Хранитель Империи том 1 Начало - Александр Вересов

— Где? — коротко спросил Себастьян, уже не скрывая нетерпения.

— В подвале. Я сам его нашёл, — Ричард шагнул к столу, достал из внутреннего кармана сюртука небольшой свёрток — тёмная ткань, перевязанная серебряной нитью. — Спрятан был за той самой стеной, про которую говорилось в старых записях. Пришлось снять слой кирпича.

Он положил свёрток на стол. Себастьян медленно, почти благоговейно, развязал нить. Ткань упала, открывая то, что лежало внутри.

Это был жезл.

Не длинный, с локоть, из тёмного, почти чёрного металла. На одном конце — навершие в виде раскрытой ладони, держащей шар из мутно-белого камня. На другом — острый наконечник, покрытый вязью древних символов. От жезла исходило слабое, едва заметное свечение — белое, с золотыми искрами.

— Жезл Исхода, — прошептал Себастьян, проводя пальцами по древку, но не касаясь. — Я думал, его уничтожили.

— Охотники умели прятать, — усмехнулся Ричард. — Особенно то, что могло пригодиться для отступления.

Себастьян молчал, глядя на артефакт. В его глазах плясали отблески свечей, и трудно было понять, что он чувствует — радость, печаль, облегчение?

— Двести пятьдесят лет, — произнёс он наконец. — Мы ждали двести пятьдесят лет. А он всё это время лежал здесь, под Москвой. Ждал, когда за ним придут.

Ричард шагнул ближе.

— Сработает?

— Должен, — Себастьян взял жезл в руки. Тот отозвался — свечение стало ярче, по металлу пробежали золотистые искры. — Он заряжен магией перехода. Осталось только активировать.

Он повернулся к окну, за которым спала Москва.

— Мы сделали это, Ричард. Мы вернулись и забрали то, что принадлежит нам по праву. Теперь можно уходить.

— А мальчишка? — Ричард кивнул на дверь, за которой только что скрылся Александр. — Мы просто отпустили его?

Себастьян обернулся. В его глазах мелькнуло странное выражение — то ли сожаление, то ли уважение.

— Он мне понравился, — сказал он просто. — В нём есть то, что было в нас, когда мы начинали. Вера в то, что он делает. Пусть живёт. — Он помолчал. — К тому же, он Вересаев. Илья... я помню Илью. Он поступил честно, когда выкупил Титуса. Не убил, не использовал, а дал выбор. Такие люди должны жить.

Ричард кивнул. Спорить с Графом он не привык.

— Тогда пора.

Себастьян поднял жезл над головой. Закрыл глаза. Что-то прошептал — древние слова, которых Ричард не знал.

Жезл вспыхнул.

Свет залил комнату — яркий, ослепительный, живой. Он вырвался из навершия, ударил в потолок, растёкся по стенам. А в центре этого света, прямо перед Себастьяном, начал формироваться проём.

Сначала — точка. Потом — дрожащий овал. Потом — дверь.

По ту сторону проёма виднелось небо. Чужое, с двумя лунами и зеленоватыми облаками. Знакомое небо. Дом.

Себастьян шагнул к порталу, остановился на пороге. Обернулся, обвёл взглядом комнату — кабинет, который на несколько часов стал их убежищем, книги на полках, остывающие свечи.

— Прощай, Москва, — тихо сказал он. — Надеюсь, больше не увидимся.

И шагнул вперёд.

Ричард последовал за ним.

Проём схлопнулся, оставив после себя только лёгкий запах озона и тлеющий фитиль свечи.

В кабинете стало тихо. Только ветер шевелил портьеру, залетая в приоткрытое окно, да где-то внизу, в зале, продолжалась весёлая жизнь клуба, не подозревавшая, что творилось этажом выше.

Глава 22 Утро новых встреч

Домой я добрался уже далеко за полночь.

Тётя Наталья, слава богу, спала — в её окнах было темно. Я бесшумно прошмыгнул в свою комнату, скинул пальто прямо на пол и рухнул на кровать, даже не раздеваясь.

Мысли путались. Себастьян, Ричард, жезл, портал... Вампиры ушли. Просто взяли и ушли. И Граф... Граф оказался не тем чудовищем, каким я привык представлять себе вампиров. Он помнил. Помнил ту войну, помнил моего предка, помнил, что значит защищать.

Я закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.

Разбудил меня стук в дверь.

— Александр Петрович! — голос служанки, молоденькой Маши, звучал бодро и настойчиво. — Вас к столу зовут! Александр Николаевич уже приехали!

Я сел на кровати, хлопая глазами. За окном было серое, морозное утро. Часы на тумбочке показывали половину десятого.

— Иду! — крикнул я, растирая лицо ладонями.

Дед приехал? Вот это новость. Я быстро умылся ледяной водой из рукомойника, привёл себя в порядок и натянул свежую рубашку. Вчерашний разговор с вампиром постепенно отодвигался куда-то вглубь сознания, уступая место обычным, житейским заботам.

В столовой было тепло и уютно. Самовар весело попыхивал на столе, вокруг него теснились ватрушки, пирожки, варенье в хрустальных розетках. За столом сидели двое.

Дед — Александр Николаевич — в строгом сюртуке, с газетой