Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Даже такая трагедия не уменьшила его аппетит. Наоборот, кажется, только разожгла. Хотя, может, это собственный способ справляться со стрессом.

Остальные выжившие командиры были без сознания. Сердце защемило. Они прошли со мной через многое: тренировки, бои, выполняли мои безумные приказы. И вот лежат изломанные, обожжённые, с перебинтованными головами и конечностями. Некоторые с ампутированными руками или ногами. Кто-то стонал от боли, кто-то просто смотрел в пустоту остекленевшими глазами.

Хрустнул шеей. Вся проблема в том, что это не война. Они пострадали не от рук врага, а от…

Постепенно кровь перестала идти, и я вышел из медчасти. Была уже ночь. Тёмная, с редкими звёздами. Луна скрылась за облаками, словно не хотела видеть весь этот ужас. В воздухе висел запах гари, пороха и крови.

Вдалеке гремела канонада. Наши сражались с турками. Много людей выпустили в бой. Враги воспользовались хаосом и неразберихой, выбрали идеальный момент для атаки.

Я стоял, опираясь на стену, и наблюдал за пожарами. Лагерь, ещё недавно чёткий и организованный, превратился в хаотичное скопище людей, лошадей и повозок. Все куда-то спешили, тащили ящики с патронами и снарядами, выносили раненых.

Скоро и я подключусь к битве, но на этот раз не буду скрываться и сдерживаться. Тем более в бою проверю свой жилет. А сейчас мне нужно встретиться с генералом.

Шёл по лагерю. Ноги всё ещё дрожали от слабости, но держали вес. Зелья работали, медленно заживляя внутренние повреждения. Заметил, как солдаты шептались, показывая в мою сторону.

К заслугам теперь добавилось то, что за спиной меня начали называть «удачливым капитаном». Мало того, что сам выжил после нападения, так ещё и большую часть отряда спрятал, словно знал.

Услышал обрывок разговора:

— Ты слышал? Магинский как чувствовал, всех в лабораторию отправил зелья делать.

— Угу, а сам остался. В завалах нашли еле живого.

— Везучий, сукин сын. Второй раз на него покушаются, и снова жив.

Везучий? Пятьдесят моих ребят погибли. Какое, к чертям, везение? Сжал кулаки так сильно, что ногти вонзились в ладони.

От казармы до штаба генерала — путь неблизкий, особенно когда еле переставляешь ноги. По дороге встретил несколько патрулей. Солдаты тоже шептались:

— Смотри, вон он, «удачливый капитан».

— Говорят, у него какая-то магия особая. Вроде всё знает заранее.

— Да брось, обычная удача. Такая, о которой только мечтать можно.

Идиоты! Если бы я действительно знал, что готовится нападение, то всех бы спрятал. И казарму бы укрепил, и артиллерию прикрыл. Но я не знал, не предвидел.

Эта мысль жгла меня изнутри. Я никак не ожидал, что будут действовать так топорно и в лоб. Ну ничего, скоро моя очередь настанет сеять хаос и разрушения. Никто не уйдёт от ответа.

Добрался до шатра генерала. Конечно же, впускать меня не захотели.

— Передайте, что пришёл Магинский. Это срочно, по теме, которую мы обсуждали с Его Светлостью, — сказал я охране.

Меня несколько раз пытались отправить в медчасть. Охранники у шатра были настроены решительно: никого не пускать. Потом начали говорить о том, что генерал занят, что идут важные совещания, что он отдыхает. Но я стоял на своём. Ноги дрожали, а я не двигался с места.

— Передайте сообщение, — повторил в десятый раз, — или пропустите меня. Иначе я найду способ пройти.

Кто-то всё-таки сдался и передал мои слова. Через несколько минут полог шатра откинулся, и адъютант жестом пригласил меня войти.

— Генерал примет вас, — сказал он. — Но только на пять минут.

Поковылял вниз, в землянку под шатром. Постучал и вошёл к Ростовскому.

— Магинский? — посмотрел он на меня с явным удивлением. — Живучий же ты.

Генерал сидел за своим столом, заваленным бумагами и картами. Выглядел усталым, измотанным. Под глазами — тёмные круги, в бороде — новые седые пряди. События этой ночи явно не прошли для него бесследно.

— Разрешите личный разговор? — спросил я.

Генерал кивнул, снова достал глушилки и активировал их. Воздух в комнате загустел.

— Дипломат от турок предложил мир, — уселся за стол князь, потирая виски. — И я отказал. После этого… Ну, ты сам видел.

— Разграничение по линии соприкосновения? — уточнил, хотя уже знал ответ.

— Именно! — в его голосе прозвучало раздражение. — Я не для этого тут столько лет сижу, чтобы вернуться к тому, с чего начал.

— Земля… — кивнул я. — Манапыль.

Глаза генерала округлились. Он даже встал, опрокинув чернильницу. Чёрная жидкость разлилась по бумагам, но мужик не обратил внимания.

— Откуда? — спросил он. В его голосе слышался не страх, а, скорее, уважение, смешанное с недоверием.

— В стране напряжёнка с кристаллами, все жилы под Его Величеством, — пожал плечами, морщась от боли. — А здесь просто океан этой манапыли. Пока они тут годами держали песчаных змей, очень удобрили место. Да и дальше, я уверен, так же.

— Молодой человек, ваш ум просто поражает, — хмыкнул князь, не скрывая восхищения. — Рад, что вы на нашей стороне. Об этом никто не знает — мои истинные мотивы войны. Сначала меня сюда просто отправили, — он сделал паузу, — сослали, если быть точным. Я долго изучал местность и врага. А вы тут без году неделя и уже?..

— Топоров! — перебил его, не желая слушать ненужные откровения. — Я готов! Мои условия вас устраивают?

— С чего такие изменения? — улыбнулся мужик, скрестив руки на груди.

Я ничего не ответил

— Да, готов у вас купить зелья за пятьдесят миллионов, — кивнул князь после паузы.

— Тогда выделите мне человек триста для того, чтобы их создать, — продолжил я. — Мои пострадали, когда мы занимались этим вопросом.

— Вы были уверены, что я соглашусь? — поднял бровь Ростовский, изучая взглядом.

— Ничего сложного, мой алхимик всё покажет, — проигнорировал я вопрос. — За день сделаем. Потом можно пойти всем, что у нас есть, на турок. Прижать собак так, чтобы они отгрызли свои территории нам.

Генерал опустил голову на подголовник и чуть её задрал. Судя по всему, о чём-то напряжённо думал. Его пальцы отбивали ритм по столешнице.

— Хорошо, — кивнул он наконец. — Будут вам люди.

— Когда начнётся генеральное сражение, я пойду в бой, — добавил. — Со мной человек тридцать, остальные будут ждать моей команды.

Я рисковал