Имперский повар 7 - Вадим Фарг

Кто-то из расторопных стажёров моментально сунул ей в руки стакан. Света осушила его залпом, тяжело дыша и вытирая размазанную тушь под глазами. Ей достался первый огненный сюрприз.

Коридор мгновенно взорвался громким и искренним хохотом. Повара смеялись, указывая на раскрасневшуюся Светлану. Напряжение сразу спало, уступив место весёлому азарту. Эта нелепая ситуация здорово сплотила всех нас.

Но игра продолжалась. Прошло буквально пять минут, и грянул второй взрыв.

Наш суровый Захар, который совершенно не привык мелочиться, закинул в бездонный рот сразу два крупных пельменя. Он начал активно жевать, и вдруг его мощные челюсти замерли на месте. Огромная лысина Захара за долю секунды покрылась крупными каплями пота. А лицо со старым шрамом начало стремительно менять цвет, переходя от привычного бледного к насыщенному бордовому оттенку.

Захар не издал ни единого звука. Он привык молча переносить любые тяготы. Лишь сжал толстые губы, медленно протянул руку к кувшину с клюквенным морсом и влил в себя литр красного напитка практически одним бесконечным глотком.

Тамара сидела рядом с ним. Она с лёгкой улыбкой повернулась к здоровяку и заботливо похлопала его по спине. Захар шумно выдохнул, утёр мокрый лоб салфеткой и смущённо улыбнулся ей в ответ.

Я смотрел на эту весёлую суету и чувствовал себя абсолютно уверенно. Моя интуиция подсказывала мне, что снаряды падают где-то далеко. Я небрежно подцепил вилкой пухлый пельмень из своей тарелки, очень щедро извалял его в сметане и смело отправил всё это великолепие прямо в рот.

В ту же самую секунду врата кулинарного ада распахнулись прямо на моём языке.

Мои рецепторы буквально взорвались от невыносимой боли. Это был не острый вкус, а чистый, стопроцентный концентрированный ад. Внутри не было ни грамма мяса. Там скрывалась жуткая, смертоносная смесь из чёрного перца, соли и безумной дозы перца чили. У меня возникло такое стойкое ощущение, будто я случайно проглотил кусок раскалённого добела угля вперемешку с битым стеклом. Обжигающий жар моментально ударил в нос и спустился вниз по горлу, а глаза мгновенно налились предательскими слезами.

Я перестал дышать.

На кухне внезапно повисла гробовая тишина. Я краем глаза заметил, что моя команда перестала смеяться и внимательно смотрит прямо на меня. Они увидели, как я замер, как неестественно напряглись мои плечи и как блеснула влага в моих глазах. Они всё поняли. Их грозный шеф вытащил несчастливый билет в этой кулинарной рулетке.

Мой внутренний голос отчаянно кричал и требовал немедленно выплюнуть эту кислоту на тарелку, схватить кувшин с водой и залить этот чудовищный пожар. Но я не мог себе этого позволить. Я был их лидером. Я был Арсением Вольским, который прошёл через самые жёсткие жернова столичного ресторанного бизнеса. Как шеф, я категорически не мог позволить себе потерять лицо перед подчинёнными из-за какого-то острого перца.

Поэтому включил всю силу воли. Я заставил мышцы расслабиться. Ни один мускул на моём лице не дрогнул. Я сохранял абсолютно непроницаемое спокойствие.

Начал жевать. Медленно и ритмично. Каждое движение челюсти высвобождало новую порцию обжигающего капсаицина, но я упрямо продолжал свою работу. Мозг сигнализировал о сильном химическом ожоге, но я просто игнорировал эту боль. Я тщательно пережевал всю смесь.

Затем сделал судорожный глоток. Магма медленно потекла по моему пищеводу, оставляя за собой огненный след прямо до самого желудка. Я с достоинством положил вилку на край тарелки. Взял белоснежную льняную салфетку и очень элегантно промокнул пылающие губы.

Моё тело всё же взяло небольшую физиологическую дань. По щеке медленно скатилась одна-единственная слезинка. Она прочертила влажную дорожку и упала прямо на воротник кителя.

Я посмотрел на свою притихшую команду спокойным взглядом.

— Текстура теста превосходна, — мой голос прозвучал удивительно чётко, без малейшего намёка на дрожь или хрипоту, хотя моё горло всё ещё нещадно пылало. — Хотя вкусовой профиль в этом конкретном экземпляре оказался весьма агрессивен. Кто автор данного произведения?

Команда замерла на секунду. Они переваривали тот факт, что их командир только что съел настоящую перечную бомбу, от которой здоровые мужики плачут навзрыд, и даже не поморщился.

А затем вся кухня буквально взорвалась. Грянули оглушительные овации. Повара громко хлопали в ладоши, стучали ложками по столу и заразительно смеялись. Стажёры смотрели на меня с таким искренним восхищением, словно я только что голыми руками одолел свирепого зверя. Лицо Миши светилось от гордости за своего шефа. Захар громко гоготал раскатистым басом, а Лейла одобрительно покачала головой, признавая мою железную выдержку.

В этот момент нервное напряжение последних дней спало окончательно. Оно растворилось без остатка в этом громком смехе и звоне посуды. Мы были не только коллегами по работе, но ещё и настоящей, крепкой семьёй, которая готова вместе смеяться над трудностями и поддерживать друг друга в любой беде.

Я сидел во главе стола, смотрел на их светлые улыбающиеся лица и чувствовал, как внутри меня разливается огромное, приятное тепло. И это было тепло не только от жгучего перца чили в моём желудке. Это была настоящая гордость за тех людей, которых я собрал вокруг себя.

Глава 24

Иногда самый сложный кулинарный рецепт кроется не в идеальном соусе, а в умении вовремя открыть нужную дверь тому, кто в ней искренне нуждается.

Я сидел за столом в своём кабинете. Настольная лампа бросала длинные тени на исписанные листы бумаги. До новогодней ночи оставалось всего-ничего, и я вносил последние, самые важные штрихи в праздничное меню. Любому хорошему банкету обязательно нужен свой признанный король. И в этот раз я решил сделать главную ставку на старую добрую классику, на авторский салат Оливье.

Но это не будет та унылая, плавающая в дешёвом майонезе мешанина из колбасы и овощей, к которой привыкли многие местные жители. Я собирался вернуть этому блюду его историческую гордость. Мясистые, сладковатые раковые шейки, которые дадут великолепную нежную текстуру. Для хруста я решил использовать мочёную антоновку. Её бодрящая кислотность отлично сбалансирует общую жирность. Затем пойдёт связующее звено. Домашний майонез, взбитый вручную с добавлением острой горчицы. И самый главный контраст, мощный финальный аккорд. Я добавлю туда свежую микрозелень, которую мне доставили из теплиц «Гильдии». Этот свежий вкус вдохнёт в старый рецепт новую жизнь.

Я отложил ручку и удовлетворённо потёр уставшие глаза. Внезапно в тишине раздался тихий стук в двери кафе. Я удивился, но всё же поднялся и вышел в зал, чтобы открыть дверь. На пороге стояла высокая фигура, закутанная в тёмный плащ. Капюшон был низко