никакого корабля крупнее эсминца не значилось) этот эскорт посчитали более чем достаточным. Второй отряд — две дивизии транспортами шли под прикрытием броненосцев «Танго»[4] и «Мисима»[5], броненосного крейсера «Иватэ», легких крейсеров «Тонэ» и «Титосе», кроме них включили группу тральщиков, ледоколов и три эсминца «Сираюки», «Новакэ», «Сиротаэ». Их задачей стал Владивосток. Войти в порт (всё-таки союзники, как никак), высадить десант и взять город под контроль.

Не доходя до Сахалина, эскадра подверглась налету тридцати семи больших самолетов типа «Илья Муромец», с самолетов сбрасывали бомбы и бочки с зажигательной смесью, из-за которой на кораблях возникли пожары, которые не удавалось потушить. Все транспорты сгорели, из эскорта спасся только юркий эсминец «Асагири», который сумел избежать попаданий и бомб, и зажигательной смеси. На «Ивами» сдетонировал боекомплект, расположенной у первой башни главного калибра. Чтобы спасти корабль, были затоплены артиллерийские погреба, но хватило и взрывов тех снарядов, которые заранее подняли к орудиям. Броненосец готовился своим огнем прикрывать высадку десанта. «Якумо» спасти не удалось, «Ивами» в совершенно непотребном виде пытались отбуксировать в Японию, но во время шторма броненосец ушёл на дно морское. На «Анаяме» бомба попала в котельное отделение, эсминец взорвался и затонул. Эскадра, целью которой был Владивосток[6] вернулась тоже ни с чем, хотя ее потери были не столь существенными: от огня береговых батарей затонул легкий бронепалубный крейсер «Тонэ», существенные повреждения получил броненосец «Мисима» и крейсер «Иватэ». Но появление полутора десятков «Муромцев», атаковавших исключительно транспорты с пехотой, сделали свое черное дело: потери десанта составили одиннадцать тысяч человек, после чего было принято решение экспедицию сворачивать.[7]

Дабы не смущать читателя цветастыми оборотами японских традиционных обращений, я передам разговор между политиками Страны Восходящего Солнца в более привычной европейцам манере.

— Это провал! — достаточно эмоционально воскликнул Хара Такаси.

— Это не только провал. — довольно рассудительно ответил господин Тоан[8]. — Это еще и возможность. Начнем с того, чей это провал. Это провал милитаристов, Като Томасобуро и Ямамото Гомбэя. Это их инициатива. Официально император такой приказ не отдавал! Расчет был на то, что мы захватим Сахалин и Владивосток. Затем, под давлением дипломатов Британии и Франции покинем Владивосток, но оставим за собой Сахалин. Расчет строился на то, что нашему флоту и десанту русским нечего будет противопоставить.

— Но то, как русские встретили нас, говорит о том, что им стало всё известно заранее. — заметил Цуёси Инукаи, человек недюжинного ума, умеющий анализировать ситуацию и замечать важнейшие нюансы.

— Вы абсолютно правы, господин Цуёси! И это тоже серьезный упрек в сторону наших милитаристов. Такие операции нельзя проводить так безобразно. С военной точки зрения ситуация такова: мы не сможем нанести России серьезного поражения. Но и Москва не сможет дотянуться до Токио и нанести нам сколь существенный урон. Война сейчас не выгодна ни нам, ни русским. Нужен выход, при котором мы могли бы сохранить лицо…

— Господа, а вы заметили, что Михаил дважды заметил, что майору… э… Ясироко не дадут уйти достойно, сделать сепукку? Вам не кажется, что это намёк? — предположил Одзаки Юкио.

— Это интересно, господа! Очень может быть! Еси мы представим эту операцию как своеволие военной клики, то сможем наших противников приструнить, кое-кого и убрать, поставив на их место наших людей. Сбить влияние милитаристов — это уже большой плюс. А дальше… Дальше император проявит милость к своим подданным: в частности, будет просить царя разрешить майору Ясироко уйти достойно, сделаем какие-то уступки, ничего не поделаешь, придется. Затяжная война в такой конфигурации нам не нужна. Сейчас не нужна. Она отвлекает наши силы от Китая. Закрепившись в Южном Китае, мы сможем окончательно подмять под себя всю Поднебесную с ее огромными ресурсами.

— Господа! Нам надо…

Но тут речь Величественного князя прервал технический работник посольства, доставивший ещё одну шифрограмму. Расшифровав её, гэнро[9] Сайондзи посерел лицом.

— Совершенно неожиданно русские перешли в наступление на Сахалине. Наши части сами готовились атаковать, им нанесли серьезное поражение! Вы понимаете, что это значит? — князь обвёл взглядом присутствующих. Никто не хотел озвучивать самое неприятное предположение. — Ну что же, скажу я. Сахалин придётся отдавать! Мы вернем его вместе с Приморьем и Амуром. Но несколько позже. Нам надо как-то договориться с Михаилом. Кажется… (Тоан выдержал небольшую паузу) У меня есть чем его удивить.

[1] Ямато — фамилия, если это можно так назвать, императорского рода Японии

[2] Напомню, что у японцев сначала идет фамилия, а потом только имя. Особенности национального менталитета.

[3] Бывший русский броненосец «Орёл», захваченный во время Цусимского сражения.

[4] Бывший броненосец «Полтава», затопленный в Порт-Артуре, поднятый и отреставрированный японцами. В РИ был выкуплен у Японии и служил под именем «Чесма» в 1916 году. В нашей реальности трошки сэкономили.

[5] Бывший русский броненосец «Адмирал Сенявин», захвачен при Цусиме

[6] Напомню. Что в РИ именно с высадки японцев во Владивостоке в феврале 1918 года началась интервенция иностранных государств против Советской России.

[7] Конечно, сама телеграмма не имела всех этих подробностей, я их добавил сам, авторский произвол, простите, эти подробности стали известны несколько позже из газет. На пару дней всего!

[8] Тоан имеет китайские корни. В японском языке это имя или прозвище имеет значение «талантливый» или «величественный».

[9] Один из двенадцати тайных советников императора, человек неограниченного влияния на политику государства

Глава двадцать девятая

Некоторые вопросы чуть-чуть проясняются

Глава двадцать девятая

В которой некоторые вопросы чуть-чуть проясняются

Петроград. Казанский собор

11 апреля 1919 года

Нет, была у Петра мысль провести венчание в храме Святой Софии в Царьграде, но тут царя посетила его давешняя скромность да бережливость. И вообще-то сие деяние праздник семейный. Нет, конечно, обретенье супруги монархом — событие державного масштаба, но в первую очередь, оно касается СЕМЬИ. Ну а