Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Соло твою судьбу решает, его и спрашивай. Отпустит — сойдёт с тебя проклятье.

Какой неожиданный и приятный поворот. Ох, и оторвусь… Рот мой расплылся до ушей, Эльза скрипнула зубами и потемнела лицом. Но только на мгновенье. В следующую секунду ротик её приоткрылся, язычок облизнул губки, а глазки призывно блеснули. Какая она обворожительная и многообещающая, никогда такой её не видел.

Но с любовью потом, а пока старушка вновь не слиняла, я должен спросить её кое о чём для меня важном.

— Бабуль, поясните насчёт духа.

— А что тебе не ясно? Потерял здоровье, включился дух. Чем он выше, тем ближе твои параметры к реальным. Сколько у тебя сейчас?

— Всё вместе пятьдесят семь.

— Продолжай развиваться. Это твоё тайное оружие. Используй его с умом и на показ не выставляй. Даже с духом человека можно убить, тем более зная как.

— А как?

— Можно встретить противника, у которого он больше. Говорливый Орк тебя не одолел, потому что у него дух меньше. Но помни, не у всех он такой маленький, — Хемши понизила голос, чтобы никто, кроме меня, не услышал. — И ещё: если потеряешь голову, то никакой дух не спасёт, и не важно, есть он у врага или нет. Понял? Береги голову.

— А если руку потеряю?

— Будешь одноруким. Не задавай глупых вопросов.

— Понял, не буду. Куда нам теперь?

— К Безропотному перевалу.

— Но там Архитектон, — проныл Гнус.

— Разберётесь. Не всё же мне решать ваши проблемы. Попробуйте сделать хоть что-то без меня.

Глава 20

На дорогу до Безропотного перевала у нас ушло времени меньше, чем до Ледяного города. Всего-то тайм. Две медвежьи шкуры и запас провизии сыграли свою положительную роль. Гнус недоверчиво покачал головой, когда я рассказал, как убил медведя, а Швар хлопнул по плечу, поздравляя.

Не буду говорить, что каждую ночь мы проводили с Эльзой под одной шкурой, и ночи эти были полны любви и ласк. Описать все способности блондинки в двух словах невозможно, хочу лишь сказать, что такой Эльзы я не знал и не видел никогда прежде. Они сошлись: вода и камень, любовь и ярость, лёд и пламень[1].

Я прекрасно понимаю, что это напускное, что она притворяется, и стоит карте лечь по-другому, Эльза сдаст меня не задумываясь. Но я принял её игру, а она сделала вид, что не понимает, что я всё понимаю.

Жаль, что наша любовь не настоящая. Не везет мне с женщинами. Уголёчка предпочла Шурку, Эльза любит только выгоду, а Инга по сути своей старушка на ослике с бутылкой гавайского рома в кармане. Если доведётся дожить до старости, то я обязательно к ней посватаюсь. А пока снова в бой.

Чем ближе мы подходили к перевалу, тем сильнее по телу растекалась нервозность. Пальцы потряхивало, бровь дёргалась. Где-то там стоял кордоном отряд Архипа, состоящий из четырёх десятков кондотьеров и двух сотен кумовьёв. Возможны изменения в ту или иную сторону, но не критично. Вряд ли Архип захотел ослабить себя, отправив часть отряда куда-то там в другую сторону. И подкреплений тоже вряд ли запросил. Он же знает, что нас всего-то ничего, стыдно будет просить дополнительные силы. Так что сойдёмся на том, что сколько их было, столько и осталось.

Добравшись до перевала, мы долго приглядывались к гребню, и лишь убедившись, что там никого нет, рискнули подняться на седловину. Возле тропы встали лагерем. Гнус занялся обедом, а я прошёл вперёд и, двигаясь от одного валуна к другому, вышел к спуску.

Замер.

Холодного давления гор здесь почти не ощущалось, лишь небольшие кучки снега лежали вдоль северной стены. Тропа скатывалась в зеленеющую долину, виляла меж камней, иногда пропадала за выступами, терялась в колючем кустарнике ни людей, ни животных, только над головой лениво парил коршун.

В принципе, никакого ажиотажа по поводу встречи я не ожидал. Не будет же Архип ради нас перекрывать долину частоколом, как это сделал Марк Красс ради Спартака. Но хоть какой-то форпост стоять должен.

Пусто. Только вдалеке возле постоялого двора происходило шевеление. С перевала невозможно было определить, что именно шевелилось, но я видел дымки, склоняющиеся под ветром к Внутреннему тракту. Много дымков, десять, наверное.

Со спины ко мне подобрался Швар.

— Ну что там?

— Ничего.

Он приложил ладонь к глазам, хотя солнце светило сбоку, и всмотрелся в подножье спуска. Мороз однажды говорил, что у орков зрение лучше, чем у людей. Может и лучше, сейчас проверим.

Швар вглядывался в местность минут десять, я успел уснуть и проснуться.

— У самого подножья видишь? — наконец указал он.

— Где?

— Возле волчьих кустов тень.

— И чё?

— Солнце с другой стороны. Не может там быть тени.

Да, действительно, какое-то непонятное затемнение на траве. Но вряд ли это тень. Что-то другое.

— Это не тень.

— А я что сказал? Что там не может быть тени, — он посмотрел на меня как на детёнка. — Сразу видно, что ты подёнщик, а не следопыт. Это трава примятая. Издалека она может давать видимость тени. Обман зрения.

— И чё? — повторился я.

Швар снова уставился в кусты и сказал убеждённо:

— Кумовья.

Я напрягся и приподнялся повыше над краем камня. Швар тут же дёрнул меня вниз.

— Не высовывайся.

— Много их там?

— Следов много, а сколько самих… Трое, может, четверо. Дозорные.

Словно в подтверждении из кустов выбрался кум, почесал зад, перешёл тропу и присел на другой стороне за камнем. Пока переходил тропу, обернулся, сказал что-то. Ага, двое точно есть. Какие-то они полусонные и чересчур спокойные. Не ждут нас.

— Обойти можем?

— Не, — помедлив, ответил Швар. — Они как раз в горловине встали. Не получится.

— А ночью? В темноте подкрадёмся и перебьём.

— Ночью они наверняка дозор усиливают. Вдвоём не справимся.

— Втроём. Эльза поможет. Знаешь, как ножи метает.

— Кумовья после нас лучшие охотники. За сто шагов почуют. Нет, не получится.

— Значит, сейчас пойдём.

— Средь бела дня? Охренел? Мы и шага не сделаем, засекут. Пошлют за подмогой и через полчаса здесь вся свора соберётся. Хочешь, чтобы нас как Кроля сырыми сожрали? Я не хочу.

— Всё сказал?

— Тебе мало?

— Достаточно. А теперь слушай меня. Старший в группе я,