Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова

— Ты куда? — спросил он, когда я немного отодвинулась, ощущая липкость у себя на пояснице.

— В душ, фигнёй заниматься, — пошутила я.

— Только это ненадолго, просто короткое облегчение, потом всё опять вернётся, — уже серьёзнее ответил Джин. — Особенно в первый раз.

— Да я уже поняла, — ответила я, чувствуя, как знакомый жар и энергия медленно возвращаются в тело. А потом повела головой в сторону душа: — Ты идёшь?

Джина не нужно было просить дважды… Я же сама приказала себе просто получать удовольствие и приходить в себя, справляясь с откатом — всё равно ничего уже не изменить. Когда я выйду из этого автодома, тогда и столкнусь с проблемами.

На работе и дома.

Откат закончился, на мой взгляд, довольно быстро — всего через три часа. Это для меня, а для Джина ещё раньше, но он не уходил. Наоборот, он кому-то позвонил, и в автодом, который сначала казался мне большим, но с двумя людьми внутри стал чувствоваться заметно теснее, принесли еду.

В основном мясо, но для меня тоже принесли тамагояки и пышные панкейки — нормальный завтрак.

Панкейки я не оценила — впервые за всё время мне безумно хотелось… мяса, точно так же как и Джину, и я съела, по-моему, не меньше него.

— Мне дают стабилизаторы, поэтому откат не такой сильный, хотя медикаментов я принимаю раз в десять больше, — объяснил Джин.

Время близилось к десяти часам утра. Мы сидели на диванчике совершенно обнажённые, постелив на него несколько полотенец. Просто потому, что… слишком много всего сегодня произошло на этом диванчике. И в душе.

Никто нас не тревожил — автодом всё так же стоял на территории храма, хотя сюда уже запустили жителей Токио. Снаружи дежурили несколько охранников, перекрывающих вход к машине, но охрана на территории храмов была обычным делом, и прохожие почти не обращали на них внимания.

Несмотря на свой вид, я не чувствовала стыда — я вообще теперь почти не ощущала его рядом с Джином. Все барьеры нормальности оказались сломаны. Он видел меня, наверное, во всех ракурсах, при полном свете, и делал с моим телом практически всё, что хотел, а я позволяла. Потому что сама хотела.

— Почему у них была такая реакция? У мистера Мидзутани? Они ожидали, что у меня случится сердечный приступ, — спросила я.

Джин задумался, на секунду взглянув на зашторенные окна.

— Я не знаю, что будет с тобой после сегодняшнего дня, — ответил он, наконец поворачиваясь ко мне. — Они очень строго относятся к вопросу доступа к воротам, ты нарушила практически все правила безопасности, которые сама же и подписывала.

Этот ответ задел меня, сильно, во рту даже появилась горечь.

Я волновалась за него, волновалась за его жизнь и хотела сделать его пребывание за воротами как можно более безопасным, но теперь, вместо ответа на вопрос, он решил напомнить, что меня, скорее всего, уволят.

Будто это означало, что теперь совсем не обязательно что-то объяснять, раз всё равно всё скоро закончится.

На самом деле мысль о том, что я могу потерять работу отдавала безумной паникой — поиск новой может занять до полугода, как я буду выживать в такой ситуации я не понимала. Наверняка Джин даже не понимает насколько страшна для меня даже мысль об этом — у него есть финансовая подушка, стабильность…

— Думаю, мне пора, — сглотнув, произнесла я, поднимаясь. — Можно я возьму твою одежду?

Моя собственная была слишком испорчена.

— Конечно. Это не моя, просто сменка на случай повреждений. Мы можем поехать ко мне, нормально поесть, отдохнуть, продолжить, — Джин продолжал вести себя как ни в чём не бывало. — Можем даже пойти куда-нибудь.

Возможно, я слишком чувствительна, потому что раньше… я, скорее всего, сказала бы «да», ведь Джин заставлял меня чувствовать себя женщиной — желанной, красивой, и сам был мне чертовски привлекателен. Но его ответ отбил весь аппетит.

— Мне нужно разобраться с работой, ты и сам сказал, что не знаешь, что со мной случится.

Я подняла свою сумку, грязную одежду и телефон с пола и не глядя закинула его внутрь.

Безумство секса и эмоций прошло, добро пожаловать в реальную жизнь.

— Рэй, — позвал меня Джин уже у самой двери. — Такая реакция у них была потому, что четверо из тех, кто случайно попал за ворота до тебя, погибли. Но я не могу рассказать больше.

— Спасибо, — сказала я, выходя и тяжело вздыхая.

Охранники снаружи сразу же заметили меня, и от мысли о том, что они прекрасно знали, что происходило в автодоме эти три часа, я густо покраснела. Конечно же, они вели себя профессионально и никак не показали своего знания — ни делом, ни словом, но остановить чужие мысли я не могла.

И действительно, в их взглядах… По-моему, больше не было того уважения, что я видела раньше. Сейчас они видели во мне ту, кого просто трахнули в автодоме, много раз.

Пофиг.

Никаких ограничений на отношения в контракте не было, так что, может, им просто завидно.

— Следуйте за мной, мисс Морикава, — предложил один из охранников и проводил меня в знакомый внедорожник.

Чёрная машина довезла меня до знакомого особняка в Адзабу, внутри меня тоже не переставали сопровождать — довели до самого кабинета начальника. Судя по всему, он сейчас был занят, поэтому меня оставили ждать на стуле в приёмной, и там же, рядом со мной, оказалась Марго.

Она улыбнулась мне в знак приветствия, делая вид, будто всё отлично, и изящно приземлилась на соседний стул, достав телефон. Само её присутствие уже означало, что меня, скорее всего, собираются увольнять.

Я не хотела показывать ей, насколько сильно волнуюсь, хотя от этого осознания меня почти парализовало. Вместо этого я вытащила телефон и обнаружила, что он разряжен — хорошо, что в сумке лежала портативная зарядка.

Звонки от Оскара — те самые, что я уже видела, но сообщений он не писал, хотя мне хотелось бы узнать, по какой причине он так нервничал, что обрывал телефон. На моё предупреждение о том, что у меня на работе случилось чрезвычайное происшествие, он тоже никак не отреагировал. Если бы он мне такое написал, я бы по крайней мере ответила «Конечно, дай знать, если могу помочь, и надеюсь, с тобой всё в порядке».

Отголоски старых чувств всё ещё подбрасывали искры в пожар обиды, и я лишний раз поняла, что приняла правильное решение о переезде.

Это если, конечно, у меня будет работа.

Кроме того, мне пришло сообщение от Наоми: