41 - ый год. Часть 2 - Виталий Егоренков

планы и желания относительно крушения советского режима, как минимум до окончания войны. А пока идёт война, нужно помочь нашей родине, не взирая на то кто там правит. Никогда не думал что скажу это, но национал социалисты гораздо хуже чем коммунисты из-за безумной расовой теории их фюрера.

— Тогда вам с Белугиным первое задание: передать немцам через ваши каналы связи, что партизаны из-за блокады и новых поступлений изголодавшихся пленных очень сильно недоедают, кроме того вам нужно сильно завысить потери партизан от бомбёжек и боёв с егерями.

Вы, Заруцкий, также доложите, что смогли разгромить два партизанских отряда, но понесли при этом большие потери, поэтому просите прислать пополнение, оружие, боеприпасы и самое главное продовольствие.

Потому что, мол, ящик тушёнки командир одного отряда другому отдаёт минимум за пять ящиков патронов. А неделю назад отдавал всего лишь за три. А вам и вашим бойцам жрать нечего. — сказал я и подмигнул.

— Это правда? В смысле вы действительно меняетесь ресурсами по такому курсу? — удивились офицеры.

— А как же, социализм это учёт и хозрасчёт, — я с важным видом поднял палец вверх, затем посмотрел на их ошарашенные лица и усмехнулся, — на самом деле, разумеется, всё не так или не совсем так.

Вот например захватил отряд Иванова большую партию ротных миномётов и кучу мин к ним. Больше чем сам сможет использовать в ближайшем будущем. А у нас удача случилась, например, на патроны 7,92 мм к винтовке Маузер и пулеметам мг-34. Разумеется, нам сам бог велел в этом случае поменяться избытком запасов.

Но если скажем появился в наших лесах отряд окруженцев, без боеприпасов и продовольствия, то каждый из нас ему чего-нибудь подкинет за так без надежды на отдачу. Потому что одно дело ведь делаем.

Глава 30

02 сентября 14.00

Комиссар Пламенев не смотря на большое количество ран довольно быстро выздоравливал и вскоре вернулся в строй.

Все его раны оказались лёгкими, по касательной или просто сильными царапинами. Разумеется, в бой или в поход ему было пока рановато, всё-таки он потерял немало крови, чувствовал сильную слабость и быстро уставал, нуждался в ежедневных перевязках, но работать с личным составом и отправлять радиограммы в Центр уже вполне мог.

Разумеется, мою игру с белоэмигрантами он (на всякий случай) не одобрил, но согласился отправить шифровку в Москву, добавив сурово:

— Смотрите аккуратнее, товарищ майор. Использовать белых для дезинформации немцев это хорошо, это правильно, а вот лезть через них в Югославию в белоэмигрантский центр это всё-таки большая политика. Как бы вам по шапке за это не надавали. Я, конечно, отправлю вашу шифровку в Центр, но не могу не предупредить о возможных последствиях.

— Товарищ комиссар, так это предложение поиграть с белыми только возможность, которую мы здесь увидели. — Я ему улыбнулся с максимально бесхитростным видом. — Если Москва скажет, что не нужно нам лезть в эти игры, то мы и не полезем. Наше дело довести эту информацию до кого нужно, а наверху пусть сами решают, надо это или не надо.

Пламенев недоверчиво покачал головой.

Пламя Центру.

В ходе специальных операций удалось взять в плен двух бывших белогвардейцев, ранее завербованных немцами в Югославии. В процессе допроса Первый сумел их перевербовать и убедить работать на СССР. Бывшие офицеры царской армии готовы сотрудничать и помогать в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами.

По мнению Первого им вполне можно доверять, по мнению Пламени, за ними требуются серьёзный пригляд. Первый предлагает с их помощью выйти на белоэмигрантские круги в Югославии и сорвать хотя бы частично вербовку немцами других бывших царских офицеров.

Первый просит Центр по возможности в первую очередь присылать продукты долгого хранения, во вторую очередь мины, в третью оружие и боеприпасы, так как немцы с помощью блокады стараются ограничить наши продовольственные ресурсы.

Белый Центру.

Внедрение прошло достаточно успешно, хотя до достижения полного доверия у партизан мне ещё далеко.

Командир Пухов очень опасается за свою жизнь, везде передвигается только с пятью телохранителями. Возможность его устранить пока не представилась.

Из интересного: Партизаны в последнее время очень сильно страдают из-за нехватки продовольствия.

Несут большие потери из-за налетов Люфтваффе и атак егерей. Планируют общее выступление к Бресту. Цель разрушить железнодорожный узел и захватить склады с продовольствием.

Достоверность информации 70 процентов.

Рус Центру.

Прибыли на место.

Удалось разгромить соседний партизанский отряд численностью до 150 человек, свалив это событие на атаку немецких егерей.

В ходе операции понесли достаточно большие потери: сорок человек убитыми, столько же ранеными.

Прошу прислать подкрепления и оружие с боеприпасами. В бою утрачены пять пулемётов Максим и три миномёта.

Ощущается большая недостача продовольствия.

Прошу прислать продукты вместе с подкреплениями и боеприпасами.

03 сентября 14.00

Совещание в кабинете коменданта Минска явно сквозило оптимизмом. Как ни странно блокада партизан оказалась вполне действенным оружием. Их активность довольно сильно снизилась, а по агентурным данным у партизан начались серьёзные проблемы с продовольствием.

Штольке слушал эти обсуждения с молчаливым скепсисом.

Он провёл десять дней возле лесов, организуя атаки егерей и блокаду, и по довольно большим потерям среди своих подчинённых мог судить что у партизан дела обстоят довольно таки неплохо. По крайней мере с минами и боеприпасами. Чертовы снайперы русских стреляли очень метко, мины взрывались по-прежнему регулярно, несмотря ежедневный расход на пленных.

Шишки в Минске радовались такой удачной «утилизации» наиболее проблемных пленных, видимо, никто им не смел доложить, что не менее четверти пленных ( а то и больше) благополучно добираются до партизан целыми и невредимыми.

В возможность голода среди партизан в ближайшее время он тоже не сильно верил, его подчиненные егеря очень наглядно ему разъяснили этот момент, принеся с очередной разведки большой мешок грибов и десяток рыб из лесного озера. Грибы они пожарили на сковородке, а рыбу запекли на