Иной - Алексей Александрович Стопичев

Вермис! — заорал срывающимся голосом распорядитель бала, и в зал, в сопровождении пятерых дворян вошла любовница короля. Графиня Моголо сразу же поспешила ей навстречу, да и другие гости потянулись к могущественной теперь даме.

Баронесса Верлис действительно была хороша, и я в какой-то мере даже понял Фридриха. Ослепительно рыжая, жгучая, с чёрными бровями вразлёт и коралловыми губами Квиса заставляла даже немолодых мужиков старательно выпрямляться и тянуться в струнку. И даже графиня Моголо — красивая — поблекла рядом с этой дамой. Впрочем, меня привлекла в любовнице короля не красота, а нечто другое. Я явственно почуял, как от Квисы несёт Прядью. И все мои подозрения тут же подтвердились. Потому я чуть прищурился и стал внимательно рассматривать вошедшую в зал цель…

Глава 5

Покушение

Квиса держалась надменно-снисходительно, позволяя дворянам, наперебой клявшимся в верности и восхищении, целовать себе ручку. Выслушивала благосклонно комплименты и жеманно и одновременно высокомерно улыбалась. Нарциссичная особа, дорвавшаяся до власти. Готов спорить на что угодно, что там было бедное детство, мысли о власти, деньгах и славе и зависть ко всем более удачливым. Впрочем, мне это абсолютно безразлично. Многие в одинаковых условиях, но не все переходят на сторону тьмы. Потому, никакое детство не может быть оправданием этому.

Я затесался в толпу дворян и стал присматриваться уже не к любовнице монарха, напитанной силой Пряди, а к её четверым охранникам. Они казались людьми, но были донельзя странные, неестественные будто. И я даже вначале не мог понять, в чём дело. А потом до меня дошло. Охранники старались быть неторопливыми! Судя по всему, с помощью какой-то магии эти четверо разумных ускорились, но, чтобы это не бросалось в глаза, постоянно контролировали себя и двигались медленнее своих возможностей. В принципе, я знал сразу несколько техник, позволяющих входить в транс, и все они ни к чему хорошему разумных не приводили, так как выжигали организм подчистую. И соглашались на это либо совсем отчаянные, либо отчаявшиеся. Потому как, спустя пару тройку лет, такие бойцы становились дряхлыми стариками и доживали жизнь свою весьма паскудно. Впрочем, именно эти четверо не давали мне покоя. Использовать магию для сканирования не хотелось, так как эти четверо могли почуять. Да и в зале находился десяток приличных магов — не стоило так обнаруживать себя. Потому я продолжал просто наблюдать, болтая с какими-то людьми, прогуливаясь по залу и пробуя яства, которые щедро заносили слуги.

В какой-то момент ко мне приблизился Гордис и шепнул:

— Акумо со своими людьми ждут на улице. Что передать?

— Пусть ждут. Атакуем сегодня. Их цель Квиса, особое внимание охранникам.

Барон схватил бокал с шампанский прямо с подноса проходящего мимо слуги, улыбнулся кому-то в зале и упорхнул, ввинтившись в толпу.

В разгар веселья, когда я примостился в одной из ниш и с удовольствием ел бутерброд, запивая красным вином, ко мне приблизилась Эсса Моголо и промолвила с любезной улыбкой:

— Господин…

— Немо, графиня, — любезно поклонился я, не выпуская бокала и бутерброда из рук.

— Немо означает «Никто»? — Эсса прищурилась со значением.

— Госпожа Моголо сведуща в старинных языках, — максимально растянул я губы в улыбке.

— И откуда вы, господин «Никто»?

— Из королевства Ундила, мадам, — вновь поклонился я. От поклонов спина не сломается, а с хозяйкой бала надо быть вежливым.

— Ни разу не была там, — поджала свои губы графиня, и тут же спросила: — А что вас занесло к нам?

— Хотелось людей посмотреть, — пожал я плечами.

— И как вам люди в нашем королевстве?

— Некоторые — необычайно красивы и очаровательны, мадам, — я отсалютовал графине бокалом и проговорил, если вдруг она не поняла комплимента: — Это я о вас!

— А в Ундиле благородные кавалеры, — чуть теплее улыбнулась Эсса, — И умеют говорить правильные вещи дамам.

— О да, мадам, языком мы работать умеем, — я чуть прищурился, глядя, поймёт ли графиня мою двусмысленность. Графиня поняла, отчего вспыхнула, как мак. И даже засмеялась, пытаясь скрыть смущение:

— Только языком, любезный господин Никто?

— Что бы я ни сказал — это прозвучит либо бахвальством, либо ложной скромностью, мадам. Я предпочитаю, чтобы о моих навыках рассказывали другие.

— Или молчали? — продолжала улыбаться графиня.

— Или молчали, — согласно кивнул я.

— Знаете что, — решительно вдруг проговорила Эсса, — Послезавтра у меня небольшой приём. Совсем немного народу будет — человек десять, не больше. Тихие, почти семейные посиделки. Если хотите — можете прийти, мне кажется, нам будет о чём поговорить.

— С превеликим удовольствием, ваше сиятельство, — вновь поклонился я. А графиня глянула многозначительно и упорхнула к гостям. Я же, понимая, что Квиса скоро уедет, скользнул к выходу из зала.

Я успел как раз вовремя к с своим людям. Быстро обрисовал Акумо ситуацию, и мы затаились в темноте проулка, поджидая карету с любовницей короля. И когда та выехала, начали действовать. Один из охранников сидел рядом с кучером. Ещё двое стояли на запятках кареты, глядя по сторонам. Первый, Второй и Акумо выстрелили из арбалетов в них, но тот, что сидел рядом с кучером успел увидеть арбалетный болт и увернулся. Однако, двое ускоренных на запятках упали, пронзённые стрелами. Какой ты ни будь быстрый — если смерть подошла сзади — реакция не спасёт. Я хотел взять живым хотя бы одного из мутированных охранников, чтобы понять — что они такое. Потому к карете рванул сам, приказав Акумо разобраться с выжившим и кучером. Был риск, что даже втроём мои убийцы не справятся со стремительным бодигардом, но цель была важнее, потому риск я посчитал оправданным.

Я не успел открыть дверцу кареты, потому как она распахнулась сама, и оттуда вылетела магическая дрянь, похожая на слизь Пряди — необычайно паскудное и смертоносное заклятие, которое в ходу у маридов. Эта мерзость разъедает любое живое существо, будто кислота. И спасения от него практически не бывает. Но только в том случае, если дрянь эта попадёт в живой организм. А я свой организм благополучно убрал в сторону, и потому магическая клякса, зашипев, просто врезалась в мостовую. А я, ускорившись, увидел удивлённое лицо Квисы, оказавшейся колдуньей. Давать второго шанса продавшейся Пряди твари я не намеревался, потому мой клинок пронзил грудь любовницы короля. В это время стилетом меня ударил последний из ускоренных бодигардов королевской любовницы. Воин действительно