Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

Маша и Юля. В «горы» идут Саша Изьюрева, Валя Федосеева, Аня Чамдар, Светлана Кондрашова и Марина Миронова. Сегодня играем в таком составе до конца тренировки, местами не меняемся. Все, вперед! — он снова хлопнул в ладоши.

Разговоры закончились, началась тренировка. Легкие шаги, поскрипывание резиновых подошв спортивных кроссовок о покрытие площадки — заполнило зал.

Разминка началась с лёгкой пробежки по периметру. Затем девушки перешли к растяжке — осторожно наклонялись к пальцам ног, вращали плечами, заботливо разогревали каждую мышцу.

После того как тело было подготовлено, пришло время переходить к необычной части тренировки — освоению постамента, возведённого на одной половине площадки. Девушки начали собираться у основания высокой конструкции.

— Да тут сетка мне по грудь… даже меньше. — сказала Валя Федосеева, подойдя к краю постамента: — я могу мячи просто вниз опускать. Берегитесь, «карлики»!

— Это мы еще посмотрим кто кого! — бойко отозвалась Лиля снизу: — давайте мяч! — на площадке началась игра. Наташа Маркова подошла к Виктору, который наблюдал за происходящим.

— Я так понимаю, что нормальной площадки у нас не будет? — спросила она: — не разбирать же это все каждый раз?

— Нормальная площадка в спортзале гормолзавода есть, если приспичит — то воспользуемся. Да и на базе отдыха у Комбината тоже. Нормальных площадок везде полно. — отзывается Виктор: — а вот такого… — он кивает в сторону постамента: — нигде нет. У тех, кто на «горе» всегда преимущество, можно не прыгать, можно спокойно выбрать точку атаки, угол и скорость. Те, кто ниже — играют в заведомо проигрышных условиях, учатся защищаться в невозможной ситуации. То, что они меняются время от времени — дает им возможность лучше понять механику игры, преимущество «высокого грунта». У нас неделя на подготовку перед матчем.

— Честно говоря этот «Текстильщик» сам по себе не то чтобы внушает. — говорит Наташа: — такая себе команда… серединка на половинку. Я перед встречей с «Автомобилистом» больше переживала.

— Перед встречей с «Автомобилистом» все переживали. — хмыкнул Виктор: — в этом-то и заключается главная опасность. Понимаешь, в Ташкент мы ехали заряженные — или пан или пропал. Либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Терять нам было нечего и все были готовы костьми на поле лечь, реализуя свой шанс. Но после Ташкента все немного расслабились. После Ташкента мы как будто утвердили свою позицию команды первой лиги страны, понимаешь? Теперь никто не скажет, что мы — не принадлежим к первой лиге, что мы укусили не по чину и в Калашный ряд со свиным рылом лезем.

— «Автомобилист», «ТТУ» и «Радиотехник». Ташкент, Ленинград и Рига. — кивает Наташа: — трое «убийц молодого поколения» в первой лиге. Я тоже выдохнула после Ташкента.

— Вот-вот. Все расслабились. На «Текстильщик» никто не смотрит всерьез. Волнуются, но так… скорее по инерции. А еще Железнова с нами осталась, так девчонки вовсе уверились в своей непобедимости и несгибаемости.

— Вот почему ты этот постамент соорудил… — Наташа поворачивается и смотрит на площадку совсем другими глазами: — и вот почему запретил меняться местами на сегодня. И разделил на «Карликов» и «Великанов». Ты хочешь, чтобы победители вкусили горький вкус поражения…

— Говорят, что для того, чтобы вырасти в любой игре — нужно играть с тем, кто тебя сильнее в этой игре. Играть с теми, кто равен или хуже — оставаться на своем уровне, а то и деградировать. До сих пор команда прогрессировала за счет перестановки и объединения самых талантливых игроков двух команд, новых комбинаций, новых сочетаний среди девчат, а также нам повезло с Железновой. Однако так долго не может продолжаться, у такого подхода есть потолок. И он даже не на уровне плей-офф первой лиги. Честно говоря, «Автомобилист» совершил именно ту ошибку, от которой я стараюсь нас всех удержать — они недооценили нас. Решили выехать на дешевых трюках, не смотрели записи с нашей игрой, не профилировали наших игроков, не разрабатывали стратегию и тактики специально под нас, под разные комбинации игроков на площадке… если бы они сделали свою домашку, то нам было бы намного тяжелее. А они умудрились не обратить внимания даже на тот факт, что с нами была Арина. Это при том, что про нее статья в «Советском Спорте» была.

— Да уж. Железнова играет на уровне сборной, а ведь ей… слушай, а куда ты от нее теперь прятаться будешь? — задает невинный вопрос Наташа и Виктор — морщится, как от зубной боли.

— Маркова, — вздыхает он: — вот до чего ты…

— Чего я? Все об этом знать хотят. Особенно она. Ты же сам говоришь, что она на уровне играет и без нее у нас игра посыпется как карточный домик. «Гений поколения» все-таки. Я так понимаю, что ее в команде две вещи держат — доказать себе самой что она круче чем Лилька и вызвать у нее какие-то ответные переживания по этому поводу… чего она никогда не добьется, потому что Лильке вообще плевать кто лучше, а кто хуже, она у нас рождена уже с чувством что «королевишна». Ее самомнение такое огромное, что его и не видать уже, она до такой степень наглая, что уже скромной кажется. — Маркова качает головой: — Лильку на поле тщеславия не одолеть. Она даже в рубище и в канаве, питаясь объедками и запивая водой из лужи — все равно будет искренне считать себя несравненной. Это у нее естественно выходит.

— Лилька у нас феномен. — кивает Виктор: — талант у нее, телесный. Умеет она своим телом управлять в совершенстве. Какие-то нейроны у нее в мозгу лучше развиты, связь между конечностями и управляющим центром у нее быстрей чем у других. В какой-то степени Лиля у нас аутист — ей многое дано в физическом плане, но налицо отставание в социальном.

— Чего⁉ Лилька — аутист⁈ Видела я аутистов, совсем не похоже…

— Все дело в степени. Огромные лобные доли у нас отвечают за социальное поведение. Аутисты используют их по-другому, некоторые в голове могут многозначные уравнения в уме решать, корни извлекать из миллионов или еще что. Они и говорить толком не могут. А у Лили едва смещен акцент. По факту наша Лиля