Системный рыбак 16 - Сергей Шиленко

— Примерно так и было.

— Тогда держи.

Порывшись здоровой рукой за пазухой, он вытащил плоский дорожный ларец размером с две ладони. Крышка щёлкнула, и я мысленно присвистнул: внутри ларец оказался глубже, чем снаружи. Пространственная работа, простенькая, но добротная. Аристократы. У них даже карманы с двойным дном в буквальном смысле.

Адриан достал из ларца полотняный пакет и положил на стол. Развязал его и подвинул ко мне.

— Угощайся. И вы все налетайте, тут на всех хватит.

В пакете лежали орехи. С виду обычная лещина, разве что крупнее, и скорлупа отливала бронзой. Я взял один, повертел. По скорлупе от макушки к основанию сбегали тонкие выпуклые прожилки. Я посчитал. Девять.

— Орехи Девяти Жил, — объявил Адриан с гордостью поставщика. — Малая секта Спящего Кедра задолжала нам за аренные поставки, расплатилась урожаем. Отец сначала ругался, а потом распробовал. Секта эти орехи для своих бойцов держит и для питомцев перед боями. Укрепляют тело, восстанавливают резерв. Медленно, зато без отката.

Я раздавил скорлупу пальцами.

Ядро внутри было восковым, с медовым отливом, и от него по девяти внутренним жилкам расходилось мягкое тепло. Я закинул его в рот и прикусил.

Хрум.

Так. Интересно. Сначала сливочная сладость, за ней смолистая горчинка, как у кедра, следом ореховая теплота и лёгкий солоноватый финал. Маслянистая плотность без тяжести. А главное, энергия. Она уходила из ядра девятью тонкими ручейками, и каждый ручеёк сам находил дорогу: один потёк в уставшие каналы, второй в мышцы, остальные разбежались по телу, как официанты по залу в час пик. Тихая вежливая подпитка, по глотку.

Продукт с собственной логистикой. В прошлой жизни я бы за такой ингредиент душу заложил, а тут его скармливают ящерам перед боями.

— Ну как? — спросил Адриан.

— Твоя секта сидит на золоте и топит им печку.

Рядом захрустели остальные. Клэйн сгрёб сразу горсть, Рейнар взял два и один, по привычке, протянул своему пятнистому ящеру. Селеста аккуратно расколола орех ножом для фруктов, попробовала и задумчиво посмотрела на пакет, прикидывая, полагаю, биржевую стоимость.

Идиллию прервал Ортвин. Управляющий подошёл к тенту с толстой папкой, и по его лицу сразу читалось: хороших новостей в этой папке нет.

— Госпожа Дайл, вы просили полную сверку по контрактам. Я закончил.

Вытерев пальцы, Элиза раскрыла папку и начала читать. Через минуту у неё дёрнулась бровь. Ещё через минуту она подняла голову. Так смотрят люди, которые пересчитали сдачу и поняли, что их обсчитали на порядок.

— Юный господин. Тут цены.

— Что с ними?

— Они занижены до предела. Контрагенты указаны прежние: пять торговых домов и три секты. Но расчёты и доставка по всем восьми внешним договорам почему-то шли через двух обязательных посредников — «Гельвиг и сыновья» и «Западную жилу». Оба, судя по подписям поручителей, принадлежат людям Клейнов. Плантации продавали люцерну этим домам по ставке, которая не покрывала даже прямых расходов на сбор, сушку и доставку. Содержание опор ложилось на нас отдельной статьёй расходов. А посредники перепродавали товар сектам и в соседние регионы втридорога.

Ортвин кивнул.

— Всё верно. Клейны торговали сами с собой. Недостачу и расходы на опоры закрывали внутренними авансами, а прибыль оставляли у торговых домов. Теперь авансы и квота на кристаллы остались у Клейнов, а у нас — их убыточные договоры. Цены зафиксированы на годы вперёд, и разорвать их без неустойки нельзя.

Вот оно что. Селеста оказалась права лишь формально: объёмы действительно уходили на экспорт, но сливки собирал совсем другой дом. Снаружи миллионное хозяйство, внутри — дойная корова, у которой молоко забирали до капли, а сено записывали в долг. Леопольд поставил на кон четыре сундука, заранее вынув из них всю прибыль.

— То есть даже с дождём… — начала Элиза.

— Даже с дождём мы вырастим прекрасный урожай и продадим его в убыток, — закончил я. — Земля спасена. Урожай спасён. А бизнес без нового источника дохода всё равно сожрёт сам себя.

Под тентом стало тихо. Марек с Юстом переглянулись: для рабочих такие новости всегда означают увольнение.

Я вертел в пальцах бронзовый орех и смотрел на широкие междурядья ближнего поля. Люцерна занимала ряды, а между ними лежала пустая, теперь напитанная дождём земля. Но контракты Клейнов касались только люцерны.

Так-так-так.

Цены на люцерну зафиксированы. А на всё остальное, что вырастет на этой земле, никаких договоров нет.

— Адриан.

— М?

— Сколько стоит горсть таких орехов на рынке?

— На рынке ты их не найдёшь, — он почесал затылок. — В свободной продаже их попросту нет, секта отпускает излишки под заказ, по золотому за дюжину. Отец за нашу партию списал долг в четыреста золотых и посчитал, что продешевил.

По золотому за дюжину. Люцерну мы продаём телегами за медь, а тут дюжина орехов тянет на золотой.

— У твоей секты есть семенной запас?

Адриан перестал жевать. Он посмотрел на меня, потом на междурядья, потом снова на меня, и на его лице медленно проступило понимание, а следом восторг.

— Шеф. Ты хочешь засадить междурядья орехом.

— Я хочу, чтобы дом Лирмонт предоставил семенной фонд, а плантации Винтерскай его вырастили. Позже добавим лекарственные травы. Ты получаешь право первоочередного выкупа урожая для арены и своих зверей.

— И долю, — быстро сказал Адриан. Купеческая кровь в нём проснулась мгновенно. — Десять процентов с ореховых продаж.

— Пять. Земля моя, дождь мой, работа моя.

— Семена мои, шеф. И договариваться со Спящим Кедром тоже мне. Восемь.

— Семь. И я кормлю твоих бойцов на арене по старому контракту ещё год без пересмотра цен.

ХЛОП!

Адриан припечатал здоровой ладонью по столу.

— По рукам! Элиза, записывай, пока он щедрый!

— Уже пишу, — Элиза действительно писала, и уголки губ у неё ползли вверх. — Семенной фонд от дома Лирмонт, доля семь процентов с ореховой выручки, первоочередной выкуп по рыночной цене. Юный господин, подпишете после обеда, я подготовлю два экземпляра.

Селеста отсалютовала мне недоеденным орехом.

— Господин Ив, я начинаю понимать, почему Клейны вас так не любят. Вы за одно утро превратили их дойную корову в свой золотой рудник.

— Ну что вы. Рудник будет к осени. Пока это просто грядка.

Заказ прибыл через два дня.

Адриан лично доставил мешок на паре наёмных лошадей с видом человека, везущего казну империи. Внутри обычной джутовой ткани перекатывались сотни бронзовых орехов, и