В сердцах холодный лед - Ольга Токарева

Аргаира не задался с утра. Сначала служанка умудрилась прожечь его свадебный камзол. Затем пришлось отрезвлять пьянющего Вильгара. А уже стоя с невестой перед алтарем в храме Единого, случайно услышать: «Говорят, родовое колье Арвайских в ювелирной лавке «Новый луч света» на торги выставили.

— Не может быть!

— Вот я и думаю. Неужели герцоги так обнищали, что продажей реликвии решили поправить свое материальное положение».

Не помня себя, ринулся из храма, успев крикнуть: — Скоро вернусь!

Пока не увидел собственными глазами украшения, подаренные Киаре, думал, что это какой-то розыгрыш. Но все оказалось куда хуже, и опоздай он на пару минут, пришлось бы искать обладателя покупки колье и серег.

— С чего вы взяли, что эти украшения не продаются? — холодно ответила Клэр канцлеру. — Они ведь не украдены у вас. По всей видимости, вы их кому-то подарили, а новая владелица решила их продать. В нашем государстве это ведь не запрещается. Не так ли, Ваша светлость? — по тому, как заходили желваки у канцлера, графиня Маджонская поняла, что попала в точку. — Может, продолжим торги в лавке, а то больно много зевак собралось. Пьер, ты участвуешь в аукционе? — на всякий случай обратилась Клэр к графу, но по его вспотевшему лбу поняла, что Думанский уже вышел из торгов. Жалкий и слабый старикашка мог выпячивать грудь лишь перед особами слабого пола. — Что же, нам еще и лучше.

Зайдя в ювелирную лавку, графиня Маджонская чинно расселась на диване, приказав Лигнивскому: — Сиарим, будь любезен, сними с витрины ювелирные украшения Арвайских. Мы с канцлером решили поторговаться за них.

Смотря на выхоленное лицо герцога, Клэр негодовала. Она уже давно поняла, кто так проехался по самолюбию Аргаира. В эти минуты графине стало жалко молоденькую девушку, полюбившую этого холодного сноба. Отдавшую ему себя и получившую в ответ подарок в виде колье. Давно так злоба не душила графиню Маджонскую. Взыграла женская солидарность и обида на черствые холодные мужские сердца.

— Ставлю шестьсот тысяч, — холодно проговорила Клэр, смотря на украшения, разложенные перед ней на низком столике, сделанном из стекла.

— Восемьсот, — перебил цену канцлер, буравя ее взглядом.

Клэр, кряхтя, встала с дивана. Подхватив колье, подошла к зеркалу. Приложив ожерелье к груди, покрутилась, любуясь игрой бриллиантов.

— На моей будущей невестке эти побрякушки будут смотреться куда красивее. Девятьсот тысяч, и давайте уже закончим эти торги, Ваша Светлость. Юравская вас, наверно, у алтаря совсем дождалась.

— Миллион, — не меняя интонации, промолвил канцлер.

Графиня Маджонская еще раз осмотрела себя придирчивым взглядом в отражении зеркала. Родовые украшения Арвайских ей были не нужны и не потому, что не могла купить их за миллион. Золото и драгоценные камни так же холодны и бесчувственны, как и сердца некоторых людей. Порадовало, что поиграла на нервах у главы тайной канцелярии, заодно улучшила материальное положение Киары Корхарт. Должна же быть хоть какая-то компенсация за страдания, позор и разбитое сердце.

— Так уж и быть, уступлю вам. Все-таки родовые украшения должны оставаться в семье.

Аргаир прищурился, цепким взглядом впился в глаза необыкновенно насыщенного василькового цвета. И то, что он в них увидел, ему явно не понравилось. Графиня Маджонская развела его, как маленького мальчика, и явно наслаждалась своим триумфом. А хотя... не купи он родовые драгоценности, Клэр из вредности сама бы их купила.

— А теперь, граф Арвайский, я хочу убедиться, что на вашем счету имеется такая наличность, и вы переведете обговоренную нами сумму на счет Киары Корхарт.

— Вы сомневаетесь в моей порядочности? И откуда вы знаете, кто выставил наш род на посмешище? — прошипел с ледяными нотками в голосе канцлер.

— Оставим разговор о порядочности. А о том, кому вы подарили ваши родовые украшения, не сложно догадаться. Должна же девушка получить хоть какую-то компенсацию за наряды, которые шила на ваш с братом свадебный сезон. Или едем в банк, или я забираю украшения.

Издав скрежет зубами, герцог взял со стола колье и серьги, бросил взгляд на ювелира. — Клянусь сегодня перевести на счет Киары Корхарт один миллион золотых.

Левое запястье обдало жаром, а затем прохладой. Приподняв рукав камзола и манжет рубашки, канцлер продемонстрировал бледно-синюю магическую нить на руке и после этого решительным шагом покинул ювелирную лавку.

Клэр дернулась, чтобы догнать герцога Арвайского, но потом, подумав, решила, что не стоит уж совсем злить главу тайной канцелярии. Открыв каталог, она заказала две одинаковых золотых заколки в виде бабочек и отправилась домой с чувством выполненного долга.

Глава 26. А помнишь, как тогда безумно мы любили

Разбудил меня крик детворы. Резко открыв глаза, я некоторое время соображала, где нахожусь. Вспомнив, что уснула в карете, встала, сладко потянувшись, потерла затекшую шею и направилась на выход.

Торговая лавка, в которой я закупала одежду для Софи, встретила меня тишиной и прохладой. Хозяин лавки изрядно скучал и при виде меня приободрился, кланяясь, льстиво заговорил: — Приятно видеть посетителей, которые у меня уже отоваривались. Что леди желает приобрести в этот раз?

Я в удивлении дернула бровями.

— Не удивляйтесь, леди, у меня отличная память на лица, и было приятно иметь дело с вами. Спасибо, что не донесли на меня сысковикам.

— У меня личные счеты с сыскными собаками. Пусть сами свой хлеб отрабатывают. А раз вы меня запомнили, то не буду ходить вокруг да около. Мне необходим комплект одежды, как в прошлый раз. Есть что-либо стоящее?

— Только вчера баронесса вещи сдала. Одежда на все времена года. Предупреждаю сразу, в этот раз товар не весь новый, но в очень хорошем состоянии. Вещи продаются все сразу. Или забираете, или выбираете платья, имеющиеся в лавке.

Торговаться совершенно не хотелось.

— Сколько?

— Пять золотых без торга.

Расплатившись с лавочником, вышла на улицу. Пока Эром складывал в карету покупку, потрясла полупустой ридикюль и сморщилась. Деньги таяли, как снег в солнечный весенний день. Прибылью, полученной с таверны и ювелирной лавки, распоряжаться не могла, так как договора были составлены на Яриму. Найдя тайник, жила на широкую ногу и о деньгах мало задумывалась. Неожиданно вспомнила, что на моем счету в банке имеется небольшая сумма. Десять тысяч, выданные графом Куварским за лечение дочери. Ярима тогда уговорила меня взять деньги и положить в банк на мой счет: «Ты и так всю заботу о нас взяла на себя. Отложи на приданное». Вспомнила наш разговор, садясь на сиденье.

«Мое приданное лежит в тайной комнате подвального помещения нашего особняка. А десять тысяч как раз пригодятся рассчитаться с Энзо Калинских