Звёзды, пламя и сталь. Книга 7 - Игорь Викторович Лопарев

— Ну вот, началось… Ни в коем случае не отвечай, — тут же среагировал я.

— Есть не отвечать, — тут же откликнулся Дрищ.

Лейтенант Имсар Гейр широкими шагами мерил пространство своего кабинета. Он курсировал из угла в угол, не находя себе места. Ощущение того, что он упустил что-то важное, поглотило его целиком и полностью. И он не мог остановиться, напрягая измученные похмельем мозги в тщетных попытках докопаться до первопричины своего беспокойства.

— Что же не так? — спрашивал он сам себя, будучи не в силах найти ответ.

Наконец он сделал над собой усилие, остановился, постоял с полминуты в центре комнаты, затем, приняв какое-то решение, решительно подошёл к столу, плюхнулся с размаху на стул и уставился в монитор.

Тут раздался требовательный стук в дверь, и, не дожидаясь ответа дверь распахнулась, и в кабинет вошла мистресс Шаркаан. На этот раз она не дурачилась и не пыталась корчить из себя строевика. Напротив, он вошла походкой «от бедра», но не потому, что хотела на что-то намекнуть, нет — она просто привыкла ходить именно так.

Лейтенант оторвал взгляд от монитора и вопросительно посмотрел на вошедшую женщину. Словно отвечая на его невысказанный вопрос она сообщила ему пренеприятнейшее, как оказалось, известие:

— Господин лейтенант. — её контральто звучало по-прежнему призывно и сексуально, но слова, которые произнёс этот чарующий голос отмели все фривольные мысли лейтенанта прочь, — с поверхности только что доложили, что те двое, за которыми вы приказали следить, из-под наблюдения ушли. Очень профессионально. След потерян и до сих пор найти фигурантов не удалось.

— Спасибо. — прохрипел Гейр. В горле мгновенно пересохло и сразу появилось ощущение того, что всё опять рушится.

— Разрешите идти? — спросила Семира, и опять, не дожидаясь, пока лейтенант что-то скажет, вышла из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь.

А лейтенант, благодаря этому известию понял, наконец, что его беспокоило. Эти два дезертира, что удрали от «Звездной динамики», появились на станции буквально из воздуха. И теперь вновь исчезли где-то там, внизу, в сплетении переулков мегаполиса. Остаётся только уповать на то, что группа, которой была поручена слежка, быстро найдёт утерянные следы.

Кровь пульсировала в висках, в ушах слышались гулкие удары ритуальных арварских барабанов, там-тамы, кажется так они называются… лейтенанта колотил озноб, голова кружилась. Похмелье, чтоб его…

Такое впечатление, что эти двое появляются и исчезают, наплевав на все законы природы. Вот они были, а вот их нет. А вот они снова появляются, словно невидимый фокусник просто вытягивает их в какой-то момент из своей чудесной шляпы, словно кроликов…

Но ведь так не бывает. Их же наверняка какой-то корабль привёз на станцию. Иначе и быть не может. Ну, если только случилось чудо, или эти ребята получили доступ к телепортационным технологиям, которыми, согласно древним легендам, владели Ушедшие. Но это сказки для легковерных дурачков. А лейтенант считал себя человеком здравомыслящим и рациональным. Как же не хватает волшебного оширского зелья…

А корабль надо найти. Он сейчас, скорее всего стоит и ждёт их на одном из космодромов. И если его не идентифицировать, то эти двое уйдут, И все надежды лейтенанта на поощрения или карьерный рост, связанные с их поимкой или вербовкой развеются, как дым над водой. И все лавры достанутся кому-то другому, тому, кто окажется расторопней, чем он. Ну или вообще никому.

Осознав эту невесёлую перспективу, Имсар отбросил мысли о телепортации и прочих чудесах невозможных, и дал искину задание просмотреть список кораблей, прибывших на станцию в тот промежуток времени, покуда шла передача смены от предыдущего наряда.

Там-тамы не унимались. Перед глазами плыли разноцветные круги.

— Надо взять себя в руки и сосредоточиться… — подумал Гейр. И даже попытался реализовать эту мысль на практике. Но получилось откровенно плохо.

Ничего не нашёл. Все корабли, которые пришвартовались к станционным причалам или совершили посадку на предназначенные для этого палубы, не могли иметь никакого отношения к этим парням.

А что если они прибыли раньше? Лейтенант поручил искину проверить корабли, прибывшие на станцию в прошлую смену.

Он просмотрел список прибывших за время, покуда прошлая смена несла службу. И опять в глаза ничего не бросилось. Ничего, кроме разноцветных кругов и резкой боли от слишком яркого монитора. Да, похмелье, оно такое. Беспощадное и неотвратимое, как ответственность за нарушение Законов Империи.

Но у него поселилось чувство что вот оно, где-то совсем рядом. Небольшое усилие, и паззл сложится… Нужен только слабый толчок. Но вот этого-то импульса и не было.

А чувство, что что-то не так, что он что-то упустил, его всё не покидало. Искин, искин… пусть он думает, — лейтенант нашел таки спасительную соломинку.

Он дал искину более сложное задание. Впрочем, для искина оно не было сильно сложнее — Гейр просто поручил ему проанализировать данные по всем находящимся на станции кораблям, сопоставить их с данными перемещений этих самых дезертиров (согласно имеющихся данных камер наблюдения) и определить, на каком корабле парни прибыли.

Но тут искин не выдал ничего, что могло бы помочь в поисках транспорта, доставившего дезертиров на станцию. Но лейтенант, несмотря на головную боль и рвотные позывы, уже ощутил то, что он находится на правильном пути. Он расширил сферу поиска, и дал искину задание изучить не только те корабли, что находились сейчас у причалов, а проработать данные по кораблям, что покинули станцию на протяжении последних суток.

И не зря говорят, что упорство и труд всё перетрут. На мониторе высветился силуэт того самого корабля, с которого, с вероятностью около 80-ти процентов и сошли эти ухари. В данном случае вероятность была достаточно велика, чтобы считать эту версию единственно правильной.

Корабль этот, к сожалению, покинул станцию около четырёх часов назад. Но не ушёл из системы, а приземлился в одном из космопортов планеты, вокруг которой и крутилась орбитальная станция JKL-89–95.

Лейтенант смотрел на монитор, он смотрел на силуэт этого фрегата, и чувствовал, что чего-то по прежнему не хватает для полного прояснения ситуации…

И тут в мозгу словно вспыхнула сверхновая. Ну, конечно! Вот это слово не давало ему покоя. Слово «трофейный», применительно к тому фрегату,