Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко

дорогу терпеливо дожидавшийся возможности начать задавать вопросы, теперь пытливо смотрел на Шандора. – Сверху мы видели вспышку от выстрела и как пёс ворвался в дом вслед за бегущим человеком.

– Бежал кто-то из людей Ардаши. А вспышка – графиня уложила его самого. Наповал.

– Даже ей такое вряд ли сойдёт с рук, – обеспокоенно сказал драконид.

– Она думает иначе, – пожал плечами Лайош. В этот раз он настоял на том, чтобы спать на стульях, поэтому сейчас сидел и развязывал шнурки, тогда как Абекуа лежал на диване, закинув руки за голову.

– Одно дело – рядовой агент, но совсем другое – граф. Даже такая сволочь, как Ардаши, – задумчиво заметил муримур.

– Думаю, она справится. Кстати, я передал ей все детали, которые мастер Томас отлил с использованием эшшаха. И рассказал историю самородка.

– Думаешь, стоило? – с сомнением уточнил Равири.

– Поверь мне, стоило. Я уверен, что с этой стороны нам теперь ничего не угрожает. По крайней мере, до тех пор, пока мы не вздумаем выступить против графини.

– Да надо оно нам, – скривился Вути. – И без того несколько ночей без сна, денег за всю эту благотворительность не светит ни геллера. Ещё и камеру разбили, – последнее он проворчал уже глухо, укутываясь с головой в одеяло и переворачиваясь набок.

* * *

Стук в дверь заставил компаньонов удивлённо переглянуться. Снаружи на конторе висела табличка «Закрыто», но какой-то настойчивый посетитель, не дождавшись отклика на первый стук, забарабанил вторично.

– Войдите! – нехотя пригласил Лайош, стирая остатки мыльной пены с лица: он только-только закончил бриться. Вути, умывшийся чуть раньше, хмыкнул и продолжил расчёсывать шерсть. Равири, который в их негласной очереди на умывание всегда шёл первым, возился со спиртовкой и чайником.

Дверь открылась и на пороге появилась Айви в сопровождении барона Энгельгардта.

– Доброе утро, господа.

Абекуа громко вздохнул. Женщина посмотрела в его сторону и усмехнулась:

– Оно в самом деле доброе, господин Вути. Для всех нас.

– Госпожа графиня, господин барон, – поприветствовал визитёров Шандор, делая приглашающий жест в сторону дивана.

– Мы ненадолго, – сказал Энгельгардт, проходя к нему через комнату. – Только поблагодарить вас за помощь.

Он сунул руку во внутренний карман сюртука, и Лайошу на секунду показалось, что сейчас барон достанет оттуда пистолет. Но в широкой ладони мужчины оказался всего лишь пузатый бумажник, туго перепоясанный ремешком.

– Здесь – вознаграждение от меня и госпожи графини, – пояснил барон, протягивая бумажник сыщику. – Думаю, господин Шандор, вы и ваши компаньоны понимаете, что случившееся вчера…

– Не происходило никогда, – спокойно заметил от спиртовки Равири. Энгельгардт чуть наклонил седую голову, подтверждая слова драконида, и вернулся к двери. – Всего наилучшего, господа! – попрощался он и вышел.

Теперь к Лайошу подошла Айви.

– Думаю, куда приятнее денег для вас будет вот это, Макс, – улыбнулась женщина, протягивая ему небольшой бархатный мешочек. Сыщик взял его и услышал, как легонько звякнул металл внутри. Уже понимая, что именно он найдёт там, Шандор ослабил завязки и осторожно вытряхнул на ладонь браслеты и шпильку мастера Томаса.

– Лилия и Роза передают вам привет и просят принять эти украшения как извинения за доставленные неудобства. Ещё они просили напомнить, что вы всегда будете желанным гостем в салоне. К этому напоминанию присоединяюсь и я, хотя знаю, что вы вряд ли воспользуетесь таким приглашением.

– Благодарю, госпожа графиня, – сыщик аккуратно положил украшения обратно в мешочек.

– Удачи, Макс!

* * *

Дорогой читатель!

Если ты скачал эту книгу с пиратского сайта и она тебе понравилась – не пожалей пару минут времени! Зайди на любой литпортал (мои книги доступны на всех из «большой пятёрки»), поставь лайк или напиши комментарий. Это бесценная поддержка произведений и мотивация для автора, которая не будет стоить тебе ни копейки.

Большое спасибо! =)

Глава 27. Авенсы

Равири остался дежурить в конторе, а Абекуа взялся развлекать Николь, пока Лайош будет с господином Авенсом в клинике. Сыщик и часовщик поднялись до проспекта Седьмой Батареи, и здесь Шандор, несмотря на протесты тестя, нанял кэб. В половине одиннадцатого они уже входили в колледж Святой Жозефины, а в одиннадцать часов мастер Томас стоял внутри огромного деревянного короба – наружу торчала только голова – и послушно выполнял вежливые указания лаборантов доктора Герша.

На исследование ушло около четверти часа. Затем старика перевели в другой кабинет, где Хаим и ещё двое приглашённых им врачей тщательно осмотрели господина Авенса, и чуть не с головы до ног выслушали его своими стетоскопами. Наконец, один из лаборантов взял у пациента кровь на анализ, после чего доктор Герш пригласил своих посетителей выпить с ним чаю. Около полудня лаборант сообщил, что всё готово, и троица переместилась в новый кабинет, где по стенам были развешаны подсвеченные фотопластинки. Хаим принялся внимательно изучать их, время от времени делая какие-то пометки на пришпиленном к планшету листе бумаги.

Наконец, и этот листок оказался в общей папке пациента, успевшей к тому времени изрядно растолстеть. Доктор Герш устроился за столом и погрузился в чтение, а мастер Томас смотрел за ним скорее с интересом, чем с тревогой. Лайош, напротив, не мог справиться с беспокойством, поскольку знал теперь, что Равири оказался абсолютно прав: на «Русалке» в город попал с трудом добытый на Валькабаре кусочек эшшаха. Но это же означало, что и легенды о мучавшихся кузнецах драконидов тоже имели под собой реальное основание.

Правда, внешне господин Авенс никак не изменился – наоборот, сегодня он казался на редкость бодрым и энергичным, да и кашлял совсем мало. Только кончики пальцев приобрели синеватый оттенок, и часовщик время от времени принимался – видимо, машинально – растирать руки, словно они зябли. Шандор, даже не будучи медиком, прекрасно знал, что лекарства от пневмонии не существует, и любой случай всегда превращается в лотерею: справится ли сам организм, или ему не хватит сил. Мастер Томас боролся уже достаточно долго, но против него работал возраст, а главное – осевшие в лёгких ядовитые пары.

– Мне очень жаль, – доктор Герш отложил последний листок и, сцепив пальцы перед собой на столе, с сочувствием посмотрел на старика. – Всё в точности так же, как и в единственном известном мне случае. Этот металл…

– Эшшах, – с трудом проговорил Лайош охрипшим от волнения голосом.

– Эшшах. Видимо, он очень токсичен. Но в тот раз, о котором я упоминал, заболевший явно подвергся более продолжительному и активному воздействию. Проще говоря, господин Авенс, если вы работали с одним тиглем, то другой человек прямо-таки жил у плавильной печи с эшшахом. Полагаю, именно поэтому у