"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

Сделав несколько символических шагов, герольд остановился и вскинул копье к небу. Фетиш зазвенел, и я заметил на копье знакомый разорванный круг, напоминающий два загнутых рога. Между этими металлическими рогами, выкованными из иридия гнусными, но искусными мастерами, красовалась раскрытая шестипалая ладонь.

Котелихо молчало – с такого расстояния его не слышали ни обосновавшиеся на нейтральной полосе сородичи, ни тем более люди. Даже звон колокольчиков не доносился до нас. Но я видел, как шевелятся его хищные челюсти, – точно так же, как когда-то у князя Аранаты.

Мы не услышали его возгласа, зато прекрасно услышали хор, который присоединился к нему. Вся могучая рать Бледных закричала в один голос, заставив содрогнуться сами небеса. Над каждой из сотен темных башен взвилось знамя – не черное, а яркое темно-синее, с когтистой белой рукой – последнее, что многие миллионы людей видели в своей жизни. Я почувствовал, что в этот миг ужас охватил всех защитников Ураганной стены, что они потеряли мужество. Все до единого смотрели с укреплений, а сердца их превращались в пепел. А если кто-то не сломался в тот момент, то уж точно сломался в следующий, когда зловещий клич раздался как будто из недр самой земли, вторя топоту множества ног:

– Velnun! Velnun! Velnun!

– Что они делают? – тихо, почти шепотом, спросил Паллино.

Клич доносился сквозь стены, подобно далекому, едва слышному грому. Но я понимал, что они кричат, по губам герольда.

– Velnun! Velnun! Velnun wo!

– Что они говорят? – приподнявшись в кресле, спросил Аристид.

– Он идет, – сухо ответил я.

Герольд направил копье на Ураганную стену, и огромная армия Бледных вновь завопила из своих кораблей. И тут произошло нечто ужасное, чего я никак не мог предугадать.

Посреди утра наступила ночь, как будто рука некоего божества заслонила солнце.

По рации раздались вздохи и испуганные крики. Внизу на космодроме сьельсины снова заревели.

– Что случилось? – спросила испуганная женщина-офицер.

Я представил, что мог ей ответить Леонид Бартош, будь он среди нас.

– Солнце! – воскликнул один из техников. – Посмотрите, что они сделали с солнцем!

– Черная планета, что это такое?

– Да оно гигантское!

Во Тьме, среди звезд, таился и наблюдал Ужас, и когда пришло время, пришел в тлеющий город людей. Никто не смог бы его измерить, потому что никто из видевших его черный лик не выжил. Я один из ныне живущих ступал на его поверхность и ходил по его зловещим залам. Прежде я видел сьельсинские корабли-миры, сражался в их подземных лабиринтах, выдолбленных в пустых недрах астероидов, но такое?! Такое и представить было трудно. В небе Береники поднялась новая луна, и ее внезапное появление заставило моря пересохнуть, а землю – содрогнуться.

– Я и планеты поменьше видел, – прошептал Лориан.

То, что мы не засекли приближения столь громадного объекта, пока он не закрыл собой солнце, лишний раз подтверждало плачевное состояние наших спутников и радаров. Само существование этого корабля противоречило всем законам природы и физики. Нечто столь массивное никак не могло перемещаться между звездами – однако оно перемещалось! Как я узнал позднее, перед моими глазами была главная цитадель врага.

Железная крепость. Костяной дворец. Ледяной замок мук.

Дхаран-Тун.

Не знаю, сколько солдат размещалось там и сколько рабов томилось в его глубинах, и не могу даже предположить, где, когда, в какой черный день и чьими руками он был создан. Я стоял с отвисшей челюстью, с трепетом и ужасом глядя на обрамляющий его тонкий солнечный нимб.

– Ну, теперь мы знаем, чего они ждали, – раздался тихий голос, и я только спустя пять секунд понял, что мой. Собравшись с мыслями, я окинул взглядом офицеров. – Стреляйте по герольду! – приказал я в импульсивном порыве.

Офицеры мешкали, словно контуженые.

– Вы что, глухие? – проревел я. – Огонь по Бледному!

Спустя миг что-то внутри Ураганной стены кашлянуло, пламенно-дымный след пересек нейтральную полосу и ударил в одинокую фигуру. Не плазма, не пуля. Ракета. На взлетной полосе расцвел зловещий мутно-красный цветок. Когда темный густой дым рассеялся, мы увидели на месте взрыва только потрескавшийся обгорелый бетон.

Я довольно кивнул.

Сьельсинская армия ответила протяжным воем, в небе засверкали яркие вспышки. Через секунду на нескольких пультах включились сигналы тревоги.

– Прямое попадание в щиты над Белым приделом! – крикнула кто-то из техников.

Лориан подкатил кресло к девушке и, вытянув шею, уставился на нее:

– Чем они стреляют?

– Не знаю, сэр! – ответила она. – Снаряд дезинтегрировал при столкновении с завесой. Что-то вроде ядра.

– Хотят камнями нас закидать? – прошипел маленький человечек сквозь зубы.

– Они не станут разбрасываться серьезными боеприпасами, – заметила Бэнкрофт. – Им прекрасно известно, что у нас щиты.

Комендант, к моему удивлению, уже довольно давно молчала. Возможно, поддалась той же пораженческой летаргии, которая ранее завладела беднягой Бартошем.

– Ладно, – проворчал коммандер Аристид. – Не будем светить козырями. С этим кораблем-миром нам все равно не сладить.

– Нам с ним не сладить, даже если вернутся корабли, – отважился заметить один младший офицер.

Я едва не выгнал его из штаба, но перевел дух и сказал себе: «Ярость ослепляет».

– Еще ничто не решено, – произнес я достаточно громко, чтобы меня услышали. – Вам ясно? Ничто не решено! Не для того я однажды отдал свою жизнь, чтобы умереть, как червяк под камнем!

Наступившую после этих слов тишину нарушал лишь далекий вой сьельсинов с космодрома. На миг все в командном центре молча застыли.

Затем началось то, к чему я давно привык.

– Полусмертный, – прошептал кто-то.

– Полусмертный, – вторил ему другой.

Я пресек эти шептания в зародыше.

– Вы хотите умереть? – повернулся я к ним, тряхнув плащом. – Хотите?

Я подождал, пока они сообразят, что вопрос не риторический. Передо мной были не солдаты, а офицеры и техники Сил орбитальной обороны. Они, как когда-то Валка, поступили на службу, ожидая, что не будут участвовать в настоящих вооруженных конфликтах. До недавних пор Береника была мелким перевалочным пунктом на пути к фронтиру. Они и представить не могли, что однажды будут вынуждены биться не на жизнь, а на смерть с самой огромной армией сьельсинов в истории. Они рассчитывали прожить свои короткие плебейские жизни до того, как их настигнут неприятности – если вообще настигнут.

– Нет, мать вашу! – воскликнул Паллино. Спасибо ему.

– Я спрашиваю, вы хотите умереть?! – выкрикнул я, подходя на два шага ближе.

– Нет! – ответили мне хором.

– Конечно нет! – воскликнул я. – Наши корабли, наши ангелы мести будут здесь через два дня! Два дня! – Я поднял указательный палец и мизинец в старом