Беглянки - Дэя Лим

еще по поводу выживания в лесу, но уж в личной жизни… Чья бы корова мычала! — А может, ты бесишься из-за аллюзий на отношения твоих родителей? Так вот, я — не твоя мать! Не надо мне указывать, с кем общаться, а с кем — нет.

— При чем тут мои родители?! Что Велиар тебе наболтал? — Рид действительно сразу разъярилась, стоило только упомянуть ее родителей. — Много ты знаешь об их отношениях! Да и о Велиаре, если уж на то пошло. Хочется встречаться с тем, кто тебя старше на полтора века, — пожалуйста! Странно только, что ты не захотела замуж за шерифа — он-то помоложе будет.

— Да как ты… Да как тебе в голову пришло их сравнивать?! Смайгон — чудовище, а Велиар помог мне…

— Велиар помог? ВЕЛИАР?! А я, значит, просто мимо проходила? А? Кто таскался с тобой по лесам целый месяц? Кто терпел твои буржуйские замашки? Я нянчилась с тобой все это время, а главный помощник у нас теперь Велиар. Замечательно!

После таких слов Ветта тут же дошла до кондиции полукровки в плане гнева:

— Ты со мной нянчилась?! Ты решилась мне помочь, лишь когда я пообещала вознаграждение. Велиар, в отличие от тебя, помогает не за деньги! Так что не строй из себя спасительницу.

— Да дались мне твои деньги! Ты правда думаешь, что полукровки нуждаются в чем-либо? При рождении мне даровали состояние, по сравнению с которым твое — жалкие гроши! Так что — да! Я, Падшая подери, самая что ни на есть альтруистическая спасительница.

Ветте показалось, будто ее ударили наотмашь, настолько неожиданным было признание Рид. Будь она поспокойней в тот момент, то, пожалуй, восприняла бы слова полукровки иначе. Скорее как показатель доброты Тунриды, но сейчас… Сейчас ее захлестнула жаркая волна гнева. Снова недосказанность! Рид постоянно скрывала правду о себе. Конечно, зачем рассказывать графине о своем состоянии, об отце, о родстве с Божиней? Ветта ведь лишь глупенький человечек. Буржуйка! Ни на что негодная, избалованная девчонка. Недостойная Велиара. Ну все, с нее хватит!

— Раз тебе настолько в тягость помогать мне — я не буду больше обременять ваше полукровничество. Я сама дойду до тети! — толком не осознавая, что делает, Ветта рывком скинула рюкзак с плеч, выложила часть припасов, потревожив мирно спящего Синьку.

— Коне-е-ечно-о! — издевательски пропела Рид. — Как вовремя, однако! Так ловко обыграть благородное возмущение и уйти, когда до Лерона осталось меньше суток пути. А ты ничего не забыла? Или Смайгон и его дружки тебя уже не пугают?

— Я уже сказала: мне не нужна твоя помощь! — Ветта пропустила мимо ушей напоминание о шерифе. Девушку трясло от злости, в этот момент она никого не боялась. — Жалею, что встретила тебя!

Графиня ушла, с треском ломая сухостой по пути. Рид удивлялась, как это Велиар еще не прибежал назад, слыша их крики. Двигаясь на автомате, полукровка собрала хворост и развела костер. И чем ярче разгоралось пламя, тем больше стихал гнев Тунриды.

«Что я наделала? К чему все эти придирки по поводу брата? Взрослые люди — сами разберутся».

К возвращению Велиара Рид уже почти решилась идти искать графиню.

— Так, где Ветта? — брат сразу догадался, что подруги поссорились.

— Она ушла. Похоже, решила дойти до тети в одиночку. Ну что ж, скатертью дорожка! — Тунрида пыталась скрыть свое смятение и стыд за напускной бравадой, но уж кого-кого, а брата ей обмануть не удалось.

— Мы успеем ее нагнать, если поспешим, — Велиар явно собирался сказать что-то еще, наподобие «ты извинишься, и Ветта простит», но тут костер взорвался, и на его месте возник яркий столп света. Велиар прикрыл Рид от огненных брызг и успел достать меч, который, впрочем, тут же убрал обратно в ножны — из портала вышла Селия.

— Ну и семейка! — Рид хотелось добавить еще пару слов покрепче, но уж больно безумный вид был у сестренки.

— ТЫ! — Селия бросилась к Тунриде, отпихнув единокровного брата в сторону. — Где ты его нашла? И как умудрилась потерять?!

— Что?! О чем ты? Кого «его»?

— Да, Селия, ты не могла бы поконкретнее? И, кстати, я тоже рад встрече! Не виделись уже лет тридцать…

— Да-да, здорово выглядишь, — пробормотала сестра, не глядя в его сторону. Все внимание Селии было сосредоточено на Рид. — Где ты нашла медальон?

Только сейчас Тунрида заметила в руке сестры лист с рисунком медальона. При неверном свете угасающих углей она все же сумела распознать в изображении медальон графини. Так вот из-за чего весь сыр-бор?

— Это медальон Ветты, то есть графини Лисаветты Адэлийской… моей подруги, — после заминки добавила полукровка. — Я помогла ей сбежать из дому, точнее из-под венца с одним козлом… А к чему все эти вопросы, а? Что такого важного в этом украшении? Он даже не открывается… — Рид не договорила, потому что заметила удивление на лице брата, взявшего рассмотреть поближе рисунок Селии. Судя по всему, украшение действительно стоило психоза сестрички.

— И как, позволь узнать, у твоей графини оказался медальон Падшей? — к Селии вернулся ее обычный невозмутимый вид, так раздражающий Тунриду. — Все колдуны мира пытались разыскать его тысячи лет, и напрасно. Да что там колдуны — сами Маги пытались разыскать его, но у них не получилось, по понятным причинам.

— Это по каким? — наверно, впервые Рид пожалела, что не так внимательно изучала Книгу Бытия: наверняка в ней об этом говорилось.

— Медальон защищает от магии, и настолько хорошо, что его невозможно засечь с ее помощью. Никак! Падшая создала его для защиты своей любимой дочери. Как подобный артефакт мог оказаться у Ветты?

— А-а… дочь Падшей, разве он должен быть не у нее?

— Должен, — согласилась Селия. — Но Маги не могут ее отыскать. Божиня наказала ее жизненным циклом, но сделала так, что другие ее создания не могут найти дочь Падшей. Во всяком случае, специально, — сестра нахмурилась. — Почему ты уходишь от ответа… погоди… ты что, ВИДЕЛА ДОЧЬ ПАДШЕЙ?

— Незачем так орать, и да — похоже на то, — вздохнула Тунрида. Ей вспомнился простенький домик подруги родителей Ветты. Неужели леди Пенелопа и правда та самая любимая дочь Падшей? — Отец Ветты был помолвлен с одной леди, но потом встретил ее маму, и помолвка была расторгнута. Как раз та женщина подарила медальон графу, а он — дочери. То есть получается, дочь Падшей хотела выйти за простого смертного?

— Почему нет? Она же в цикле, — Велиар, наоборот, не видел в этом ничего странного. — От восемнадцати к восьмидесяти, так кажется?

— Да, — подтвердила Селия. — И где сейчас графиня