Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Войска стремительно сближались друг с другом, и вскоре металлический гул сотряс всю округу. Все точно и четко выполняли свою работу. Лучники пускали стрелы, всадники бились друг с другом, а гоплиты вновь приступили к выяснению отношений, кто из них сильнее. Яростная схватка продолжалось около получаса, когда войска Александра дрогнули, и стали медленно отступать.

  На этот раз сарисофорам Птоломея удалось сохранить в целостности свои ряды, и они устремились в преследование противника, стремясь не дать ему уйти как в прошлый раз.   

Так они и двигались, медленно и неотвратимо накатываясь на вражеские ряды, которые пятились к небольшим холмам, оказавшихся на пути их отступления. Из-за своей малой высоты, они получили от местных жителей меткое прозвище собачьи, в сравнение с мелкими собачьими зубами.

  Царские войска легко преодолели этот коварный рельеф местности благодаря своему новому построению, не сильно заботясь о целостности своего строя. Однако когда македонской фаланги пришлось повторить маневр противника, в их стройных рядах сразу образовались многочисленные разрывы.

  Едва только это случилось, как противник моментально приостановил свой ложный отход, и его отдельные маневренные отряды моментально устремился в открывшиеся бреши непобедимой македонской фаланги, попавшей в смертельную ловушку разработанную Эвменом.

  Все изменилось в считанные мгновения. Еще минуту назад, уверенно наступавшие ряды сарисофоров, совершенно неожиданно лишились своего привычного преимущества, и из металлического ежа превратились в легкую добычу. Вооруженные только щитами и длинными копьями, македонские воины совершенно не могли противостоять щитоносцам и меченосцам, которые подобно вешним водам затопили ряды фалангитов.

  Минута, другая ожесточенной схватки и случилось то, что никак не мог представить себе никто, из македонских полководцев включая самого царя Александра. Того, что не было со времен царя Филиппа. Краса и гордость македонской армии, фаланга сарисофоров, была разбита во фронтальном сражении и спешно отступала, если не сказать более ёмко.

  Многие из гоплитов сражались до конца, предпочтя смерть в бою позорному бегству но, имея только бесполезные в ближнем бою длинные копья, они ничего не могли противопоставить мечам и копьям врага. Одновременно с этим, энергично тесненные противником щитоносцы и меченосцы Птоломея ничем не могли помочь своему гибнущему центру.

  Словно в дурном сне, смотрел Птоломей как по иронии судьбы, неотвратимо рушилась его фаланга, сраженная не силой вражеского оружия, а по капризу природы. Напрасно пытаясь спасти центр, регент бросил туда свои последние резервы. Под неудержимым напором врага фаланга развалилась раньше, чем подоспело высланное подкрепление и движущиеся на помощь солдаты, смешались с бегущей толпой сарисофоров.

  Подобно огромной льдине подмытой теплыми весенними водами, разваливалась на части македонская армия, потеряв свое главное связующее фалангу сарисофоров. Вслед за ними обратились в бегство щитоносцы, меченосцы, пельтеки и лучники, поняв свою обреченность и спешившие поскорее спасти свои драгоценные жизни.

  Сам Птоломей слишком поздно осознал это. Македонский регент все пытался остановить отступающих солдат и личным примером увлечь их в новую атаку, но все было тщетно. Никто не слушал его, и все благородные порывы Птоломея были прерваны ловко брошенной веревочной петлей одного из скифов, которые остались служить в войске Александра.

  Практичный сын степей вначале полностью обобрал полузадушенного регента, оставив на нем только нижнее белье, а затем скрутил руки, забросил его на круп своего коня и отвез к себе в палатку в качестве простого раба.

  В этой категории Птоломей пробыл трое суток, в течение которых его энергично разыскивали победители. Хитромудрый Птоломей мужественно продержался все это время, исполняя роль раба степняка, и открыл свое инкогнито только после смерти Александра. Сделано это было очень разумно, поскольку открой Птоломей свою тайну на день раньше, и его голова украшала бы кол перед царским шатром.   

  Все почести от победы при собачьих холмах досталась Нефтеху. Именно он умело руководил отступлением войска, отдавая приказы из-под глухого забрала. Как оказалось советник, вполне хорошо мог руководить войском и привести его к победе. Все были поражены, когда египтянин снял золотой шлем и явил войску свое лицо, но никто из солдат и командиров не посмел упрекнуть Нефтеха в его самозванстве. Победителей не судят.

  Когда Александру доложили об одержанной победе, ни один мускул не дрогнул на его застывшем лице. Он только слабым голосом поинтересовался судьбой Птоломея и приказал усиленно искать изменника регента.

  Жизнь необратимо покидало его измученное тело, и покоритель Ойкумены то приходил в себя, то погружался в забытьё. Чувствуя свой скорый уход, Александр потребовал, чтобы его ложе вынесли из шатра, и все войско победителей прошло мимо него.

  С тоскливым взглядом он наблюдал, как мимо него маршировало все македонское войско, и победители и побежденные. Не желая лишнего кровопролития, Нефтех приказал только разоружить сдавшихся в плен македонцев и разрешил им в доспехах пройти мимо царя.

  Видя, что царь угасает, Нефтех развернул бурную деятельность, стремясь максимально извлечь выгоду из своей победы. Оказавшись уновиратом, египтянин привлек на свою сторону стратегов Калисфена и Керавна, которые выступили в качестве полноправных свидетелей, в присутствии которых царским перстнем было запечатано завещание Александра. О чем думал потрясатель Вселенной, когда его холодную руку с перстнем прикладывали к сургучу печати, так и осталось тайной, ровно и как каким образом это удалось сделать Нефтеху.

  Так или иначе, но Александр в присутствии многочисленных военачальников приказал свято выполнять его указания, сделав многозначительный жест глазами в сторону свитка с завещанием, шкатулку с которым днем и ночью охраняли его личные телохранители.

  На дерзкий вопрос одного из полководцев: - Кого он оставляет своим душеприказчиком?

 Александр вполне внятно ответил: - Лучшего – и вновь указал взглядом на Нефтеха.

  Царь прожил ещё почти сутки, за время которых египтянин окончательно упрочнил своё положение. Пользуясь тем, что Эвмен находился между жизнью и смертью, а также статусом человека Птоломея, столь умело его разгромившего, Нефтех сумел завоевать популярность среди солдат победителей. Его и раньше знали как умного и толкового человека, а теперь, при щедрой раздаче всевозможных наград воинам, почти весь царский лагерь хвалил его.

  Александр тихо умер ночью и рано утром, царское войско узнало о его смерти. Когда вскрыли завещание царя, то выяснилось, что Александр оставил свое прежнее разделение царства на Запад и Восток. Восточные земли должны были отойти ребенку, которого должна была родить царица Роксана, а западные территории должны были достаться малолетнему двоюродному брату Александра, эпирскому царевичу Пирру.

  Столь неожиданное относительно западного властителя вызвал определенные толки, но это был единственный оставшийся в живых