Мюзикл - Галина Владимировна Чернецкая

— Значит, никаких сторожей и перестрелок?

— Нет, сейчас у нас будет другая очень большая проблема, — вздохнул капитан и тут же закричал: — Стой, Мышь, положи пулемёт! Нет, он нам не нужен!

— Ну, почемууууу, — заныла я. — Как может быть ненужным пулемёт?

— Я понял, — кивнул Александр. — Это будет нелегко!

Потом они не разрешили мне взять танк! Мол, топлива всё равно нет. Хотя я видела, что бочки с керосином стоят в дальнем углу, накрытые брезентом. Потом у меня отобрали зенитный комплекс, мотивировав это тем, что наша задача сделать всё тихо, а не спалить весь лес. Под этим же аргументом забраковали огнемёт. Но тут я быстренько согласилась, уж больно тяжелый, а эффективность не высокая, хотя, конечно, красивый!

В итоге мы вначале приоделись. Ох уж эти мужики, им бы лишь о тряпках думать!

Потом я быстренько напихала по карманам гранат, как раз капитан отвернулся, а Александру я сделала страшные глаза, и он только укоризненно вздохнул. Потом я прихватила револьвер и горсть патронов. Потом повесила на шею гогглы, максимально простые и функциональные, да и трофейные пистолеты поменяла на более мощный экземпляр.

А потом я прихватила лазерную винтовку, убедившись, что шкала индикатора заряда полная.

— Наигралась?

— Нет, — выдохнула я. — Давайте танк возьмем, ну пожалуйста!

— Ты не умеешь его водить!

— Ничего, там не сложно, я разберусь!

— Нет!

Я надулась. Но через минуту забыла про танк, потому что Александр нёс в руках пулемёт. Перевязанный ленточкой, которую он непонятно где добыл.

— Аааа, — выдохнула я. — Какая прелесть! Можно, ну, можно? Пожалуйста!

— Это будешь ещё сложнее, чем я думал, — пробормотал капитан себе под нос. — Ладно. Берите пулемёт и пошли отсюда. И патроны тогда тоже!

Александр похлопал себя по оттопыренным карманам.

— Детский сад какой-то, — пробормотал капитан, но ничего отбирать не стал. Мы сложили старую одежду в новые вещмешки, туда же немного разного походного: фляги, топливо, спички, брикеты, сухпаёк, аптечку, запасную одежду (самый минимум, конечно!) и ушли, опять закрыв склад в обратном порядке.

— Это было самое простое ограбление! — восхитилась я.

Лошадь пулемёту не обрадовалась. Поскольку его героически продолжал тащить Александр, то и расстроилась его лошадь. Впрочем, мой конь тоже оказался обвешан со всех сторон: мешок, оружие, трость. Уверена, что до меня ещё никто не ходил уничтожать военные базы с прогулочной тростью под мышкой. Но она была слишком хороша, чтоб бросать её вот так, в лесу.

Потом мы ещё довольно долго ехали. Пошёл снег. И в отличие от снега предыдущего, этот был совсем не сказочным: мокрый, холодный, какой-то даже колкий и отвратительно мерзкий. Я покачивалась на своём коне, опустив лицо в воротник и надвинув шапку по самые брови. Никаких перчаток у меня не было, поэтому я натянула рукава куртки пониже, но руки всё равно мёрзли. Как и нос. Как и ноги. Как и другие части тела.

Поэтому, когда мы уже в самой темноте куда-то приехали, я была рада.

Это оказался лагерь. Кого-то я знала. Кто-то знал меня. Нам быстренько выдали по миске горячей похлёбки с грибами и кружке чая и отправили отдыхать в палатку на троих.

Оружие я втащила туда же. Кони не влезли, их пришлось оставить на выпасе, под присмотром дежурных.

Выспалась я прекрасно, хотя капитан храпел. А вот встать пришлось рано.

Глава 21, НИКАКОГО УДОВОЛЬСТВИЯ

Рассвет только озарил багрянцем край неба, как мы, зевая, выползли из палатки.

Оделись, попрыгали, разобрали оружие. Буквально на ходу перекусили. Получили наушники и инструкции. Предельно короткие и простые: делаем то, что нужно, а то, что не нужно — не делаем! Вперёд не лезем, не геройствуем, дурь не творим, но если очень нужно, то можно. Нам с Александром вообще велели держаться позади. Он гражданский, я — хромаю. Но раз уж пришли, не уходить же.

Капитан смог собрать пятнадцать человек и немного техники. С другой стороны — это больше, чем в прошлый раз, так что не мне жаловаться.

Мы обошли территорию лагеря по периметру и рассредоточились на позициях.

— Сдавайтесь, вы окружены! — заорал капитан в усилитель.

— Пошли нах… — также громко ответили ему.

— Сдавайтесь по-хорошему, — ещё разочек попробовал он. — Ребята, вы просто не понимаете, чем вы тут занимаетесь, сдавайтесь, обещаю, что вам это зачтётся!

Ответ был прост и нецензурен.

— Вы вынуждаете меня начать тут кровавую бойню!

— Мы присягу императору давали, пошёл в жопу, ренегат! — сменился голос ответчика.

— Вы же там «запретное удовольствие» гоните, придурки! — опять заорал капитан. — Сбегайте, посмотрите, что там ваши сра… учёные варят. Я не хочу лишних жертв!

— Да, мы сами знаем, кто что варит!

Дальше было матерно и злобно.

Капитан укоризненно вздохнул прям в усилитель.

— Работаем, — выдохнул он.

Дальше было шумно и совсем не весело. Мы стреляли, в нас в ответ тоже не скупились. Что-то горело, кто-то орал, взрывалось, падало. Рядом со мной подстрелили берёзу, и её обломок больно отлетел мне в плечо.

Лагерь оказался хорошо укреплён, намного лучше, чем тот — на Урале. И лупили по нам практически из всего, кроме, пожалуй, танка. Ну и поддержки с воздуха тоже не было.

— А я говорила, давайте танк возьмём, говорила, — бубнила я. — Но кто слушает Мышь?! Никто не слушает!

— Мышь, заткнись! Или бубни не в общую частоту!

— Сам заткнись, сейчас бы вот как жахнули по ним с танка и въехали в нём же.

Мой бубнёж лично мне стрелять не мешал, но результата как будто бы и не было. Прорвать окружение и ворваться внутрь никак не получалось.

— Может, сверху закидаем?

— Что же ты «таракана» не прихватила?!

— А у вас нету, что ли? Свой надо иметь!

— Вот со своим и приходи в следующий раз!

И тут я решилась. Убедившись, что Александр сбоку вполне успешно стреляет с винтовки и противники отвлеклись на него, я несколько раз перекатами подобралась ближе к их укреплению и затаилась между мешком и покрышкой. Завела две бомбы, а потом, когда один из них перезаряжал оружие, второй лениво стрелял в сторону Александра, а третий непонятно чем был занят, выпрямилась в полный рост и метнула обе на ту сторону. И тут же рыбкой нырнула в овраг.

Вслед мне пустили пулеметную очередь, но мыши — твари юркие, и я уже укатилась по свеженькому снежку.

Обратно пришлось карабкаться вверх и очень быстро. Потому что бомбы