Призрачная свобода - Александра Торн

ними. Ан-Файяз носил короткую, аккуратно подстриженную бороду, пышные усы и бакенбарды — как и большинство хайянцев. Эрик тоже порывался отрастить кусты на лице, чтобы не выделяться из толпы, но Джемма наложила на эту идею строжайшее вето. Все равно ее муж был настолько рыжим, что посреди хайянцев смотрелся как пламенеющий феникс среди воронов.

К тому же никакая борода не помогла бы им слиться с толпой — Джемма для местных была воплощенной экзотикой: высокая, худощавая, с бронзово-смуглой кожей, гладкими черными волосами, высокими скулами и чоконским профилем. На нее до сих пор оборачивались на улицах, а однажды, когда она и Эрик мирно ели мороженное в парке, к ним подошла девочка и робко спросила: «Тетя, а ты ведьма?»

Уже тогда у Джеммы возникло подозрение, что принять назначение на Эль-Хайян было ошибкой. Кто же знал, что настолько большой…

Кабинет безвестно пропавшего начальника перинатального центра находился на предпоследнем этаже, в башенке, которую сотрудники прозвали «орлиное гнездо». Ночная Птица открыла перед принцессой двери и пропустила ее с якзаном вперед. АльНилам вошла, окинула просторы кабинета быстрым цепким взглядом и опустилась в кресло начальника. Ан-Файяз встал по правую руку от нее, и оба снова воззрились на Джемму, которая ощутила себя школьницей в кабинете директора.

— Присаживайтесь, — милостиво дозволила ее высочество. Ночная Птица села на краешек стула. — Итак, насколько я понимаю, проблема заключается в том, что кто-то украл из вашего центра десять рекомбинированных эмбрионов, некоторое количество внутренних документов, а глава центра и оба его заместителя бесследно исчезли.

Джемма сглотнула. Почему-то в изложении принцессы то, что выглядело просто как катастрофа, теперь казалось сущим апокалипсисом.

— Пять эмбрионов, — пробормотала Ночная Птица, просто чтобы что-то сказать. — Пять рекомбинированных и пять ожидавших рекомбинации.

— Когда вы это обнаружили?

— Поза… позавчера. Двенадцатого июня, с утра. Около половины шестого, когда утренняя смена сотрудников стала готовиться к открытию.

— Что вы предприняли?

Джемма облизнула губы.

— Боюсь, я не могу… я не смогу ответить на этот вопрос, потому что он вне моей компетенции. Этим занимался лично Ли Мин Хо, шеф нашей СБ.

Принцесса снова переглянулась со своим телохранителем. Он тихонько фыркнул в усы и пошевелил губами.

— Печально, но факт, — согласилась с ним АльНилам. — В чем заключались ваши обязанности, Джемма?

— Я администратор СБ. Я распределяю сотрудников по сменам, контролирую, чтобы они вышли на смену, веду учет рабочего времени, больничных, отпусков, отгулов. Ну, проще говоря, я организую ежедневную работу СБ.

— А теперь все начальники сбежали и бросили вас расхлебывать то, в чем вы ничего не смыслите.

Джемма вспыхнула. Ну да, она — не бывший стрим-десантник или эпсилон, не руководитель СБ и даже не зам, но какого черта⁈ Султан прислал вместо агентов какую-то религиозницу в шелковых тряпках и бородатого громилу! Джемма хотя бы колледж закончила по специальности и отработала уже восемь лет в системе СБ при перинатальных центрах, а эта что умеет делать, кроме трепетания ресницами и махания четками⁈

— Вы сообщили родителям, что их будущие дети пропали?

Гнев Джеммы мигом испарился. Она почему-то даже не задумывалась об этом.

— Н… мм… этим должен был заняться пресс-секретарь. Наверное. А может нет, я не знаю, разрешил ли Ли Мин Хо…

— Ясно, — оборвала ее вад-принцесса. — Предоставьте нам полный доступ ко всем системам центра, всем документам, хранилищам данных, к лабораториям, кабинетам сотрудников и их компьютерам, рабочим телефонам, планшетам и прочим устройствам. Перешлите Мураду списки всех сотрудников СБ, которые работали с десятого по тринадцатое число, а также данные о том, кто, когда и куда ездил в отпуска или брал больничные.

— Да, мэм… ваше высочество, — пробормотала Джемма. — Вы будете допрашивать сотрудников?

— Мы проведем несколько бесед. Этот кабинет меня устраивает, так что мы будем работать здесь. Заблокируйте доступ на этот этаж для всех сотрудников… кроме вас. Доступ к учетным записям Ибрагима ибн-Али Ан-Шуфрира, Марии Фиалковской и Филиппа Анжера тоже должен быть заблокирован для всех.

— Хорошо, мэм, ваше высочество.

— Можете обращаться ко мне «эфенди», — сказала принцесса; ее тон несколько смягчился, и она спросила: — Когда вы видели их в последний раз?

— Я не то чтобы часто общаюсь с начальниками центра, — буркнула Ночная Птица. — Небожители редко к нам снисходят. У Шуфрира отдельный маленький лифт в его кабинет, Фиалковская и Анжер почти все время сидели в своих лабораториях.

— Что ж, ясно. В приемной Шуфрира никого нет. Где секретарь?

— Она уволилась пару месяцев назад, мы пока ищем замену. Искали.

— Отлично. Займите приемную. Сегодня к обеду перенесите в нее ваш офис.

— Хорошо, мэ… эфенди, — покорно сказала Джемма, хотя в ней все вскипело от тона, каким принцесса назначила ее девочкой на побегушках.

— Распорядитесь насчет кофе и чая. Ступайте, у вас много дел.

Жест, которым вад-принцесса отослала ее прочь, был таким же оскорбительным, как и все остальное. Ночная Птица, завидуя начальникам, сбежавшим и избавившим себя от унижения, вышла из кабинета и достала из кармана личный телефон. Можно себе позволить, раз тут ее никто не видит.

На экране светилось сообщение от Эрика: «Ну как?» Джемма вздохнула. Она ничего не могла ему рассказать.

«Пока вроде нормально, — написала она и после недолгой борьбы с искушением добавила: — Купи, пожалуйста, фисташковое мороженное и кольца кальмара. День будет тяжелый».

«Ладно. И большой ванильный коктейль, пару литров, да, детка?»

«Лучше ведро», — ответила Джемма, сунула телефон в карман и нажала на кнопку лифта.

Один вопрос не давал ей покоя — почему пропажу эмбрионов, документов и руководителей перинатального центра «МТ» расследует дочь султана, а не агенты из службы дознания Корпорации?

* * *

— Бедняжка, — со смешком сказал вад-принц. — Такая напуганная и сердитая. Жаль, что мы не можем ее успокоить.

Мурад громко фыркнул. Для девушки-администратора все, конечно, выглядело однозначно: начальство, в заботе о своей заднице, удрало, а ее назначило крайней, бросив один на один с проблемами, которые ей просто не по силам решить. Неудивительно, что саида Ночная Птица, как оголенный провод, искрила при малейшем прикосновении.

— Как твой нейромодулятор? — спросил АльНилам, расстегивая мушт. После инцидента на Альвионте прежнее устройство вышло из строя, и Мурад еще не совсем привык к замене.

— Все нормально, эфенди, — беззвучно ответил он.

— Если ты не начнешь им пользоваться, то так