Мастер билдов 2 - Егор Петров

— Опиши, — повторил он тем же тоном.

Я закрыл глаза и честно попробовал вспомнить. Получилось немного: цвет полотнищ, форма, что-то вроде стрелы на одном и что-то вроде фигуры на втором. Я выложил всё, что было, и сам слышал, как плохо это звучит. Плохо в том плане, что сбивчиво и совсем не точно.

— Точно коричневый? Может, тёмно-зелёный, и над стрелой три звезды?

Я напряг память.

— Не уверен. Всё-таки коричневое полотно вроде было. Да и может, там вообще не стрела. Говорю же, далеко прятался.

Сайрус ничего не сказал. На пару секунд перестал шевелиться, да и только. Я уже честно отвык от его манеры общения. Надо вспоминать…

Потом он подбросил в огонь ветку.

— Ты чего? — спросил я.

— Ничего.

— Сайрус.

— Я услышал, — сказал он. — Ешь.

И всё. Я подождал секунд десять, понял, что продолжения не будет, и решил, что спрошу утром. Или через неделю. Может, если бы я получше запомнил гербы, он бы объяснил, но так, наверное, считает, что нет смысла воздух сотрясать.

— Далеко им ещё до Эсхата, как думаешь? — спросил Корн.

— До чего? А! Ну, я встретил их через семь дней пешего пути, и прошло ещё столько же. Плохо знаю, с какой скоростью движутся такие обозы, но если быстрее пешего, то уже в городе. Если нет, то рядом.

Из темноты снова донеслось ворчание про приезжих, которые живут где попало, не интересуясь, где именно они живут. Задело его это, видимо. Эсхат, надо запомнить.

Сайрус дождался, пока старик закончит, и спросил:

— Древко на месте?

Я моргнул.

— Ты слышал, что я сейчас рассказал?

— Слышал.

— Там пятьсот клановых. И тысяча тварей в стазисе. И я уверен, там всех монстров разбудят, и будет очень жарко. Ты серьёзно ещё хочешь идти туда?

— Угу. — Он проверил, как ходит меч в ножнах. — Древко на месте?

И вот тут я понял, что спорить с ним бесполезно ровно так же, как было бесполезно спорить с Ганном, только по прямо противоположной причине.

Ганна нельзя переубедить, потому что у него на всё находится ответ.

Сайруса нельзя переубедить, потому что он вопрос не рассматривает. У него есть дело. Дело надо сделать. Всё остальное — это условия, в которых оно делается, и обсуждать их так же осмысленно, как обсуждать погоду. Как минимум, пока все условия точно не известны.

— На месте, — сказал я. — Я его перепрятал. И глефу тоже. Правда, не слишком хорошо… Там, возможно, грабить будут в первую очередь. Я ведь не от людей прятал.

Он поднял бровь. Довольно ёмко поднял, кажется, выразил всё, что думает о моей дальновидности.

— Да оно неподъёмное! — объяснил я. — Всё что смог — это только немного оттащить. И так полночи пыхтел.

— Хорошо.

— А ты посох как уносить собрался? Впитал зерно? — я даже пальцы за спиной крестиком сложил.

Очень хотелось, чтобы ответ был да. Но я понимал, что Сайрус вряд ли оставил Эльму в столице без денег, а значит, с большой вероятностью он зерно продал. Сайрус мне должен, я это не забыл. И он тоже, я уверен. Мне ведь нужно качаться, и я сам понимаю, как дико это звучит, но почему бы нам не пойти в разлом? Маг четвёртого круга, пеленающий зёрна, — есть. И мы с Сайрусом. Корн, я думаю, тоже легко согласится — стоит ему пообещать, что все разломные ингредиенты он сможет пробовать в алхимии. Ну и подкинуть пару рецептов.

Все эти мысли пролетели в голове за долю секунды. Я что, реально захотел забить на всё и просто отправиться фармить разломы⁈ Я что, сдохнуть быстро решил⁈

Но, как ни посмотри, это лучший вариант, раз уж я отказался от предложения Ганна. Это просто логическое продолжение пути, который я выбрал. Хоть и кажется диким. Или меня на радости от встречи так развезло?..

Сходилось всё слишком хорошо. Маг, который поможет мне со знаниями по поводу новых кругов. В разломах проще всего достать сильные слои, а если они не подойдут — то как минимум можно вернуться с хорошими деньгами.

Сайрус всё молчал, а потом сказал, прикрыв глаза.

— Впитал.

Я даже не сразу поверил, что услышал именно то, что хотел.

— И что дало?

— Силу.

Я подождал. Он не продолжил.

У Сайруса «силу» — это законченное высказывание. Он не оперирует ни процентами, ни цифрами, и за всё наше знакомство ни разу не сумел объяснить, чем один его слой отличается от другого. Тут можно только смотреть глазами и делать выводы самому, когда подвернётся случай. Просить показать я даже не думал: он не циркач, и на такую просьбу мне очень внятно объяснят, куда идти.

— Понял, — сказал я.

— Что понял?

— Что железо ты потащишь сам.

Он кивнул.

Корн, который уже разлегся, высказался в том смысле, что до железа ещё добраться надо, а до места ещё далеко, и это если клановые там всё не разворовали и если старика по дороге не похоронят. Потому что лошадей он бы ещё век не видал и всё в таком духе.

Поворчал еще немного, и вдруг прищурился в мою сторону.

— Ну-ка, сядь ближе.

Я подсел. И кажется, понял, о чём будет сейчас разговор. Ману я уже выпускал на автомате, если шкала переползала за сотню. Он посмотрел мне куда-то в район плеча, потом чуть выше, потом коротко махнул рукой в воздухе, будто отгонял муху.

И снова выпрямился, сел, хотя кажется, только удобно устроился.

— Мальчик. Что с тобой не так? Ты фонишь.

Я молчал, думая, как бы это получше всё сформулировать.

— Я думал, мне чудится по старости лет, — он говорил медленно, будто сам себе не верил. — Но вот ты теперь сидишь рядом, и вокруг тебя висят сгустки маны. Она с тебя течёт.

— Ага.

— Что «ага»? — Голос у него пошёл вверх. — Покажи-ка руку.

Я сразу понял, что он о татуировке, и протянул ему левую. На которой больше ничего не было, естественно.

— А где?

— Исчезла, когда я круг маны создал.

— Ага. — Корн снял с пояса