Бескрайний архипелаг. Книга VII - Артем Сластин

скольких ты успеешь вытащить? — Эстебан упёр кулаки в бока. — Десять? Двадцать? А нам потом как жить? Все лягут, а мы уцелеем? Об этом ты подумал⁈ Не-ет. Я не крыса, чтобы сбегать с тонущего корабля!

— Эстебан прав, — коротко сказал Молотов.

— А-а! — рявкнул Такеши.

— Лучше так, чем никак! По одному ко мне. Это приказ!

Никто не двинулся с места. Офицеры смотрели на меня, потом друг на друга и разом демонстративно отвернулись.

Снизу, из коридоров, донёсся топот. Не строевой, не уверенный, но торопливый и спотыкающийся. В рубку вбежал элитный боец из Братства. Пожилой, лет шестидесяти, с ожогом на щеке. Он остановился посреди рубки и с трудом выговорил:

— У меня девочка. Маленькая совсем. Моя Оленька… Она папу каждый вечер ждёт у двери, я знаю, я… — голос у него сломался. — Без меня она…

— Всё в порядке, Рауль. Идём домой.

Снизу поднимались остальные. Сначала двое, потом ещё, дальше больше. В основном молодые лица. Перепуганные. У некоторых глаза не поднимались от пола. Несколько человек развернулись на полпути и умчались обратно вниз. Я слышал их удаляющиеся шаги. Пошла череда переносов. Тридцать один человек отправился домой.

Я ждал остальных. Но больше в рубку никто не поднялся.

Горло перехватило так, что я несколько секунд не мог говорить. Просто стоял и смотрел на приближающуюся воду.

— Я знаю, как выжить! — вскрикнул Ширайя.

— Говори, не томи! — поторопил я.

— Такеши! Активируй глиф последнего шанса. Прикажи воде расступиться. Потенциала артефакта должно хватить на такую просьбу.

Якудза запустил руку в карман и достал небольшой камень. По лицу читалась яростная внутренняя борьба. Брови сдвинулись, желваки напряглись, ноздри расширились. Он смотрел на камень и обречённо кивал.

Я не понимал, почему он сомневается. На него это не похоже.

Рот его приоткрылся, закрылся. Такеши поднял взгляд на Ширайю, потом на меня, потом снова на камень. И убрал его обратно в карман резким движением.

— У-у-у, — покачал головой. — У!

— В твоей власти спасти нас всех! — разразился громом Ширайя. — Всех до единого! Не глупи, слышишь меня⁈

— У.

Я шагнул к нему.

— Такеши. Смотри на меня.

В глазах его сквозила такая боль, что я растерялся.

— Не знаю, чего это тебе стоит. И спрашивать не буду. Но там, — я указал за окно, — наши люди. Которые не ушли, хотя могли. Которые остались, потому что верят нам. Ты это понимаешь?

— А-а, — выдавил он с трудом.

— Скажи мне «нет» — и я приму это. Но скажи, не отводя взгляда!

Долгая пауза. Такеши закрыл глаза.

— У.

Всё понятно. Это решение он принял раньше, чем достал камень из кармана.

Стена воды заполнила всё от края до края. По кораблю пошла монотонная вибрация. Свет Солариса исчез за вертикальным океаном, и нас накрыла холодная синяя тень.

— Это конец, — произнёс Ширайя.

Я смотрел вперёд и думал об Оленьке. О том, как она стоит у двери. Ждёт. Потом прогнал мысли и взял штурвал обеими руками. Не потому, что это что-то изменит. Просто не умею иначе.

Глава 23

— А-а-а-а-а!

КР-Р-АХ!

Удар швырнул меня вперёд раньше, чем я успел выдохнуть. Стекло лопнуло. Осколки хлестнули в прорези барбюта, резанули по щеке. Я влетел в грот-мачту с такой силой, что кости заныли от затылка до пяток, и обхватил её руками и ногами намертво. Мимо с дурным воплем пронёсся Эстебан. Его впечатало в стену камбузной пристройки, и он сполз по ней на палубу тряпкой.

Корабль не вошёл в воду. Форштевень задрался под прямым углом, и «Гнев богов», вопреки здравому смыслу, поплыл вертикально, не теряя скорости.

Я обернулся.

С палубы сыпалось всё. Бочки грохотали друг о друга в воздухе. Цепи, вёсла, ящики, бухты каната. Но главное — люди. Наши люди летели вниз с раскинутыми руками, и крики их таяли в рёве воды.

Горло сдавило.

Разжал колени, оттолкнулся от мачты и ушёл в падение головой вниз.

— Драксус, просыпайся!

Спину пронзило болью. Из-под лопаток выстрелила горячая плоть. Крылья раскрылись с хлопком, порвав ремни нагрудника. Таково действие перка «Летучий ужас», который я выбрал на двухсотом уровне навыка.

Серые пластины доспеха упорхнули в стороны.

Пару взмахов — и я уже не падал, а летел. Первым занялся учеником Ширайи. Нашёл его в хаосе, схватил за лодыжку, щёлкнул пальцами. Миг темноты, запах сырого дерева в складе снабжения. Парень остался там. Я вернулся немедленно. Двое бойцов Братства вцепились друг в друга и падали вместе, комом из рук и ног. Забрал обоих. Пошла череда переносов на Новую Землю.

Никто не упирался. Никаких слов, никакой гордости. Только глаза, полные согласия, и сжатые от страха пальцы.

Я уходил всё ниже. Рёв воды нарастал. Там, где горизонтальный поток встречался с вертикальным, образовалось диагональное течение, которое тянуло всё в пучину с методичностью жернова.

Крылья сложились, я вошёл в воду.

Открыл глаза под поверхностью. Люди уходили ко дну быстро, течение гнало их в темноту. Я рванул навстречу, но почувствовал: не успеваю.

Рядом шлёпнулся деревянный ящик и сразу провалился в поток. Следом из воздуха упал Раджеш, всей спиной об воду, с коротким криком. Я успел поймать его за запястье до того, как течение подхватило. Щёлкнул пальцами.

Поплыл навстречу тем, кого уже не видел, и поток поймал меня. Не потянул, а резко швырнул вниз. Попробовал грести против него — бесполезно. Глубина прибавлялась с каждой секундой. Тёмная вода сомкнулась со всех сторон. Тело перестало понимать, где верх.

Тогда прекратил бороться и метнулся в сторону. Поток был уже, чем казался. Три-четыре гребка поперёк — и хватка ослабла. Я почувствовал вибрацию, будто что-то плюхнулось в воду. Поплыл на неё. Вскоре увидел свет, ускорился и вылетел наружу.

Без демонической силы здесь не выжить. Я осознал, что тех, кто ушёл ко дну, уже не спасти. Но можно помочь тем, кто прямо сейчас летит вниз.

Поймал матроса в воздухе. Перенёс. Едва не получил тяжёлым топором по лбу. Оружие, вращаясь, пролетело в сантиметре. Схватил Жекаруфларда.

Высоко над мачтами мелькала Тлишка. Ветер с рёвом срывался с её ладоней потоками. Она не просто летала. Она управляла стихией, ловила ею людей, прижимала к себе. Бойцы хватались за шею, за плечи, кто-то держался за пояс. Она несла их в трюм, откуда уже не упасть, и возвращалась снова без промедления.

Когда я сделал всё, на что был способен, опустился на крышу кормовой пристройки и застыл там, подобно каменной гаргулье. Пальцы нашли металлический край кровли и сжали его.

Внизу оставался только океан,