Возвращение России - Влад Тарханов

в последнее время именно Казанский собор служил для подобных торжеств и обрядов рода Романовых. Так зачем нарушать традицию? Вот, французских монархов миром мазали в Руане, наплевать на то, что столица в Париже! Чем мы хуже?

Но прежде следует кратко доложить о прошедших событиях. Конец зимы выдался для Петра весьма загруженным и сложным. Сначала эта идиотская авантюра на Сахалине. У России в стране Ямато своих доверенных лиц откровенно мало было. Но неожиданно помогли немецкие коллеги. Точнее, сработали личные отношения двух генерал-майоров: Николаи и Вандама. Германцы в свое время тренировали японские сухопутные войска. И свои люди у них в армейских кругах, естественно, остались. Если бы операция проводилась исключительно силами флота, то о ней никто и не узнал бы (весьма вероятно), но для десанта привлекали пехоту. Таким образом сведения утекали в Берлин, а из Берлина в Москву. Сикорский не подвёл. К трём десяткам Муромцев добавилось еще почти полсотни за довольно короткий промежуток времени. И большая часть этой воздушной армады отправилась на Дальний Восток. В глухой тайге были расчищены взлетно-посадочные площадки, на которые завезли всё необходимое оборудование, боеприпасы и горючее. Германия тайно уступила в обмен на продовольствие России четыре подводные лодки океанского класса. Разместили их, конечно же, не во Владивостоке, где от разведок разных государств (в том числе и Японии) просто некуда было бы их спрятать. А вот Камчатка стала весьма удобным для этого местом. Тем более, глубокая бухта у Петропавловска оказалась просто предназначена для подобных целей. А наличие городка позволило еще и береговую инфраструктуру незаметно прикрыть. Не подвёл императора и химик Ипатьев. Он создал химическую горючую смесь на основе нефти, добавив в легкую фракцию загуститель и прилипатель. Получилось нечто, похожее на напалм. Причем эта адская смесь горела и в воде, тушить ее в море оказалось не просто сложно, а почти невозможно. И впервые ее создание, изготовление и потом доставка к месту боестолкновения проходила в режиме абсолютной секретности, что позволило преподнести потомкам самураев весьма неприятный сюрприз.

Больше сего императора коробило то, что его самолеты уничтожали русские же броненосцы, захваченные япошками при Цусиме и в Порт-Артуре. Увы, это горькое поражение еще долго будет икаться Российской империи. Ибо создавать флот — это очень дорого! А восстанавливать — ненамного дешевле. Особенно современный флот, который требует крепкой брони, мощной артиллерии и сложной механики. Отдельно надо сказать по поводу Сахалинской операции. Чтобы не нарушать негласных соглашений и не дать самураям повода для агрессии, пехотную дивизию переправляли на Сахалин под видом каторжан. В бой они пошли тоже в каторжных робах — под видом местного ополчения. Необходимую для наступления артиллерию доставляли под видом оборудования в разобранном виде и уже на месте собирали в одной из самых крупных мастерских острова. Ну а дальше — когда противник готовится к наступлению, встречный упреждающий удар может оказаться неприятнейшим сюрпризом.

Четырнадцатого марта 1919 года в Харбине был подписан мирный договор между Российской и Японской империями. По нему Сахалин возвращался под сень двуглавого орла, а вот Курилы вернуть не получилось — хотя бы потому, что надо было их сначала отвоевать. В этой ситуации, не смотря на превосходство российской армии в воздухе, нужны были и плавсредства для осуществления десанта, а при господстве на море противника это становилось авантюрой с бесполезной тратой людских ресурсов.

От господина Тоана Пётр узнал еще одну неприятную новость: за атакой на Сахалин и Владивосток стояли САСШ. В их планах было при захвате японцами Владивостока ввести туда и свой военный контингент и оттяпать кусок Сибири от России — под предлогом гарантий оплаты военных долгов. Ирония же этого события заключалась в том, что никаких долгов у Российской империи не было. Более того, американцы умудрились не поставить оружия и боеприпасов на весьма приличную сумму, за что им выплатили золотом, полностью, авансовым платежом! Но тут, как говорится: предупреждён. Следовательно, вооружен. И когда, после подписания мирного Стокгольмского договора президент Маршилл пытался соблазнить Петра концессиями для американских промышленников в Сибири, то получил весьма спокойный ответ, что этот вопрос будет рассматриваться только после того, как САСШ вернут России ее золото. И Маршаллу это предложение императора было как серпом по причинному месту.

А тридцать первого марта состоялся тайный визит к императору барона Ротчайлда, простите, но примерно так произносится на английский манер фамилия этих банкиров. Прибыл Лайонелл Уолтер Ротшильд, весьма эксцентрический представитель этого семейства. Его главным увлечением в жизни, конечно же, кроме управления семейными делами, была зоология. Будучи лидером еврейских сионистов, он добился от правительства декларации Бальфура, которая соглашалась с созданием еврейского государства в Палестине. И теперь приехал в Россию, договариваться с императором. О чём? Пётр был заинтригован. Хотя примерно и понимал спектр интересов его мартовского гостя. Их встреча состоялась в Финляндии, в небольшом охотничьем домике неподалеку от российско-шведской границы. Барон прибыл в простеньком наемном экипаже, запряженном обычными лошадьми, а не зебрами (как он ездил в Букингемский дворец) или слоновьими черепахами (на них он катался в своем поместье). Его тщательно загримировали, а одежда соответствовала облику среднего достатка клерка. И, как истинный бизнесмен, он предпочёл после краткого приветствия сразу же перейти к делу.

— Ваше Величество! Некоторое время назад мой отец получил от Российского императора Александра письмо, в котором предлагалось установить между нашими империями мир. Я имею ввиду финансовую империю Ротшильдов и империю Романовых, Ваше Величество. То, что ответа не последовало, я лично считаю огромной ошибкой! Простите меня за столь эмоциональное вступление, но я должен был это сказать, дабы, между нами, не оставалось никаких неясностей. Противоречия останутся, как без этого?

Пётр слушал велеречивого гостя не без интереса. Он относился к племени иудейскому без пренебрежения и без ненависти, а просто как к факту, который требуется принимать к вниманию. Тем более, что видел, как финансовые рычаги, которые оказались в руках представителя этого народа влияют на происходящее в этом мире. Беседа велась на французском, которым оба они прекрасно владели и происходила с глазу на глаз, что тоже устраивало их обоих.

— Господин Ротшильд, давайте перейдем от слов к делу. Начнем с самого главного: что вас ко мне привело. И не говорите, что это долги империи — этим занимаются ваши клерки. Должно быть нечто более значимое, или я не прав?

Барон тяжело вздохнул, необходимость открыть карты ему претила, но под давлением императора он не решился далее тянуть кота за яйца, простите меня за столь грубое сравнение.

— Ваше