Небесный всадник. Том 3 - Кирико Кири

— Подстричь и побрить меня, пожалуйста, — попросил я.

А они умеют. Девушки тут вообще всё умеют, я уже в прошлый раз убедился. В прошлый раз… который был восемь лет назад…

Удивительно, что за это время здесь, да и в принципе вокруг немногое изменилось. По крайней мере, шпиль как выглядел, так и выглядит. Даже служанки, и те по какой-то причине продолжали работать на своих местах. Кстати об этом…

— Я всё хотел спросить. Меня не было восемь лет, а вы почти все до сих пор здесь работаете, хотя у вас служба длится десять лет.

— Да, господин фон Хертвёрд, — не стала отрицать служанка. — После того как вы исчезли, было решено продлить нашу службу ещё на пять лет.

— Почему?

— Госпожа Ди Вльен’Санти беспокоилась, что вы могли пропасть не просто так и это было делом рук наших врагов, отчего ради безопасности, чтобы к нам не подослали шпионку, на время продлила нашу службу. Также нас внимательно проверяли после случившегося, однако обошлось без предательств, которые бы бросили на нас тень.

— Это жестоко… — протянул я.

— Нет, господин, вы не подумайте плохого о главе небесных всадниц. Нам был дан выбор остаться или уйти, и это было бы грехом бросать всех в столь сложное время.

— Бросать такую прибыльную работу, — добавил я.

Служанка не ответила, но я знал, что попал прямо в яблочко. Будь на их месте и получи такое предложение, я бы тоже не отказался поработать, учитывая, сколько здесь платят, а ты ни копейки не тратишь.

— И на сколько продлили срок вашей службы? — поинтересовался я.

— На пять лет, господин. А дальше, как распорядится госпожа Ди Вльен’Санти и-и-и… Готово! — сделала она шаг назад. — Хотите ли взглянуть на себя в зеркало?

— Было бы неплохо.

Зеркала были в этом мире дорогой редкостью. В обычной жизни у простых людей было ведро с чистой водой, в котором было видно мутное отражение. А настоящие зеркала водились лишь у аристократов, да и то не у всех, да и от раза к разу, потому что делали их тут по каким-то секретным чертежам. Зато у каждой всадницы было своё зеркало в полный рост — что-что, а такое они могли себе позволить.

Конечно, в комнату меня никто пускать не стал, но служанка принесла мне небольшое зеркальце, в которое я и смог взглянуть, в первый раз увидев, во что превратилась моя рожа. А превратилась она в…

— Звиздец…

Я и до этого красавцем не был, но тут было что-то прямо за гранью зла. Просто в моих ожиданиях было, что у меня там будет красивый шрам от когтей на лице после встречи с той лисой, как у какого-нибудь воина, а тут…

А тут меня будто по асфальту или битому стеклу протащили харей. Половина рожи буквально разорвана в клочья и срослась как срослась. На другой — такие шрамы, которые под понятие «красивые» или «настоящие мужские» не подходят никак. Там мне как будто вскрыть башку через харю пытались. Нос и вовсе сломан и свёрнут. Я подозревал, что он кривой, но тут прямо сверх всех ожиданий.

Ладно, зубы, хрен с ними, что часть мне просто нахер выбило, хрен с левой рукой, которую пожевали так, что Фредди Крюгер бы расплакался, хрен там с телом, которое было совсем не в лучшем состоянии. Но лицо! Лицо, сука, единственное, что могло хоть как-то перекрыть, а оно…

Как-то… на меня ж теперь вообще никто не посмотрит…

Так, ладно. Мне говорили, что магическое лечение может многое поправить. Да, там речь шла именно о заживлении, а у меня, по факту, всё зажило, оставив жуткие шрамы, но сделать-то что-то можно, верно? Хули сопли на кулак наматывать, если ещё ничего не известно?

— Всё хорошо? — поинтересовалась служанка, видимо заметив моё долгое молчание.

— Да, — ответил я сразу, пытаясь звучать обычно. — Всё отлично. Спасибо!

— Не за что, господин.

Ладно, хрен с шрамами, пойду мыться.

Вот чего мне действительно не хватало, так это нормально помыться. Просто лечь в горячую воду и отмокать. А то или река с ледяной водой, или бочка, в которой вода остывала быстрее, чем ты успеешь моргнуть. А тут…

Бассейн был в моём полном распоряжении. Мойся не хочу. Собственно, чем я и занялся. Отмокал, наверное, около часа, чуть не уснув между делом. Но мысли всё равно крутились не самые приятные.

Хорошо, что мы вернулись, но вот за свою рожу обидно капец просто, а теперь я ещё и волновался, можно ли будет ей придать нормальный вид. Шрамы, конечно, украшают мужчину, но не когда из-за шрамов не видно самого мужчины. Мне и одной руки было достаточно…

Я взглянул на свою руку.

Выглядела она не ахти, будто сшитая из множества кусков — тварь очень хорошо её пережевала. Да ещё и кости кажись не совсем ровно срослись, не говоря о том, что большой и мизинец двигались с каким-то опозданием, а безымянный вообще не работал. Это я не говорю, что между средним и безымянным как такой разрез в глубину шёл небольшой.

То есть на мне в действительности, как оказалось, и живого места не было. Я жив, и это круто, но тем не менее не так радостно, как могло быть.

Я выполз лишь под вечер, когда через стеклянный потолок начали проглядываться первые звёзды. К тому моменту операция, которую, как я понимал, проводили над Аэль в попытках вернуть ей ноги, была в самом разгаре. То и дело туда-сюда из комнаты курсировали служанки, таская тазики, вёдра и тряпки. Внутрь я заглядывать не стал, но там было ещё веселее.

Но когда я решил проведать свою комнату, меня перехватила Серафина.

— На пару слов, можно? — кивнула она на свою комнату.

— Ну… можно, конечно… — не стал я отнекиваться, молясь только, чтобы отчёт не заставили писать.

Серафина посторонилась, пропуская меня, после чего закрыла за мной дверь.

— Присаживайся. Куда хочешь.

О как. А обычно мне только на стул можно было. Не, ну раз предлагают, я сяду в кресло у камина. Мягко, удобно — я уже начал забывать, что такое настоящий комфорт.

— Ты ел уже? — как-то чрезмерно заботливо спросила она.

— Как-то аппетита нет. Не знаю, не чувствую голода на фоне всего происходящего.