Ро Анна де Ан. Битва в Волчьем ущелье - Виктор Постоенко

Многие торговые гильдии заинтересовались в обучении детей, помогают и финансово и продовольствием, помогли с наймом воспитателей и работников в Дома Обучения. Так я их пока официально назвала. Приют как-то резало слух.

Послала Ило за Нанке, а сама спустилась в тюрьму.И монах, и его воин сидели крепко привязанные к стульям. Кстати я еще в самое свое первое посещение тюрьмы распорядилась сделать специальные крепления стульев к полу.

Еще не хватало что бы какой шустрый испытуемый начал вытворять что ни будь эдакое. В памяти сидела картинка из какого-то сериала, где привязанная к стулу дева ухайдокала всех присутствующих.

Мне такого не надо было, тем более уровень их владения боевыми искусствами был весьма высок.

Пришла Нора, принесла письменные принадлежности, села за стол и приготовилась писать. После нее неожиданно появилась герцогиня Вилина, без Фиолы, в сопровождении Нанке.

- Ваша Светлость, а Вам то сюда зачем? Тут прошлый раз Нору мутило, у меня методы своеобразные.

- Ты думаешь я мало крови повидала? А тут эти мерзавцы отняли жизнь у моего друга, отняли жизни у тысяч людей. Я не могу спокойно сидеть на верху и ждать твоего отчета. Не обращай на меня внимания.

Ну ладно, ты сама захотела, хотя что я знаю о своей бабушке. Не смогла бы она стать тою, кем сейчас является, если бы была милосердной и добренькой.

Дознаватель по моей команде снял с них мешки. Воин был как воин, грубое лицо без намёков на какую-то мыслительную деятельность. Ему то и при горячем собственном желании наверно нечего рассказывать.

А вот монах был человеком иного сорта. Изысканный красавец дворянин, породистое скорбное лицо, как будто говорящее – ну что вы хотите от такого милого человека как я, здесь какая-то ошибка.

Он смотрел умоляюще, все естество его трепетало, пальцы дрожали, в глазах стояли слезы. Хоть сейчас премию Станиславского выписывай.

Оба узника в камерах прильнули к решеткам. Но я сидела рядом с Норой и молча рассматривала обоих сидящих пленников. Их же внимание было приковано к герцогине и расхаживавшей от стенки к стенке сосредоточенной Нанке. Наконец она остановилась прямо перед ними.

- Кто и по какой причине прислал вас совершить убийство семьи герцогов Дюссенских? Молчать не получится, мне нужны ответы. И я получу их любым способом.

- Милая дама – мягко заговорил монах – но какое отношение имеем мы к каким-то убийствам? Я с моими охранниками приехал в Дюссен, чтобы заключить договора на поставку кирпича и черепицы для нашего монастыря. Мы собираемся отремонтировать крыши и стены. Но появилась ваша стража и напала на нас. Мои воины не разобравшись стали меня защищать. Эх, если бы только кто-то сказал, что это представители закона, то не было бы ни схватки, ни смертей с обеих сторон.

- А где расположен ваш монастырь, и как он называется – задала вопрос герцогиня Вилина.

Монах перевел взгляд на нее и ответил – Ваша светлость, монастырь наш расположен далеко отсюда, совсем в другой провинции. Как только сумма пожертвований позволила нам начать ремонт, мы первым делом решили закупить кирпич и черепицу в герцогстве Дюссенском. А воинов для сопровождения мне дал настоятель, дороги сейчас опасные, не во всех провинциях царит порядок, как у вас.

- Воин, а ты что скажешь – спросила Нанке?

- Ваша милость, ну как монах сказал, так и было. Настоятель строжайше приказал охранять его святость. Ну, когда кто-то стал ломиться в комнату, мы сразу подумали это что грабители за деньгами, и давай обороняться. Кто ж знал то.

- И поэтому твои соратники покончили с собой, выпив яд? А тебе не повезло, тебя ранили, а яд нашли, когда обыскивали. Что дальше придумаешь?

- Кстати ваше святейшество, а у вас то чего я подошве пузырек с ядом делал? Что скажете? – Нанке не наезжала, говорила будничным тоном, слегка даже иронично.

- Милая дама, так откуда мне было знать, что там в подошве? Я эти сапоги купил уже в дороге, у придорожной таверны, так как мои порвались в пути. А тут смотрим кто-то продает, может с кого сняли, но не босиком же мне идти. Вот и купил.

- Порвались говоришь, в дороге купил? – тут подала голос я. И приказала дознавателям зафиксировать им обоим головы, сдернуть с них одежду, причем совсем.

Монах старался не подать виду, но я заметила, что внутри него все замерло. Воин же пришел в полное недоумение, инстинктивно дёргался, видимо пытался прикрыть свое хозяйство.

Нетушки. Догола в этом мире при допросах почему-то не раздевали, а я еще из прошлой жизни помнила, что обнажённый человек начинает острее чувствовать свою незащищенность и беззащитность.

- Ваши милости, вы же женщины, вы сейчас смотрите на голого мужчину – картинно взмолился монах.

- Где ты урод видишь тут женщин? Здесь герцогиня Вилина де Анн Андольская, Ее Светлость Нанке де Пон де Сейн де Аньи, герцогиня Дюссенская, ведущая протокол лейтенант гвардии и я, Роанна Давиль де Анн де Беллуа де Альвен, принцесса Энгерская. Мы сейчас не женщины, мы сейчас твои судьи и палачи.

Услышав мой титул и Нанке, монах заерзал и с удивлением спросил

– Ваше Высочество, но Вас же здесь не должно быть, я…

И осекся, поняв, что прокололся.

" Договаривай, договаривай, так где это я должна быть? Тоже послали уже туда убийц? А теперь я задам свои вопросы.

Первый: кто отдает вам все приказы. Я не имею ввиду того, кого вы называете настоятелем. Это просто фиктивное лицо, поверь, я уже много что знаю о вашем монастыре и знаю где он расположен, сколько там воинов, сколько наставников, сколько учеников.

Второй: кто финансирует монастырь.

Третий: какую цель вы собирались достигнуть, ликвидировав семьи герцогов Андольских, Дюссенских, королевскую семью Энгеров.

Это что-то должно было изменить? Что? Человек, несколько месяцев назад сидевший вот так как вы на этом стуле, то же начинал с крепости духа, имел силу воли, упорство. Но у меня нетрадиционные методы добывания информации, никто из вас о подобном даже не слышал.

Для этого необходимо было изучать природу человеческого тела. Увы, этот предмет вам не преподавали. Короче, через пять минут этот героический воин описался и обосрался, при этом все это действо происходило помимо его воли. И дал мне все нужные ответы.

За что я сохранила ему жизнь. Сменила ему имя и отправила жить на далекий остров. Пусть рыбаком, под присмотром, но жить. Свои обещания я выполняю. Я дам вам минуту на размышления, потом будет невыносимо больно.

-Но и это не все. Сейчас по моему рецепту наверху варят