Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

отражаясь от деревянного паркета, отполированного годами тренировок и усилий. Стены, выкрашенные в спокойный оттенок серого, хранили в себе эхо сотен разговоров, криков и ударов мячей. На одной стороне стояли скамейки — приютив немало гневных и радостных лиц, на другой — тренерский стол с записными книжками и схемами, где каждый сантиметр паркетного пола был знаком, как собственная ладонь.

В центре же, посреди этого знакомого пространства, стояла новая, необычная конструкция. Там, где раньше была обычная волейбольная площадка, привычная, ровная и прямоугольная, с разделенная сеткой посередине… Но теперь одна её половина приподнялась, возвысившись на полтора метра, словно сцена для главных героинь.

Этот постамент был крепко и надежно сделан: металлический каркас сиял синим цветом, переливаясь в свете ламп, а сверху — нескользящая фанера, выкрашенная в желтый цвет. Две аккуратные лестницы позволяли взобраться на эту «высокую землю», сам постамент выходил за пределы площадки по бокам и сзади примерно на два метра, так чтобы, заступив за линии игроки не падали вниз.

— Как так играть-то? — рассудительно замечает Валя Федосеева: — те кто на «высоком грунте», им там сетка по грудь. Им и прыгать не надо и сверху мячи можно прямо в площадку втыкать. Невозможно так играть.

— Поэтому я и говорю, что это — тренажер развития! — упирает руки в бока Наташа Маркова: — тут мы будем обучаться защите! У «Текстильщика» охрененная диагональная и нападающая…

— А также связующая и подающая… — ворчит себе под нос Светлана Кондрашова.

— Да, Евдокия Кривотяпкина — восходящая звезда. — кивает Виктор: — почти как наша Арина Железнова и…

— Слушай, Вить, у меня сейчас рука отсохнет! — возмущается Лиля: — ты почему меня не спрашиваешь⁈ Все говорят и говорят, а ты на меня внимания не обращаешь! Дома-то разговорчивый такой, всю ночь мне спать не давали со своими разговорами!

— А вот с этого момента поподробнее… — поднимается бровь у Наташи Марковой: — кто тебе спать не давал, Лиль? Вот этот, который наш старший тренер сомнительной гражданской наружности и…

— Да он и Машка до трех на кухне разговаривали! Громко так! И спать не давали! Ни мне, ни… омгфх! — Наташа только глазом моргнула, глядя как Айгуля Салчакова зажала Лиле рот и утащила ее в угол.

— Именно так я себе и представляла сценку из Мухи-Цокотухи… — задумчиво говорит Алена Маслова, созерцая эту сцену: — ну там, где «какой-то паучок нашу муху в уголок поволок». Этим двоим только на детских утренниках выступать.

— Давайте о тренировках! — прерывает ее Маша Волокитина: — правильный план, Виктор Борисович! Вот прямо очень хорошо для тренировок и для дальнейшего роста советских спортсменов! Уверенными темпами глядят в будущее глаза спортсменок команды «Стальные Птицы»!

— Ты вот замечала, что, когда Машка пытается разговор в сторону увести — она лозунгами начинает разговаривать? — спрашивает Наташа у Алены, качая карандаш в руке: — ну, по крайней мере с основным составом вчерашней особой тренировки мы определились…

— Опять меня не позвали… — грустит Алена: — вот же, сволочи в нашей команде собрались, скажи, Валя! — она толкает Валентину Федосееву в бок локтем: — скажи! Нечестно же!

— Эээ… — растерянно чешет голову Валя: — ну… понимаешь… а давай про тренировки лучше, а? Вон какую штуковину работяги с завода отгрохали, а? Интересно, там балки какого сечения? Каким образом распределение нагрузки идет…

— Валька⁈ — ахает Алена и отшатывается в сторону: — и ты, Брут⁈ Наташа! Ты видишь, что происходит⁈

— Ни хрена себе. — моргает Наташа: — не, я понимаю Лиля и Маша. Могу представить даже Айгулю, она у нас всегда бунтарка была и вообще первой Витьку к нам в команду привела. Но Валя⁈ Виктор Борисович!

— Давайте о тренировках. — мягко, но настойчиво напоминает Виктор: — я ценю ваше внимание к моей личной жизни и…

— Вот уж не надо. Никакая это уже не личная жизнь, а сплошная общественная. — твердо говорит Алена: — начиная с трех человек это уже нифига не интим, а коллектив. А коллективные дела с коллективом и нужно решать, нечего тут раскалывать команду на тех, кто допущен и тех кто нет!

— Дискриминация! — взвилась с места Арина Железнова: — а я сперва не поняла, о чем вы тут, а потом как поняла! Виктор Борисович! Лиля! Как вы можете⁈

— Ничего не было. — заявляет Айгуля, которая возвращается в строй и тащит за руку Лилю. У Лили взъерошены ее короткие светлые волосы, она кивает.

— Не было. — говорит она: — не было, не принимала участие, ничего не знаю. Гуля сказала, что про оргии нельзя рассказывать… Ой! То есть — не было ничего! — зажмуривается она: — я просто хотела Аринку с днем рождения поздравить!

— Лилька — находка для шпиона. — вздыхает Маша: — вот как с ней секреты хранить? Обязательно растреплется.

— Да. — говорит Виктор: — поздравляем тебя Арина с днем рождения, я еще вчера говорил что у тебя выходной… но раз уж ты решила прийти на тренировку сегодня, то после мы с девчонками тебе подарок от нас всех вручим.

— Связанного тренера. — поддакивает Алена: — свяжем его и маслом намажем. Так сказать, путевка во взрослую жизнь. А насчет того, как — ты вон у Марковой поспрашивай, она у нас особа легкомысленная и…

— Господи, триста лет с того происшествия под лестницей!

— Виктор Борисович, мне сегодня восемнадцать исполнилось! Уже исполнилось! Я теперь — взрослая! Со мной все-все можно делать!

— Обязательно учту этот факт, Железнова. Для начала я с тобой тренировку проведу. Все, закончили базар-вокзал. — хлопает в ладоши Виктор: — разминайтесь и на площадку. Будем отрабатывать защиту. Игра… значит давным-давно в тридевятом царстве, тридесятом государстве было два народа, Великаны и Карлики. Первые жили в горах, а вторые — в долинах. И была между ними вражда…

— За прекрасную принцессу?

— Какую еще принцессу? Ах, да, сказка же. Ну пусть будет за принцессу. Или за золото. В любом случае непримиримая вражда и у Великанов преимущество. Итак, в «долину» идут — Лиля, Айгуля, Арина,