Дальнобойщик - Максим Анатольевич Макаренков

Маша всмотрелась в бегающую строку.

Совсем недалеко от клуба…

Эпизод 18. Пружина сжимается

ПРУЖИНА 6. ВОДИТЕЛЬ

– Эй, русский! Давай сюда. Завтра едешь. Не позже десяти чтоб был в отеле. В Чикаго. Как там его… – Менеджер с трудом прочитал название. Хуц-Ги-Сати постарался скрыть раздражение.

Сколько тут этот мекс уже живет? А нормально говорить так и не научился. Вслух, конечно, ничего не сказал. Заказ есть, хорошо.

Да еще и в Чикаго, может, сумеет выкроить немного времени, заскочить к Керуку после акции.

– Загрузят тебя в ночь, тут написано, груз прям перед твоим выездом привезут, – посмотрел в свой планшет менеджер.

Индеец снова равнодушно кивнул. В ночь – значит в ночь.

Значит, сейчас можно пойти домой, немного поспать. Машки наверняка дома уже нет, с облегчением прикинул он. Она его раздражала, уже не раз думал – гори оно все, уйду! Что-то останавливало. Голос какой-то спрашивал: ты ж ее сюда притащил, теперь бросаешь? Делалось стыдно, от этого чувствовал себя еще гаже.

Тупым, еще и сволочью.

Засыпал, к счастью, едва голова подушки касалась.

Как в армии говорили – в полете.

В какой армии? – ошалело подумал индеец, я ж никогда не служил! Но вот подумалось же. И на неуловимый миг, но очень четко, мелькнула перед глазами картинка – двухъярусные койки, застеленные синими шерстяными одеялами, высокие ботинки «берцы» на деревянном, отдраенном до невероятной чистоты полу, на табурете рядом с кроватью сложенная квадратом камуфляжная куртка.

И – ощущение того, что наломался за день, спать хочется неимоверно. После учений по выживанию – снова шепнул знакомый-незнакомый голос.

Хуц-Ги-Сати помотал головой, голос пропал.

Машки действительно дома не было, в холодильнике – пустота. Только бутылка нестерпимо сладкой дешевой газировки «с неповторимым ароматом и изысканным вкусом тропического коктейля». Сколько? Неделю, наверное, Машка покупала только его и, кажется, им и питалась.

Хуц-Ги-Сати от тоски хлебнул из горла, тепловатая – холодильник снова пришлось отключать, чтоб сэкономить на электричестве, – газировка комом провалилась в желудок и растеклась там, как замазка на жаре.

Поморщился и завалился спать.

Казалось, минуты не прошло, как в дверь постучали. Решительно, но вроде без хамства.

Кого там духи приволокли, вскинулся Хуц-Ги-Сати, ошалело крутя головой. Посмотрел на часы: неужто опоздал? Нет, и часу не прошло.

В два шага оказался у двери, потрогал кинжал на шее.

Глянул в глазок – Шикопи.

Вот это да.

Хуц-Ги-Сати говорил, конечно, где живет, сиу же не кто попало, а Керук посоветовал, но Шикопи держался подчеркнуто осторожно и даже в подъезд не заходил. Тут, на тебе, сам пожаловал.

В руках здоровенная сумка – с такими мексы тут ходят, разносят в них какой-то товар по небольшим магазинчикам и барахолкам, что тянутся вдоль авеню в кварталах победнее.

– Привет! Заходи, – кивнул гостю Хуц-Ги-Сати. Почесал в затылке. – Угостить, правда, нечем. Ты извини, я тут перед рейсом отоспаться решил.

– Знаю, потому и пришел. – Шикопи прошел в крохотную комнату, бережно поставил сумку на пол. – Передай это завтра нашим. Очень надо.

– А откуда знаешь? – удивился Хуц-Ги-Сати.

Сиу улыбнулся.

– Друг, нашему делу помогают самые разные люди! И мы помогаем разным людям. Сегодня повезешь груз, который нужен нашим братьям на завтрашней акции.

– Так и понял. Прослежу, чтоб все загрузили аккуратно. А что за груз-то? Еще чем помочь могу? – Все же здорово чувствовать себя нужным. И отвлекает от того дерьма, в которое его засосало.

– Главное, доставь все вовремя. А тут листовки, которые завтра будут раздавать наши братья и сестры во время акции, – кивнул на сумку Шикопи и сжал плечо парня. – Я верю в тебя, друг. Теперь пойду. Выспись как следует.

Хуц-Ги-Сати еще не совсем проснулся. И сообразил, что Шикопи так и не сказал ему, что ж за груз везти, только уже погружаясь в дремоту. Спать хотелось неимоверно, и додумывать мысль он не стал.

Даванул он еще пару часов, проснулся более-менее бодрый. Жрать, правда, хотелось – сил нет, так что он залил в себя еще несколько глотков сладкой гадости и поехал обратно в гараж. По пути купил несколько энергетических батончиков из «экологически безопасного сырья глубокой переработки». Мелким шрифтом там было еще написано смешное – «могут попадаться незначительные фрагменты органических соединений». Шикопи, кстати, говорил, что это коммерсы пишут специально, мол, делают все эти батончики из производственных отходов и переработанного жмыха от комбикорма, да еще и бодяжат разными добавками – генно-модифицированными. А так у потребилы будет чувство, словно он что-то настоящее ест.

Впрочем, Хуц-Ги-Сати было все равно.

– Чо так рано приперся? – высунул заспанное рыло из своей каморки менеджер. Надо же, сам в ночную дежурит, удивился индеец. Не отвечая, прошел к фургону, походил вокруг, проверяя, все ли в порядке. Заводить было рано – перерасход топлива вычтут из его платы за рейс, так что ну его на фиг.

Постучал по колесам, посмотрел, что номера на месте, на заднем борту никто ничего не накорябал, залез в кабину и откинул спинку сиденья. Сполз пониже, да и заснул.

Пока ему в дверцу не грохнул кулаком менеджер.

– Просыпайся, русский! Выгоняй фургон, заказчик груз привез.

На площадке перед ангаром стояли два внедорожника. Черных, с тонированными стеклами.

Хуц-Ги-Сати напрягся и машинально потрогал нож под футболкой. Не понравились ему внедорожники.

От них воняло не то картелями, не то секретными службами.

И о тех, и о других ходили страшные легенды и нехорошие слухи.

Дверь бесшумно открылась, из салона медленно выбрался широкоплечий мужик в кожаной куртке с бахромой и длинными, собранными в хвост черными волосами.

Был он чем-то похож на Шикопи, и индеец чуток успокоился. Вспомнил слова сиу о том, что им много кто помогает.

С заднего сиденья выбрались еще два таких же здоровяка.

Сноровисто достали из багажников длинные деревянные ящики, судя по тому, что тащили их по двое, – тяжелые.

Ящиков оказалось всего шесть.

– Открывай, – коротко бросил тот, что с хвостом. Старший, видать.

Ящики сноровисто, но бережно затащили внутрь, поставили вдоль задней стенки фургона.

Хвостатый небрежно черкнул закорючку в планшете менеджера, сел за руль, и внедорожники умчались.

– Чего стоишь? Вот накладная, передашь, как обычно, тому, кто от заказчика с доверенностью приедет, – как слабоумному объяснил менеджер.

– А еще куда заезжать? – непонимающе посмотрел на него Хуц-Ги-Сати. Фургон был, считай, пустой, значит, надо будет где-то еще груз добрать.

Но менеджер только фыркнул.

– Кати давай. Заказчик оплатил полную стоимость доставки.

Индеец