Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

же вспомнила, как была приживалкой у родни, вспомнила приставания дядюшки и то, как её выбросили на улицу. Нет, переживаний и раньше хватало. Но угроза допроса! Да ещё с участием Рэйшена – мастера заплечных дел! «Это слишком!»

– Спрашивай, дара Элина, – с горечью и затаённым страхом проговорила Малена. – Я буду говорить правду. А уж понравится она тебе или нет…. Чему быть, того не миновать.

Малена на суде не присутствовала. Зачем ей это? У неё своих дел полно. Про арест отца она услыхала только к вечеру – не так уж быстро летят дурные вести, как принято считать. И не сразу ей удалось узнать, куда его отвели.

– Пришлось побегать, – грустно сказала она. – Унижаться и просить.

Сумерки наползали на Жадвиль, когда Малена прибежала к воротам городской тюрьмы.

– Знала бы ты, дара Элина, какой ужасный тип там начальствует! Злобный и грубый! Ему бы топор в руки, вылитый бандит с тракта!

Малена считала, что Элина должна её понять: она тоже сталкивалась с грубостью чиновников и… надзирателей. Ведь ей приходилось сидеть в королевских подземельях. Однако Элина рассмеялась невесёлым смехом:

– На тракте нынче бандитов нет. Все тут, в Жадвиле. И знала бы ты, Малена, какой ужасный тип начальствовал в тюрьме чуть раньше! Злобный, грубый, вечно пьяный! А нынешнего я сама туда привела. И топор в руках он держать умеет, он же бывший мясник, я его знаю!

У Малены пересохло во рту. «Знает? Мясник?»

– А что случилось с предыдущим начальником тюрьмы?

Взгляд Элины затвердел:

– Они с Рэйшеном не сошлись во взглядах. И Рэйшен с ним разобрался.

Малена похолодела. Она всегда старалась не думать о том, что Рэйшен – хладнокровный убийца. «Получается, что Элина, которая так настаивает на соблюдении законов, – ничуть не лучше. Да ещё и спит с ним!»

– А… они не сошлись во взглядах на что? – слабым голосом спросила Малена.

– На меня, – Элинина кривая усмешка была хуже, чем открытое признание. – Начальник тюрьмы смотрел на меня очень плохо. Ещё и руки тянул куда не следует. Если бы он занимал это место сейчас, знаешь, чем бы ты платила за визит к отцу?

Малена похолодела. Мясник… То есть нынешний начальник говорил грубо и непочтительно, но к отцу пустил и ничего непотребного не возжелал.

– Им там плохо! И отцу, и Харлену! Душно, тесно… Они же немолодые люди, – Малена говорила горячо, сбивчиво, пытаясь объяснить, что её отец не заслужил такого ужаса.

– Малена, Малена, послушай меня, пожалуйста! В тюрьме плохо всем: и молодым, и старым, и мальчикам, и – в особенности – девочкам. Душно и тесно? А ты хочешь, чтобы твой отец сидел в одиночке и сходил с ума от тишины и темноты вокруг? У них есть окошко?

– Есть, но маленькое… От него мало света.

– А у меня совсем не было. И даже факела мне было не положено. Положены мне были только крысы, которые бегали по ногам! А твой отец рядом со своим другом, их кормят, у них есть доступ к воздуху и свету. Да, мало, но всё-таки есть! Им плохо? Это тюрьма! Там не должно быть хорошо!

Малена вздохнула. Эту женщину не переспоришь, у неё на всё готов ответ. Кое в чём она права: отец и Харлен не выглядели измученными или побитыми. Малена дождалась тюремного ужина: еда была вполне сносная, никакой тухлятины и гнили.

– Наверное, я пробыла там слишком долго. Возвращалась домой уже по темноте… И обнаружила, что все входы и выходы заперты!

Малена знала, что солдаты запирают ворота по Элининому приказу, но, если Малена назовёт себя, ей откроют.

– Я стучала, звала, но мне никто не открыл! Как будто никого и не было!

Малена с удивлением увидела, как на лицах Рэйшена и Элины расцветает… Стыд? Смущение?

– Рэйшен, а что, та смена дозорных тоже гуляла?

Рэйшен потёр шею и затылок, со свистом втянув воздух сквозь зубы.

– Наверное, да. Скажу честно: я не обратил внимания. Это не моя ответственность. Надо бы у Дэвлина спросить. Наверное, он разрешил им запереть все ворота и оставить посты.

– Не спрашивай, – махнула рукой Элина. – Оно того не стоит, особенно после моего разрешения на гулянку.

– Какую ещё гулянку? – Малена не понимала, о чём идёт речь. Элина всегда запрещала пьянство на местах!

– Отмечали успешное завершение суда, – пояснила Элина. – Я разрешила, потому что это было важно. Но, Малена, мы не знали, что ты ушла. Все думали, что ты заперлась у себя в комнате. Даже Полли. Я не оставила бы тебя на улице ночью. И ты это знаешь.

Малена вздохнула. Она помнила, как когда-то здоровый детина схватил её за руку и тащил в мерзкое увеселительное заведение. И вся улица просто глазела, только Элина вмешалась. Нет, она бы не бросила на улице никого.

– В общем, никто не ответил, и я… просто не знала, что подумать. Ночевать на улице я не могла, а друзей и подруг у меня, ты сама понимаешь…

Малена развела руками. Ей трудно давались новые знакомства, и подруга была только одна – Полли. Зато она обзавелась кучей полезных знакомых в лавках зелейников и травников. В одну такую лавку она и постучалась.

– Мне не отказали. Хозяйка лавки хорошо меня знает. Она сразу сказала, что это какое-то недоразумение и утром всё прояснится… Спалось мне плохо, вот, платье всё измялось, а подол запачкался, наверное, ночью, пока я вокруг особняка бегала…

Малене больше нечего было рассказать. Обида её, хоть и не прошла полностью, но угасла. Выходит, что она бросила своих больных одних, да ещё на время какой-то гулянки, без присмотра…

– Дара Элина, – теперь Малена переживала за своих подопечных, – А как там Мадог и Шурх? Надеюсь, за одну ночь с ними ничего не случилось?

Элина отвела глаза в сторону. Малене этот «ответ» не понравился. Рэйшен тоже упорно рассматривал что-то на полу.

– Что? Что случилось? Вы что-то скрываете? Дара Элина, скажи хоть что-нибудь!

– Знаешь, Малена… Наверное, стоит убрать маковую настойку из лечебной комнаты. Чтобы наши оболтусы не могли до неё дотянуться.

– Что значит «убрать»?! И как это они… Дотянуться?! Что с ними?

* * *

Элина и глазом моргнуть не успела, как Малена вскочила, чтобы бежать, помочь, спасти… Рэйшен ловко