Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

— Это кошачий волос?

— А? — не понял я.

Женщина сняла с лацкана моего пиджака длинный волос, который видимо остался там после посещения Аниной квартиры и продемонстрировала.

— Прошу прощения, — улыбнулся я.

— Что вы, что вы, вам не за что извиняться! — тут же залепетала женщина. — Я не знала, что вы любите кошек… прямо как я…

Её зрачки бегали, она постоянно переминалась на стуле и была очень неспокойна. Видя напряженное состояние бухгалтерши, я понимал, что с ней что-то происходит.

— Алла Леонидовна, что вас так беспокоит?

Она открыла рот, намереваясь что-то сказать, но так и замерла в этой позе. Пауза длилась долгие десять секунд, а затем женщина словно сдалась и произнесла:

— Даниил Александрович, я не могу принять ваше щедрое предложение и выкупить акции. Простите.

* * *

Кабинет Виктора Григорьевича Хвалынского

— Вик, что там кстати по той газетёнке? — небрежно спросил Роман Юсупов, снимая стеклянный колпак с памятного для Виктора мяча.

Они только что закончили часовое обсуждение крупной сделки по слиянию двух телеканалов и Хвалынский рассчитывал поскорее пойти на обед.

— Всё в полном порядке, акции хоть и выросли, но всё равно стоят ниже оговоренной суммы, завтра конец финансового квартала и они не покажут прибыли, так что можно не переживать, — отчитался хозяин кабинета, с раздражением смотря, как Юсупов кинул драгоценный трофей Виктора на пол и начал пинать ногами.

— Уверен? — уточнил Роман, пытаясь набить мяч несколько раз, не роняя на пол.

— Да, — не сводил с него взгляд сидящий за столом. — Бухгалтерша на моей стороне. Она состряпала липовый квартальный отчёт.

— Это ведь сразу вскроется, — заметил Юсупов и ударил мячом по пустой стене, отчего Хвалынский вскочил со своего места.

— Да, но это будет позже, спустим всех собак на неё и всё. Самое главное — послезавтра я избавлюсь от Уварова в своей фирме раз и навсегда, — холодно сказал он.

— Грязно играете, Виктор Григорьевич, — улыбнулся Роман. — Что же скажет мой отец?

— Что результат превыше всего и даже такая мелкая фирма должна остаться под управлением рода, — ответил ему Хвалынский и, быстро подойдя, забрал свой мяч.

Юсупов махнул рукой и пошёл к выходу. Но, когда он был в метре от двери, на его телефон пришло сообщение. Он достал его, взглянул на экран, а затем обернулся и удивлённо посмотрел на Виктора Григорьевич, который также стоял с телефоном в руках. Его глаза были полны непонимания и ужаса:

— Мне срочно нужно встретиться с Павлом Алексеевичем.

Глава 15

— Даниил, это правда⁈ — подскочил ко мне во вторник утром Дима, едва я зашёл в новую типографию.

— Поздравляю, ты такой молодец! Мы в тебе ни секунды не сомневались! — по-деловому чмокнула меня в щёку подошедшая Аня в своём новом строгом образе бизнес-вумен.

— Давайте дождёмся завтрашнего вечера и тогда уже будем праздновать, — попытался успокоить я коллег, едва сам сдерживая улыбку.

А улыбаться было отчего. Цена акций сегодня утром перевалила за требуемую для победы отметку. Всё благодаря обнародованному вчера вечером квартальному отчёту, впервые за два года показавшему прибыль, причём такую, что мы смогли выплатить дивиденды по выпущенным акциям. Да, они будут очень маленькие и можно было бы вообще этого не делать, но тут был важен сам факт выплаты, тем более в рассылке, которую я организовал вчера вечером, конкретных цифр не было.

И рынок отреагировал ростом. Именно так, как я рассчитывал. Цена акций — показатель того, что биржа поверила, что наша газета выздоровела и крепко стоит на ногах.

— Ой, да ладно тебе, что может случиться за один день? — отмахнулась радостная Аня.

Ох, я бы мог рассказать тысячу и один случай из моей прошлой жизни, когда ситуация кардинально менялась и за куда меньший срок. Но сейчас мне не хотелось об этом даже думать.

— До сих пор не верю, что ты смог переманить на свою сторону нашу ледяную королеву, — усмехнулся Дима, имея ввиду Аллу Леонидовну.

Да, моё решение дать ей второй шанс и действовать всё-таки пряником, а не кнутом, принесло колоссальные дивиденды. Вчера она не выдержала и вывалила на меня всё, что сидела у неё внутри.

Оказалось, что Хвалынский уже давно завербовал её, пообещав повышение за то, что она будет мешать нам. И будь я более горяч и эмоционален, то наверняка бы негодовал и злился на неё, но прожитые года позволяют видеть в каждой ситуации не только чёрное и белое. Так и здесь, нельзя спускать на Аллу Леонидовну всех собак, ведь она такой же человек, который как и мы все, делает всё, чтобы выжить в этом мире. Правда порой не всегда этично и правильно.

Ну и честно говоря, если бы не она, то Хвалынский нашёл бы другой способ помешать нам и неизвестно, получилось бы у меня остановить его. Так что самое главное — результат достигнут.

— Так, я вообще-то приехал, чтобы обсудить стратегию развития нашей типографии как копицентра, — обратился я к двум людям, назначенными ответственными за это направление.

Но не успели они ничего ответить, как в типографию ворвалась Вика.

— Ты тут, это хорошо, — тут же подошла ко мне запыхавшаяся девушка.

Её внешний вид и встревоженный голос не сулили ничего хорошего. Пожалуйста, пускай это будет что-то, не связанное с нашей газетой!

— Вот, — кинула она на стол несколько свежих номеров.

Это были финансовые издания, где печатались исключительно новости и статьи из мира больших и не очень денег.

Развернув лежащую сверху газету, я увидел заголовок:

«Цена успеха»

— Тут про нас, — нетерпеливо пояснила Виктория. — И во всех остальных тоже.

— И судя по твоему настроению, вовсе не восхищённые дифирамбы нашему чудесному подъёму из финансовой дыры? — скептически спросил я, пытаясь прочитать статью по диагонали.

— В точку. Тут нас помоями поливают. Причём отборными и из нескольких ведёр сразу. Проблемы с полицией, связи с бандитами, сомнительные затеи, убыточные проекты, обман клиентов, порочащая реклама, — девушка перечисляла, загибая пальцы на руках, но вскоре пальцы закончились.

Это выстрел нам в голову. Хвалынский пошёл к Юсуповым и они дали ему своё оружие. Теперь он палит по нам из всех газет, смешивая нашу репутацию с грязью.

— После этого ни один инвестор не посмотрит в нашу сторону, — холодно резюмировал я. — Акции скоро упадут. Это лишь вопрос времени.

В помещении повисла гробовая тишина. Это были похороны. Похороны моей победы.

— Неужели ничего нельзя сделать? Это ведь сплошь враньё и заказуха! — не верила в происходящее Аня. — У нас ведь прибыль, дивиденды!

— Это