Размышления русского боксёра в токийской академии - Семён Афанасьев

обсудили драку в методическом кабинете, на которую полиция приезжала, — ровно сказал Начальник образовательного процесса. — А я сейчас не о ней, а о второй. Которая была после, и о которой никто никому не рассказывал. Могу запись с камеры показать: вы попали на несколько секунд в край сектора.

Глава 31

— А-а-а, вы об этом, — Асада беззаботно откинулся на спинку стула, как обычно, игнорируя даже подобия правил приличия.

Теперь Кавасиме иногда началось казаться, что белобрысый так ведёт себя специально.

— А ведь чтоб таким неотёсанным выглядеть, это ж талант нужен, — неожиданно для самого себя сформулировал Начальник образовательного процесса. — Чтоб с таким… эм-м-м… имиджем жить, за позицией точно что-то стоять должно.

— Вы сейчас о чём? — оторопел отпрыск якудзы. — Я понял, о каком инциденте вы говорите, но не уловил насчёт позиции и неотёсанного.

— Неважно… По жизненной позиции неважно, — поправился Юто. — А насчёт вчерашнего — я тебя внимательно слушаю.

— Я буду вам очень признателен, если вы уточните свой вопрос, — гайдзин, казалось, балансировал на грани хамства. — По мне, там абсолютно нечего рассказывать. Что именно вас интересует?

— Тебе не кажется, что от тебя начинает становиться слишком много проблем за короткое время? — тоже оставил обходительность преподаватель.

— А что, от них уже и жалоба есть? — удивился Асада-младший. — Могу ознакомиться с содержанием? Так-то, мне есть что ответить. Но всегда же полезно знать, в чём именно тебя обвиняют… — он, казалось, сейчас осёкся и недоговорил.

— Нет, жалобы нет, — вынужденно признался преподаватель. — Но это не отменяет общей нездоровой обстановки. Согласен? И мой вопрос, если его сформулировать деликатнее, выглядит так: насколько высок потенциал твоей неуживчивости? И чего ещё лично мне ждать от тебя в качестве таких вот «сюрпризов»? Асада, что за странные гримасы? Тебе не кажется, что ты сейчас забываешься?!

— Абсолютно искренне думаю, в какой ипостаси вам ответить, — пацан покладисто извлёк из кармана смарт с активированным приложением. — Вот, зелёненькое, говорю правду. Научился его использовать хоть как-то, — доверительно поделился он, будто бы действительно не отдавая себе отчёта, где находится. — Как показал опыт, на других оно может ошибаться. Но зато всегда показывает другим, что правду говорю я.

— Сомнительная радость… — не сдержался Начальник образовательного процесса. — Ты сейчас имел ввиду какие ипостаси? Тебе точно врача не надо?

— Вроде бы нет, вот же медицинское приложение. Пока вроде всё в порядке… Насчёт ипостаси. Формально я являюсь учащимся, несовершеннолетним. И вроде как должен в приоритете встраиваться в существующие и сложившиеся отношения, а не навязывать своё видение остальным. Ну, исходя вообще из обычаев и стандартов нашего общества. Так?

— Примерно так. Продолжай.

— Но иногда, когда сталкиваюсь с явными несоответствиями, я себя ощущаю единственным повзрослевшим в окружении. Потому что остальные просто идут мимо и не видят. Ну, или им удобно не видеть, — простенько заключил белобрысый.

У педагога тут же закралось нехорошее предчувствие:

— Ближе к теме.

— Между вчерашними, как вы говорите, двумя драками есть большая разница. Хотя лично я бы второй раз дракой не назвал….

— Без словоблудия! — Кавасима чувствовал, что, вопреки долгу, сейчас непозволительно заводится.

Белобрысый его просто бесил, одним своим существованием. Что было крайне неконструктивно и роли педагога недостойно.

— Есть разница между инцидентами, — неуступчиво набычился Асада. — И есть кое-что общее. Общее: оба раза лезли ко мне. Инициатором был не я, поверьте. Вы, кстати, можете это проверить и лично, если опросите всех тех, кто попал со мной в эту вашу камеру во второй раз…

— Я САМ РАЗБЕРУСЬ, ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ. Фуф, та-а-ак… — Юто набулькал в стакан воды из диспенсера, стоявшего прямо под рукой. — Говори дальше.

— Вы в курсе, что старшая школа, естественное отделение, собирает достаточно регулярно деньги у малышей с гуманитарного? — выдал без предисловий пацан, моментально сбивая тон беседы из напряжения в удивление.

— Педагоги очень часто догадываются обо всём, даже если прямых свидетельств и не имеют, — обтекаемо ушёл от прямого ответа Кавасима. — Тем более что для прямых вмешательств нужна основания. Типа открытого заявления пострадавших. А об этом речи просто нет, я знаю, о чём говорю.

— Я вам даже могу сказать, почему нет заявлений, — осклабился Асада. — Хотя вы, сто процентов, и сами это понимаете.

— Знаешь, а ведь теперь я верю, что ты из своей Семьи. — Парадоксально сопоставил кое-что Начальник образовательного процесса вслух. — Ты ведь только сейчас становишься самим собой. Наглым, беспардонным…

— Я тоже вас очень люблю и ценю, — огрызнулся Асада. — Сейчас изо всех сил стараюсь быть с вами конструктивным. Как могу. Спасибо за поддержку моей попытки наладить диалог и быть откровенным!

— М-да. Где-то перегнули, — признал Юто, отчего-то успокаиваясь. — Согласен. Ладно, давай заново… ДА. Я понимаю, что в школе есть обычаи и традиции, которые лично мне очень не нравятся. НО, — он поднял вверх указательный палец. — Это глубже, чем желания. Изменить некоторые традиции иногда очень сложно.

— Сверху. — Уронил белобрысый.

— Что?

— Изменить некоторые традиции иногда очень сложно сверху, — пояснил он. — Надо, чтоб участникам процесса снизу стало некомфортно. Не сочтите за наглость, потому что каждый раз, когда я задаю вам вопрос, моё приложение говорит, что вас это раздражает… Но не могу не спросить. Вы согласны? Некоторые традиции достаточно легко меняются снизу. Но никогда не могут быть исправлены сверху. Я сейчас прав?

— Не буду спорить, — проявил неожиданную уступчивость и деликатность преподаватель. — Твой взгляд на вещи имеет место. Просто пока никто ничего не пробовал менять. Возвращаясь ко второму инциденту. Это и было оно, что ты говоришь?

— Ну да, — удивился Асада. — Сенсэй, вы же не думаете, что я, вместо тренировок и учёбы, только и бегаю по всей Академии в поисках приключений на свою за… гхм… в поисках приключений?!

— Вообще-то, именно так я теперь и думаю.

— Тогда позвольте с вами не согласиться, — Асада коротко кивнул на зелёный огонёк индикатора. — Ко мне вчера прибежали из средней школы, с гуманитарного, и попросили защиты. Я же там учился до позавчера; вот они и посчитали, что мы не чужие.

— Поня-ятно. — Такого варианта, если честно, Кавасима не учитывал. — И что потом?

— А потом я просто пошёл во второй корпус и отобрал у ботаников деньги малышни.

— Что, и все деньги отдал в среднюю школу? И они подтвердить могут? — Не поверил Юто.

— Да. Причём, настаиваю, о драке речь не шла. Я просто попросил — и они сами отдали. Слушайте, давайте позовём их и спросим, есть ли претензии?! И правду ли я сказал? — Пацан говорил ровно и уверенно, а маркер приложения светился ровным зелёным цветом.

— Понятно, что они