Отборная няня для сорванцов (и) Генерала-Дракона - Ева Кофей

Котёнок, словно отозвавшийся, пролез между мной и малышом и утробно заурчал.

— Хочу, — сказал Чарли громче, — спасибо-спасибо! Можно, правда? — всё-таки ему требовалось, чтобы Девил дал «официальное согласие».

Я сверлила взглядом дракона и надеялась, что он не уйдёт ради того, чтобы сделать какой-нибудь амулет, печать или медальон, который присуждал бы животному должность питомца наследника великого дома чёрных драконов…

Хотя я бы не удивилась.

К счастью, Девил только махнул рукой и сказал:

— Можно.

Словно собаке разрешил есть. Но ладно. На самом деле это был его обычный тон.

Хорошо, что он не порывался упрекать ребёнка за слёзы. Видимо, потому что ничего уже от него не ждал.

Поппи не сильно впечатлилась, но вроде бы и не расстроилась. Я ей сразу же напомнила, что у неё уже есть каунта, между прочим, в виде целой лошади.

Девочка ткнула в мою тарелку и сказала:

— Няня, ешь! Остыло всё.

— Хорошо, детка, — я вернулась на своё место. Малыш играл с котёнком на ковре. Осторожно, что меня радовало. — Чарли, — обратилась к нему, — придумаешь своему питомцу имя? Я подумала, что тебе будет приятно назвать его самому.

Сказала это, попробовала кашу и… почувствовала, как начала задыхаться.

Еда… отравлена?

Эта мысль, подорвавшийся ко мне Девил, жар его рук, а дальше… пустота.

Глава 37

Когда я очнулась, малыши плакали горькими драконьими слезами, вокруг них, охая, бегала Ирен, меня в ладошку лизал котёнок, а сама я была в руках Девила.

Я дёрнулась. Зря. Боль пронзила тело.

Дракон тут же хрипло сказал:

— Оставайся на месте, мышка.

Яд перетекал от меня к нему. Моё плохое самочувствие цеплялось за его сильное тело ниточками-паутинками, вливаясь в кровь.

— Что… произошло, — выдохнула я, больше не двигаясь. В объятьях Девила было почти что хорошо. Тепло и безопасно.

Пусть сам процесс восстановления был неприятным.

Я словно складывала свою болезнь в раскалённую печь. Там она тут же превращалась в ничто.

— Почему вы плачете? Я в порядке, дети.

— Это она… — всхлипнул Чарли. — Это она сделала.

Он указал на Поппи. Я от удивления даже перестала дышать. Маленькая девочка. Это сделала маленькая девочка?

Да быть не может… Зачем?

И как?

Сама Поппи так же хныкала. Она вся покраснела. Можно было только надеяться, что её никто не обидел, пока я была в отключке.

— Я не хотела! — крикнула она, глядя на своего дядю. — Я не думала, что ей станет плохо. Почему ей стало плохо? Она напугала меня, дядя!

Девил как будто бы машинально запустил пальцы в мои волосы, принялся задумчиво перебирать прядки. Снова спасая мне жизнь мимоходом. Двигаясь при этом к своей собственной цели.

— Она не такая, как ты, — сказал он строго, но спокойно. — Она человек. Что ты насыпала в кашу?

Поппи потихоньку успокаивалась, Чарли тоже. Он увидел, что я в порядке. Но смотреть на большие светлые глазки, что были на мокром месте, было трудно. Сердце сжималось.

— Всего лишь огненный порошок, — сказала маленькая драконица, — я хотела, чтобы она забавно чихала!

Рука Девила замерла, я всем телом почувствовала его напряжение.

— Порошок из огненного плода? Она могла сгореть изнутри, ты понимаешь?

— Нет, — девочка захлопала ресницами, — а как это?

Девил уже не обращална неё внимания. Ирен что-то нашёптывала детям. Наверняка то, что это я виновата. Что я плохая. Я напугала их своей слабостью.

— Тебе стало плохо… — задумчиво прошептал Девил. — Но могло быть и хуже, мышка.

Я попробовала пошевелиться, движения давались легче, так что получилось слегка вывернуться и заглянуть ему в лицо.

— Тебе всё это не подходит, — вдруг сказал он шёпотом.

Будто бы что-то решил.

Что-то плохое.

— Свернёте мне шею, словно хромающему цыплёнку? — спросила я так, чтобы дети не услышали.

У Чарли не было суперслуха, а Поппи была сосредоточена на себе.

В глазах Девила отображалось ясно — да, он считает это выходом. А ещё ему будто бы даже было печально. Хотя что такого? Всего лишь моя жизнь, он может ей распоряжаться как угодно. Если бы не он, я бы уже кормила червей в своём мире.

Может быть, летала бы призраком, наблюдала бы за шикарным мужчиной в чёрном костюме на кладбище. Который так легко отпустил меня, лишь только учуяв тонкий запашок смерти.

Девил сделал обратное. И я понимала его. Но был ли он лучше моего бывшего? Я не знала… не знала, почему вообще задумалась об этом.

На ресницах засеребрились слёзы, я вдруг почувствовала себя настолько уставшей, что было уже всё равно.

— А ты уже сдалась? — спросил дракон вкрадчиво.

Тело пронзила тёплая волна мурашек, я вцепилась в его плечи сильнее. Момент слабости ускользнул, словно его никогда и не было. В сердце зажглась искра.

Нет, я не пойду по своей воле на эшафот, не подойду к Девилу, что будет манить меня к себе. С острым клинком в руках.

Ситуация была почти безвыходная. Побег всегда был плохим вариантом. Сколько раз я уже могла погибнуть только лишь из-за детских шалостей? А что будет со взрослыми, которые на улице распознают во мне человечку? Я ведь даже половых тряпок касаться не должна…

Ну, конечно, у них же для этого есть гномы. Они с удовольствием забьют меня маленькими швабрами за то, что попыталась занять их престижные места…

Картина вырисовывалась забавная и мрачная.

Девил не соврал в одном из наших первых разговоров. Я буду по-настоящему в безопасности, если выиграю отбор. Под защитой дома чёрных драконов. Но если этого не произойдёт… Что ж… Я буду бороться за свою жизнь до последнего.

Девил коснулся пальцами моей щеки, будто уловив новую энергию вокруг меня и огонёк в глазах. Прикосновение было таким приятным, что стало больно.

Зачем всё это? Проще было бы просто ненавидеть его. А не бродить, словно одержимая, по краю. По лезвию ножа.

Без каких-либо перспектив.

— Ирен, проверьте Резергарда, — приказал он, не отводя от меня взгляда.

Няне пришлось подчиниться. Тогда Девил поделился своим опасением:

— Лана, когда наша связь прервётся, кто будет тебя спасать? Я всё ещё чувствую твою болезнь в своей крови. И к этому каждый день добавляются всё новые и новые недоразумения. У меня такое чувство, что как только побочка перестанет действовать, ты можешь просто рассыпаться в прах. Такая хрупкая…

Это могло бы звучать как комплимент в другом контексте. Но дракон, конечно же, не преминул добавить:

— Непригодная для этого мира. Я должен признать свою ошибку. У тебя ещё меньше шансов, чем я полагал.

Я попыталась подняться,