Марвел Сингулярность - Tatoshka_kortoshka

Светящаяся сфера сорвалась с виртуального экрана и мягко, почти невесомо втянулась мне в грудь. Я ожидал вспышки боли или жесткой трансформации, но вместо этого почувствовал лишь странное, обволакивающее тепло. Оно разошлось от солнечного сплетения к кончикам пальцев, словно сплетая внутри меня невидимую эфирную сеть, готовую в любой момент вырваться наружу и защитить тех, кого я назову своими соратниками. Теперь я точно знал, что смогу чувствовать их пульс и степень угрозы на совершенно ином, метафизическом уровне.

Интерфейс плавно угас. В цоколе снова воцарился привычный полумрак, нарушаемый лишь далеким шумом ветра за крошечными вентиляционными окнами.

Я медленно поднялся по ступеням на первый этаж, чувствуя себя совершенно иначе, чем полчаса назад. Ощущение неприкаянности и легкой пустоты, преследовавшее меня после переезда, исчезло без следа. Пройдя в гостиную, я окинул взглядом просторные, пока еще полупустые комнаты и подошел к панорамному окну.

Там, за плотной стеной вековых сосен, собирался с силами новый мир. Фьюри наверняка уже перекраивал бюджеты под свой проект, Старк доводил до ума новые костюмы в мастерской Малибу, а Стив Роджерс всё еще спал во льдах своей комы. Скоро им всем предстоит столкнуться с угрозами, к которым они объективно не готовы.

Я провел ладонью по прохладному стеклу. Раньше я планировал просто держаться поближе к эпицентру событий, чтобы не упустить выгоду и не стать случайной жертвой. Но теперь правила игры изменились окончательно. С новым козырем в рукаве я больше не был просто одиноким танком-разрушителем.

Я стал якорем, способным удержать этих людей на краю бездны. Осталось лишь дождаться, когда одноглазый директор решит, что время пришло, и снова потянет за ниточки. А пока можно и наведаться к Чарльзу.

Я достал из кармана зашифрованный телефон для особых контактов и набрал заученный номер. Гудки шли долго. Наконец на том конце раздался хриплый, недовольный голос:

— Особняк Ксавье. Если вы хотите впарить нам печенье или поговорить о боге, вы ошиблись дверью.

— И тебе доброго утра, Логан, — усмехнулся я. — Передай Профессору, чтобы сегодня он отменил все лекции, поездки и даже послеобеденный чай на веранде. Я буду у вас через пару часов с новостями, которые заставят его изменить планы на ближайшее десятилетие.

— Парень, Чарльз не из тех, кто… — начал было мутант, но я его перебил.

— Просто передай. Он поймет.

Дорога до Вестчестера пролетела незаметно. Когда мой внедорожник зашуршал гравием по подъездной аллее Школы для одаренных подростков, тяжелые дубовые двери уже были распахнуты. На крыльце меня ждал Логан, скрестив на груди мускулистые руки. Рядом замерла Ороро Монро, провожая меня внимательным, настороженным взглядом. Видимо, Росомаха передал просьбу дословно, и теперь преподавательский состав гадал, что за бомбу я решил сбросить на их тихую обитель на этот раз.

Мы молча прошли по просторным коридорам до кабинета директора. Чарльз Ксавье сидел за массивным столом в инвалидном кресле, перебирая бумаги. Увидев меня, он тепло улыбнулся и отложил документы.

— Рад видеть тебя, Маркус. Логан сказал, твое дело не терпит отлагательств. Что-то случилось?

— Все в порядке, Профессор, — я прошел в центр комнаты. Краем глаза отметил, что Логан и Ороро остались у дверей, явно не собираясь оставлять нас наедине. — Дело касается лично вас. Точнее, вашей старой травмы.

В кабинете повисла звенящая тишина. Ксавье слегка нахмурился, его пальцы медленно сомкнулись на подлокотниках.

— Боюсь, я не совсем понимаю, к чему ты клонишь. Лучшие хирурги мира давно вынесли свой вердикт. Мой позвоночник…

— Профессор, вы же знаете, что моя мутация — это не просто физическая сила или регенерация, — мягко, но уверенно перебил я, выстраивая заранее подготовленную легенду. — Честно говоря, я сам до сих пор не до конца понимаю ее суть. Мой организм постоянно эволюционирует, адаптируясь к любым условиям. Но сегодня ночью произошел качественный скачок. Я обрел новую грань силы — способность создавать нечто вроде эфирного моста между собой и другим человеком.

Сделав паузу, чтобы дать им переварить информацию, я посмотрел Чарльзу прямо в глаза.

— Я могу забрать вашу боль. Могу перетянуть повреждения на себя, разделив эту ношу. И, учитывая мою регенерацию, то, что сломало вас, для моего тела станет лишь временным неудобством. Я пришел, чтобы поставить вас на ноги.

Ороро тихо ахнула, прикрыв рот ладонью. Логан напрягся так, что явственно хрустнули костяшки. Чарльз же остался внешне невозмутим, но воздух вокруг нас неуловимо потяжелел от мощного ментального всплеска.

— Маркус, это… невероятно благородное предложение, — голос Ксавье дрогнул, но он тут же взял себя в руки. — Но я вынужден отказаться. Разделять чужие увечья — противоестественно. Я живу с этим креслом долгие годы, оно стало частью меня. Я ни за что не позволю молодому человеку рисковать своим здоровьем, позвоночником и, возможно, жизнью ради моего комфорта. Это моя ноша.

— При всем уважении, Профессор, это не благородство, а упрямство, — жестко парировал я, делая шаг к столу. — Вы нужны миру не как символ страдания, а как лидер. Грядут темные времена, и Людям Икс понадобится командир, способный стоять с ними плечом к плечу. И не беспокойтесь за меня. Моя регенерация справится.

Не дожидаясь новых возражений, я подошел вплотную, положил руки ему на плечи и мысленно активировал «Солидарность Страдания».

Золотистое сияние, невидимое для обычного глаза, но явно ощутимое для присутствующих мутантов, вспыхнуло между нами. В ту же секунду мою поясницу словно пробило раскаленным ломом. Боль оказалась настолько адской и всепоглощающей, что перед глазами померкло. Навык мгновенно вытянул ровно пятьдесят процентов чудовищного, застарелого повреждения спинного мозга и обрушил этот ад на мой организм.

Я глухо зарычал сквозь стиснутые зубы. Колени подогнулись, но я устоял. Внутри уже бушевал пожар «Абсолютной Адаптации». Клетки бешено делились, разорванные нервные волокна сплетались заново, игнорируя законы биологии, выжигая паралич и возвращая мне полный контроль над телом.

— Боже мой… Маркус! — Чарльз судорожно вцепился в мои запястья. Его глаза расширились от шока. — Я… я чувствую свои бедра! Прекрати немедленно, ты убьешь себя!

— Дайте… мне… минуту, — прохрипел я, тяжело дыша.

Я уже был в полном порядке, адаптация завершила работу за пару секунд, выработав иммунитет к разрушению нервной системы. Но сейчас настал момент для чистого, неразбавленного искусства. Вспомнив пережитую секунду назад агонию, я заставил тело надрывно задрожать, искусственно сбил дыхание и вытолкнул на поверхность сознания образы запредельного истощения. Пусть лучший телепат планеты видит человека, балансирующего на грани жизни и смерти ради другого.

Выждав пару минут, пока тишина в кабинете