Крушение сурка. Том 2 - Владимир Алексеевич Абрамов

разорился? Не переживай, мы перенесём все невзгоды. Даже если ты разорился, то ничего страшного. У нас всё ещё осталась наша старая квартира. К тому же я не притронулась к тем трёмстам тысячам евро (не забываем о разнице курса между долларом и евро), которые ты мне присылал. Я так и думала, что стоит держать деньги на чёрный день. Я ещё немного накопила.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — Шульца пробило на нервный смех.

— Всё настолько плохо? — она с сочувствием вглядывалась в лицо мужа. — Нас будут преследовать кредиторы? Точно! Мне срочно нужно обналичить деньги, чтобы никто не сумел заблокировать их на банковских счетах.

— Прости, — притянул он к себе девушку и усадил на колени. Хотя её теперь сложно было назвать девушкой, ведь это была красивая стройная женщина тридцати лет, почти ровесница мужчины, который крепко её обнял. — С моими капиталами всё в порядке. Я просто думаю, что стоит продать половину акций и вложиться в другие, чтобы диверсифицировать финансовый портфель и уберечься от рисков обесценивания.

— Так сделай это, — успокоилась София. — Или есть какие-то сложности?

— Эм… — он набрал полную грудь воздуха, решаясь признаться. — Да, кое-какие сложности имеются. Это размер моих активов.

— Слишком мало денег, да? — с сочувствием посмотрела на мужа София. — Наши акции подешевели?

— Нет, — качнул он головой из стороны в сторону. — Наоборот, они в последнее время слишком сильно подорожали. Проблема в том, что стоимость моих акций слишком большая… Около двух миллиардов долларов. И если я выведу половину — миллиард, то это повлияет на курс в худшую сторону.

— А-а-а⁈ — в глазах Софии отобразился шок — они моментально остекленели, пока мозг пытался переварить услышанное. — Э-э-э… Два миллиона?

— Два миллиарда… — вздохнул Александр.

— Ах, миллиарда… — протянула она охрипшим голосом. — А я думала, мне послышалась. Милый, так мы что, миллиардеры⁈

— Ну, вроде того, — натянул он на лицо виноватую улыбку. — Но это только с этого года, и не факт, что такой расклад продержится долго. Стоит цене на фруктовые акции рухнуть, как наш капитал тут же существенно уменьшится. Стоимость капитала — это не совсем те деньги, которые есть у человека реально. Это лишь гипотетическая сумма, которую можно выручить на рынке в определённый момент. Так что на бумаге мы миллиардеры, а фактически у меня на счётах всего двадцать шесть миллионов долларов.

— ВСЕГО⁈ — выпучила глаза София. — Никогда не слышала, чтобы о миллионах баксов говорили ВСЕГО!!! Алекс, раз мы настолько богаты, то почему так живём?

— Как? — вздёрнул он бровь. — Нигде не работаем, при этом ни в чём не нуждаемся, питаемся отличными продуктами, живём в вилле на берегу моря, имеем спорткар без крыши, водим ребёнка в лучший детский сад, занимаемся своими хобби и летаем по всему миру, когда это нужно…

— Но… — её голос задрожал, пока она пыталась подобрать аргументы. — Но ведь вилла у нас арендованная, твой Порше стоил недорого, а мы тратим тысяч по десять в месяц.

— Минусы будут? — ухмыльнулся Александр.

— Эм… — растерялась его супруга.

— Какая разница, — продолжил он, — что вилла арендованная? Ты ощутишь разницу от проживания в своем доме и во взятом в аренду? Лично для меня ничего не меняется. Так зачем платить больше и привязывать себе к одному месту? Может быть, завтра ты захочешь отдать сына в Кембридж, и мы переедем в Великобританию. И что теперь — продавать подешевевший дом? Мы его просто оставим и арендуем особняк в Англии. Это экономично и утилитарно.

София попыталась вырваться из объятий мужа, но он поцеловал её, чем заставил прекратить нелепые попытки покинуть его колени. Он продолжил говорить:

— А машина… Мне просто нравится Порше Спайдер — он классный, дарит массу эмоций от поездок, при этом красиво смотрится. Все эти навороченные Феррари, Ламборгини и прочий шлак я считаю всего лишь тачками для понтов. К тому же, когда я покупал Порше, моё состояние было всего семь миллионов долларов, и я не хотел отрывать от него солидную часть ради понтовой жоповозки.

— Эм… — София не знала, что сказать. Аргументы мужа, казалось, обладали железобетонной логикой.

— Скромная жизнь? — продолжал он. — Так мы привлекаем к себе меньше внимания. Худшее для богатых людей без реальной власти — внимание к ним со стороны. Такого внимания можно не пережить. Хочешь, чтобы нашего сына похитили ради выкупа? Или хочешь, чтобы на нас периодически устраивали покушения? Софи, у меня нет никакой власти. Когда-то я лишь удачно вложил полмиллиона долларов. Эти вложения со временем превратились в два миллиарда. И это произошло совсем недавно, после того, как за фруктовые акции начали щедро выплачивать дивиденды. Или же ты хотела бы постоянно жить за высоким забором в окружении толпы телохранителей? Охранники ходили бы за тобой днём и ночью, дежурили возле спальни. Ты этого хочешь?

— Нет, не хочу, — замотала она головой из стороны в сторону. — Но мне кажется, ты утрируешь.

— Да ну? — губы мужчины криво изогнулись в насмешливой ухмылке.

Ссадив жену с коленей, он принялся за поиск на компьютере. Вскоре он повернул монитор к супруге и стал одну за другой открывать новости о том, как папарацци донимают богатых людей, как был похищен кто-то из семьи богачей. Таких статей нашлось множество. Глядя на них, София бледнела, пока её кожа не посерела от ужаса.

— Я дам тебе сколько угодно денег, — тихо произнёс в оглушительной тишине Александр. — Ты можешь тратить их как угодно. Хочешь скупить все бутики в городе? Пожалуйста. Только в таком случае мы вынуждены будем переехать на более уединённую виллу и завести десятка три телохранителей, плюс сменить автомобили на бронированные.

— НУ, НАФИГ! — заявила напуганная София. — Лучше мы будем жить, как и прежде. Всё равно мы никогда не испытывали недостатка. Но…

— Но⁈ — вздёрнул правую бровь Шульц.

— Переведи мне половину от своих сбережений! — голос Софии стал твёрдым. — Я тебе не доверяю. Ты ещё тот транжира. Спустишь всё на свои лимитированные винтовки. У меня эти деньги сохранятся в надёжности. Они станут нашим гарантом безопасности на случай, если ты вдруг разоришься.

— Без проблем, — ухмыльнулся он, доставая чековую книжку и выписывая чек на четырнадцать миллионов долларов. — Держи.

София несколько десятков секунд, застыв статуей, пялилась на число в чеке.

— Это реально четырнадцать миллионов? — недоверчиво протянула она.

— Да, — кивнул Александр. — Я бы сказал тебе тратить их как угодно, но зная тебя, уверен, что ты не потратишь оттуда ни цента.

— Почему четырнадцать, а не тринадцать? — продолжила она. — Это же больше половины.

— Тринадцать — плохое число, поэтому пусть будет четырнадцать.

— Сыну не говори что мы миллиардеры! — твёрдо