Нико Вайсхаммер - Сергей Извольский

Пронзительно взвыла сирена, уверенно зазвучал громкоговоритель, призывая открыть ворота. Из будки выбежал заполошный охранник, шлагбаум поднялся и теперь я уже поехал следом за БМЗ, шуршащим широкими колесами по гравию. Миновав несколько десятков коттеджей, на стенах которых отражались красно-синие огни проблесковых маячков, мы проехали по узкой перемычке и подкатили к воротам замка. Здесь, сидя на земле, нас ожидали Луна и Лобанов — хотя он уже не ждал, только что завалился на траву, потеряв сознание.

Луна, увидев меня, с трудом поднялась. Когда-то белое платье превратилось в багряные лохмотья, растрепанные серебряные волосы щедро забрызганы густой кровью и стоят колом, сбитый алый бант висит у плеча. Босые ноги грязные, коленки под порванными чулками сбиты, на руках много порезов, лицо разбито, сломанный нос уже опухает, а по забрызганным кровью щекам текут дорожки слез — обычных, смешанных с кровавыми.

— Господин офицер, поможете? — попросил я полицейского.

Подхватив Лобанова, мы затащили его ко мне в машину, сюда же села Луна — двигаясь с большим трудом на ногах как на ходулях.

— Что вы мне хотели показать? — поинтересовался совершенно обескураженный лейтенант.

— Ах да. Смотрите, какой здесь ужас происходит, — поднял я из травы голову Оскара Блейзера, из глазницы которой торчала зубастая челюсть.

Лейтенант оторопел, отшатнувшись, когда голову я поставил на капот его машины.

— Уберите с лишних глаз, отдадите представителю Третьего отделения. Скажете, что посылка для госпожи майора Натальи Манштейн лично в руки. Да, еще, наверное, стоит вызвать пожарную команду, — сообщил я полицейскому, показав на замок. Огонь внутри уже разгорался, так что окна были ярко подсвечены.

— А вы?

— А я поехал. Счастья, здоровья, всего вам доброго.

Глава 20

Пытаться нас задержать лейтенант Куриленко не стал, только проводил взглядом, оставаясь в одиночестве перед воротами горящего замка. Удачи ему.

— Нико, я вся в крови, — едва слышно прошептала Луна. Сидит зажмурившись, скривившись от боли и отвращения.

— Подожди, сейчас решим, — попросил я, набирая знакомый номер.

Трубку взяли моментально, как будто с той стороны ждали звонка.

— Манштейн у аппарата.

— Госпожа майор, это Нико Вайс.

— Господин Вайс, какой неожиданный звонок! Стесняюсь спросить, а вы время видели?

— Нет, а который час?

— Почти одиннадцать вечера, господин Вайс.

— Надо же, а мы и не думали! Просто здесь светло на всю округу.

— Что же столь ярко освещает ваш путь в столь поздний час?

— Я выезжаю из Езерища и здесь горит местный замок. Судя по всему, клан Блейзер устроил там пиршественную оргию, самую настоящую красную свадьбу, вы представляете?

— Какие ужасы вы рассказываете, — голос госпожи майора ничуть не изменился. — Подождите секунду.

Обманула — тишина в трубке продлилась больше минуты, видимо Манштейн отдавала какие-то указания.

— Я снова с вами, господин барон. Что-то хотели?

— На месте у ворот замка остался лейтенант Куриленко из дорожной полиции, у него для вас приятный сюрприз.

— Еще один кабачок?

— Лучше, госпожа майор.

— Не терпится узнать, сейчас же вылетаю.

— Возьмите лейтенанта под свое крыло, пожалуйста.

— Какая интересная просьба.

— Он слишком много видел, теперь ему только в особый отдел работать. Еще одна просьба: могли бы вы связаться с графом Мордвиным и сообщить ему, что мы задержимся на ночь в его вотчине.

Все же пусть Езерище и экстерриториальное владение, но приезжать на чужую землю и жечь замки довольно дерзкая форма поведения, так что лучше будет подстраховаться.

— Сообщу. Вы где будете?

— Выехал в сторону Невеля, Лобок только что проехал, сейчас поищу гостиницу, — прочитал я как раз мелькнувший на обочине указатель населенного пункта.

— Хорошо, сейчас отправлю несколько человек как охрану.

— А как вы узнаете где я?

— По вашей регистрации в отеле, конечно же.

— Ясно. Еще неплохо бы до рассвета одежду подвезти, два комплекта — для Луны Вороновой и боярина Глеба Лобанова. Их размеры уж посмотрите сами, пожалуйста.

— Лобанов? Неожиданно, — удивилась Наталья.– А где я вам размеры посмотрю?

— Там же, где регистрацию в отеле, наверное.

— Туше. Но на самом деле вы переоцениваете нашу организацию, мы не настолько глубоко в личной жизни каждого гражданина.

— То есть всевидящее око Третьего отделения не наблюдает за мной в любой момент времени?

— Придумаю что-нибудь, — закруглила разговор Наталья.

— Благодарю вас, госпожа майор, — произнес я и сбросил вызов, чувствуя, как коготок сотрудничества увязает все гуще и гуще. При этом я до сих пор даже не знаю, кто именно контролировал прежний канал доставок, кто именно вызвал меня в Петербург для получения инструкций. Что ж, знакомство наверняка еще впереди, и придется решать проблемы по мере их поступления.

Мы уже проехали Лобок и не доезжая немного до Невеля, я свернул с трассы по указателю к гостинице. Подкатил к мотелю, стандартному для российской провинции — П-образное двухэтажное здание с дверьми номеров, выходящих прямо на улицу. Разбудив и заплатив наличкой сонному по причинам праздничного отсутствия гостей администратору, снял два смежных номера на первом этаже.

Разбуженный Лобанов из машины вышел сам — слабо соображает, что происходит, но на ногах держится. На мои слова-указание отмыться от крови и поспать отсалютовал двумя пальцами и пошатываясь, направился сторону указанной двери. В соседний номер Луну я отнес — самостоятельно передвигалась она уже с большим трудом, поэтому предпочла не цепляться за сознание, а провалиться в полубеспамятство. Девушка безвольно висела на моих руках, голова запрокинулась, слипшиеся в колтуны волосы выглядят ужасно.

Аккуратно открыв дверь ключ-картой, извернувшись и дополнительно придерживая Луну на руках коленом, я сразу понес ее в душевую кабину, посадив к стене. Она попыталась сесть ровно, но тело не слушалось — согнутые в коленях ноги расползлись, голова безвольно упала на грудь, снова отключилась.

Настроив воду — теплую, не горячую, сначала аккуратно облил платье. Недавно белое, сейчас багряное в разводах, ссохшееся коркой запекшейся крови. Под струей воды Луна вновь вынырнула из полубеспамятства, но предпочла не показывать мне, что очнулась. Намочив платье, достал из кармана френча одноразовый скальпель — взятый еще в заброшенном морге и принялся аккуратно резать ткань. Под свадебным платьем обнаружилось когда-то красно-белое ажурное белье, сейчас багряное от крови. Его тоже разрезал, так