Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

хмыкнул и вскинул шпагу. Раздался звон, клинки встретились — и всё. Несмотря на бешеные усилия Алекса, налитые кровью глаза, предельное напряжение мышц и трещавшую под ногами каменную плитку, он не мог даже на миллиметр сдвинуть лезвие, которое Савин удерживал одной рукой.

— И это всё, на что ты способен? — спросил Антон всё тем же леденящим голосом.

Он с лёгкостью отбросил Алекса, заставив того отступить на несколько шагов. Юноша вцепился в меч обеими руками и попытался замахнуться снова — но Антон уже стоял перед ним, впечатывая ему в грудь кулак, объятый золотистыми молниями.

Алекс превратился в пушечное ядро и с грохотом врезался в ствол старого скрюченного дерева. Воздух наполнился запахом гари. Когда едкий дым с нотками жареного мяса обжёг горло Адель, она наконец пришла в себя, схватила меч и закричала:

— Что ты делаешь⁈

— До сих пор непонятно? — спокойно ответил Антон, встречая их растерянные и перепуганные взгляды. — Принц Рошель представляет… представлял собой единственную преграду между дворянской фракцией и абсолютной властью. Если от него избавиться, реформаторы потеряют всякую легитимность.

— Но вы же больше не дворянин… — произнесла Альфирия, кажется, единственная, кто ещё был способен хоть как-то держать себя в руках.

— Верно. Меня формально лишили титула, чтобы я смог войти в доверие к принцу. Это была моя идея — в итоге бесполезная. Этот глупец был настолько наивен, что и так бы подпустил меня к себе.

— Всё это время ты… — прохрипела Адель.

Внутри неё всё заледенело, и она чувствовала, как по этому льду расходятся глубокие трещины. Всё это время он обманывал их. Всё это время использовал, чтобы подобраться к своей цели…

Адель и сама не заметила, как бросилась на него с мечом наперевес.

— Зигфрид и Седрик — слева! Альфирия, задержи его! — выкрикнула девушка.

В ту же секунду её меч наполнился кристальной энергией. Савин вскинул перед собой шпагу, но клинок Адель прошёл сквозь неё без малейшего сопротивления.

Кристалл Огня 2-го Ранга: Гефест.

Меч Адель превратился в пламенный клинок, словно он состоял из чистой разрушительной энергии. Он прошёл сквозь шпагу Савина и опустился на его плечо — но Антон резко подался назад и вскинул руку. В следующее мгновение у Адель побелело перед глазами: разряд молнии, разрывая грудную клетку, отбросил её назад. Девушка рухнула на землю, заходясь в кашле. Казалось, вся кровь в её венах закипает от невыносимой боли.

С трудом подняв взгляд, она увидела Седрика. Он замахнулся кинжалом, но Савин грациозно заблокировал удар шпагой. Свободной рукой Антон перехватил копьё Зигфрида, пытавшегося зайти со спины, и резко развернулся. Превратив Зигфрида в «молот», он сперва сбил с ног Седрика, а затем швырнул его прямо в Альфирию.

— Ах! — вскрикнула Альфирия.

Савин воспользовался замешательством и с лёгкостью вырвался из зыбучего песка, затягивавшего его под землю.

На это у него ушло лишь мгновение, но даже эту заминку они могли бы использовать, чтобы перекрыть ему обзор и перегруппироваться для контратаки!

— Саша! — закричала Адель.

Ответа не последовало.

— А!.. — Саша Кляйн не успела даже вскинуть посох: за её спиной возникла Эльвира Савина и прижала к горлу лезвие кинжала.

— Ты скрывал свою силу! — выкрикнула Адель.

Её сердце колотилось с бешеной силой.

— Разумеется, — ответил Антон. — Ты только сейчас это заметила?

Адель стиснула зубы. Её руки, всё ещё дрожавшие от электрических судорог, зарывались в рыхлую землю. Они были растеряны, у неё не было времени придумать хороший план, она поторопилась и к тому же отряд с самого начала лишился Алекса… Но даже если забыть про все эти обстоятельства, смогли бы они тогда победить Антона Савина? Настоящего Антона Савина, которого она, казалось, видела впервые в жизни?

Адель не знала. Она попыталась подняться на ноги. Её бросало то в холод, то в жар, который становился всё сильнее.

Секунду спустя Адель поняла, что сам воздух словно сгустился от страшного жара. Девушка вздрогнула, повернулась — и сразу зажмурилась при виде ослепительного пламени.

— Стойте! — закричала она Зигфриду и Седрику, которые уже собирались броситься в очередную атаку.

— Очнулся наконец, — надменно произнёс Савин.

В его глазах отражалось всё более яркое пламя. Он смотрел на древнее дерево, которое разгоралось всё сильнее и сильнее; его искры, словно семена пожара, вихрем разносились по всему саду. А прямо перед ним стояло само пламя во плоти: юноша с горящими глазами и тёмными волосами, которые белели с каждой секундой, обретая цвет выжженного пепелища.

— Ты… ты!.. — прохрипел Алекс Кляйн.

— Выражайся чётче, если хочешь, чтобы тебя поняли, плебей, — потребовал Антон.

— Я… ТЕБЯ… УБЬЮ! — загремел Алекс.

Словно огненная комета, он быстрее ветра, быстрее молнии устремился на Антона. Даже Адель больше не могла уследить за ним. На долю секунды в её сердце вспыхнула надежда. Ещё не всё потеряно! Алекс победит Антона. Они схватят его и спасут принца — ещё не поздно, во дворце найдутся лекари, ещё не поздно!

Адель стиснула зубы, увидела ослепительную вспышку и…

— И это всё?

Голос Савина обдал её сердце ледяной волной.

— Жалкое зрелище.

Пламя развеялось, и девушка увидела, что Антон по-прежнему стоит на месте. Он не сдвинулся ни на шаг, не сделал даже малейшего движения в сторону. Лишь вытянул перед собой слегка подплавленную шпагу, на острие которой извивался…

— Алекс! — закричала Саша и попыталась рвануться вперёд, но Эльвира тут же пресекла её порыв, сильнее прижав лезвие к горлу.

Адель приоткрыла губы. Алекс висел на шпаге Савина, которая пронзала насквозь его сердце. Он брыкался, извивался, все его потуги отзывались кровавым кашлем.

— Жалкое зрелище, — повторил Антон

— Кх!..

Савин взмахнул рукой и отбросил Алекса, словно сухой листок, который зацепился за его шпагу. Алекс рухнул на землю и продолжил извиваться. Кровь хлестала у него изо рта и из раны на груди.

— Я пронзил тебе сердечный клапан, — заговорил Антон, неторопливо приближаясь к его трепещущему телу. — Ты выживешь, если не будешь слишком сильно брыкаться и напрягать сердце. Ясно?

Он вскинул ногу и мощным ударом обрушил её на голову Алекса. Юношу с болезненным хрипом вырвало кровью, и он потерял сознание.

В этот же момент его тело покинули последние остатки огненной маны. Ударная волна устремилась во все стороны. Она достигла стеклянной крыши — та начала плавиться прямо на глазах,