За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Маркус жив? — спросил он, глядя в глаза Огарёву.

— Умный, — засмеялся тот. — Кончился твой Маркус, влез, куда не стоило.

Валкевич почувствовал, что ухватил удачу за хвост. Если ушами не хлопать, можно Первую Пушистую подобрать, да и бойцов Маркуса под свою руку взять. Только кое-кого быстро загасить, а остальные и не пикнут. Главное, не пропустить момент, а то этот кое-кто на место Маркуса успеет встать, и дело сильно осложнится. В общем, визит этот, конечно, неприятный, но прибыток с него всю неприятность окупит с лихвой.

— Про остальных что скажешь?

— Вот этого видел пару раз с Маркусом, когда с ним встречался, — ткнул он пальцем в портрет. — Вроде как обычная шестёрка, но разок заметил, что Маркус его слушает, так что может, и просто для виду шестерил. Остальных ни разу не видел, надо ребят спрашивать.

— Давай спрашивать, — распорядился Трифон. — Собирай всех своих, и пусть сюда заходят по одному. И донеси до них попонятнее, что если соврут или скроют что-нибудь, то мы вернёмся и будем вас отстреливать, как зайцев.

— Не пугай, — упрямо сказал Корнил, однако послушно потянулся к кнопке вызова секретаря.

Глава 11

Дирижабль немного тряхнуло, и вибрация от двигателей стихла. Я выглянул в коридор и, заметив у иллюминатора Драгану, встал с ней рядом.

— Прилетели? — поинтересовался я.

— Прилетели, — подтвердила Драгана таким тоном, будто сама не была в этом уверена. — Видишь вон ту рощицу? Туда нам и надо.

— Что-то очень уж она маленькая, — с сомнением заметил я. — Её же минут за двадцать можно насквозь пройти.

— Вот и я тоже не очень это понимаю, — согласилась она. — Мы сначала думали, что карта устарела или с ошибкой, картографирование здесь давно проводили. Но нет — сверху всё, как на карте. И никаких серьёзных сооружений в роще нет, мы бы с воздуха увидели.

— Ну, может, там посреди рощи избушка стоит, а в ней эта Хозяйка и сидит.

— Ага, носки вяжет, — саркастически фыркнула Драгана.

— Какой смысл голову ломать? — подвёл я итог бесполезному обсуждению. — Спустимся и всё сами увидим. Если там никого нет, тогда и будем думать, что дальше делать.

— Увидим, — согласилась она с оттенком недовольства.

Недовольство её было мне совершенно понятно. Она вернулась из разведки победительницей с точным адресом, который добыла умом и хитростью. Если теперь окажется, что это обычная рощица, в которой ничего нет, вся история сразу же перейдёт в разряд комических, а перспектива стать комической фигурой Драгану определённо не устраивала.

— Меня вот что удивляет, — перевёл я разговор. — Мы довольно далеко на севере, а вокруг пейзаж, больше похожий на среднюю полосу. Как так?

— Да очень просто, — Драгана тоже обрадовалась возможности уйти от неприятной темы. — Здесь столько лесных, что они влияют даже на окрестность. Немного дальше на юго-восток их леса чуть ли не вплотную стоят, вот и получается, что они на целую область влияют. А вот видишь там вдали к северу тёмную полосу? Там уже тайга, болота, гнус, и все прочие удовольствия.

— А как они поле Силы делят? Они же каждый на свой лес Силу стягивают.

— Здесь мощная аномалия, им всем хватает. Думаешь, почему они именно здесь сидят и не пытаются расширяться?

— А вот, кстати, почему не пытаются? Могли бы и на север двинуться, — заметил я. — Там же мощные источники Силы. Я этот факт хорошо запомнил — когда по твоей указке нас в Академиуме тиранили, мне пытались снизить оценку на экзамене как раз на основании того, что я про эти источники не знал.

— По какой ещё моей указке? — Драгана страдальчески сморщилась. — Кен, можешь верить мне или нет, но я к той истории вообще отношения не имею. Это организовали те же люди, что кучковались вокруг Кисы — не нравился ты им, вот они и настояли на дополнительных проверках. Или ты думаешь, что я в Круге всеми командую, как хочу? Для Анны Максаковой, к примеру, я всего лишь та, кто тащит на себе основную административную работу, вот и всё. Некоторые из нас это ценят, а некоторым — да той же Анне, — на это плевать.

— Вот такая у вас в Круге свобода? — удивился я.

— Зависит от ранга, — пожала плечами она. — Чем выше ранг, тем больше свободы. У Высших всё добровольно — у Круга просто нет никакого способа повлиять на Высшую, которая не хочет сотрудничать. Так что, когда дело касается Высших, всегда приходится искать какой-то компромисс.

— Ладно, на самом деле я это сказал не всерьёз, я не сомневаюсь, что ты там была ни при чём. Тебе просто нет смысла устраивать нам с Леной какие-то проверки, ты нас и так достаточно хорошо знаешь. Возвращаясь к вопросу — так почему лесные не хотят северные источники освоить? Мы им вряд ли смогли бы помешать.

— Там же дикие источники, Кен, — со вздохом объяснила Драгана. — Они мощные, но странные. Там реальность немного искажается, периодически появляются какие-то мутанты. Чем-то даже похоже на Нижний мир.

— А это не опасно? — упоминание Нижнего мира меня сразу встревожило.

— Опасно, полагаю, — хмыкнула Драгана. — Но что мы можем сделать? Наблюдаем, вот и всё. Надеюсь, тебе не надо напоминать, что всё, что я тебе так охотно выкладываю, является государственной тайной?

Гана в последнее время заметно изменила отношение ко мне. Она, конечно, временами ещё секретничает по привычке, но уже видно, что она в самом деле стала мне доверять.

— Не надо напоминать, — махнул я рукой. — Я абсолютно всё, что ты мне говоришь, воспринимаю как государственную тайну, просто на всякий случай.

Приземление много времени не заняло. Уже через полчаса дирижабль был надёжно принайтован, и члены экспедиции спустились вниз — на этот раз в полном составе.

— Гана, мне не верится, что мы там что-то найдём, — заявила Милана Бобровская, скептически рассматривая довольно жиденький лесок.

— Да я тоже уже сомневаюсь, — со вздохом согласилась Драгана. — Но проверить всё равно надо.

— Ну не знаю, — задумалась Бобровская. — Аня, ты что-нибудь можешь сказать — получится у нас что-нибудь здесь найти или нет?

— По-твоему, это так просто, как в окошко выглянуть? — немедленно окрысилась та.

— Извини, я просто не знаю, сложно это или просто.

— Я эту самую Хозяйку не вижу вообще, у меня от таких попыток только голова болит, — хмуро сказала Максакова. — Вижу, что мы отсюда улетаем, ничего не найдя, вот и всё. Но что-то, относящееся к ней, здесь присутствует, потому