Консультант - Александра Торн

Наконец-то! Память дона Мигеля, изрядно помутившаяся от запаха олеандра, прояснилась настолько, чтобы он наконец вспомнил ту дикую историю с покушением на кардинала Талаверу, от чего старик оказался на месяц прикованным к кровати после сердечного приступа.

- Сегодня синьор Бреннон снова оказал услугу королевскому престолу, – веско произнес Саварелли; девушка за его спиной насмешливо фыркнула, словно сомневалась, а услуга ли это или счет к оплате. – К вам подослали убийцу те, кто хотел шантажом добиться от вас новых преследований джилахов. К счастью, мой друг, синьор Бреннон, узнал об этом и сообщил мне, а так же предлагает вам телохранителя.

- Э?

- Вот, – кардинал указал на девушку в темном мужском костюме, которая подняла убийцу и без малейших затруднений взвалила его на плечи. – Синьора Рейден будет защищать вас от злоумышленников, пока мы, то есть синьор Бреннон не найдет их и не сдерет шкуру... в смысле, не пересечет их деятельность.

Но к этому моменту путы олеандрового дурмана уже совсем спали с сознания первого министра, и у него появилась как минимум дюжина вопросов. Он выпрямился в кресле и немедленно к ним перешел:

- Откуда вы узнали о покушении?

- Ниоткуда, – пожал плечами его преосвященство. – Синьор Бреннон ведет некоторые дела Бюро, потребовавшие его личного присутствия, в новообразованном эмирате Таназар. Там он допросил одного из врагов Бюро и по его словам заподозрил, что на союзников Бюро готовится нападение.

Дон Мигель подозрительно уставился на кардинала. Он теперь весьма ясно припоминал высокого худого мужчину с рыжей собакой, который пришел на тайную аудиенцию, утроенную по настоянию кардинала Талаверы. Вот только когда дон Мигель благосклонно позволил этому человеку открыть филиал в Сан-Хосе, он еще не знал ни о каких “врагах Бюро”.

- Было бы неплохо, если бы этот Бреннон предупредил меня, что у его Бюро есть враги, на нашей первой встрече, – сухо сказал первый министр.

- Ну так теперь вы знаете, – сказала странная девица. – Куда мне отнести пленного?

- В саду есть ротонда, – Саварелли кивнул на темнеющую в глубине сада ротонду, к вящему возмущению дона Мигеля. – Теперь, как отметила синьора Рейден, вы знаете, это таковые враги есть, и знаете, что вас от них защищают.

- То есть вы следили за мной в ожидании его появления? – синьор Флорес указал на убийцу.

- Да.

- Однако это переходит границы подобающего...

- Да, да! – нетерпеливо воскликнул Саварелли. – Тем не менее, мы уже здесь и намерены и далее охранять вашу жизнь, даже если вас это чем-то не устраивает!

Дон Мигель гневно вздрогнул. Кардинал Талавера такого себе не позволял.

- Ну же, преосвященство, – мягко сказала девушка, проходя мимо, – не шумите. Я вытащу из этого, – она хлопнула убийцу по макушке, – все, что он знает об Элио, если понадобится – вместе с зубами.

- Прошу прощения, – сказал кардинал. – Обстоятельства последних дней вынуждают меня принимать меры как можно скорее.

Эти слова вкупе с упоминанием какого-то Элио заставили дона Мигеля насторожиться. Здесь имелся некий секрет, а министр не любил, когда секреты есть у кого-то кроме него. Но все же...

- Я благодарен вам и синьору Бреннону за вашу заботу о моей безопасности, – чопорно произнес дон Мигель. – Хотя я намерен настаивать на том, чтобы от меня более не скрывали, что сотрудничество с вашим Бюро может быть опасно для сотрудничающих.

Лицо кардинала потемнело от гнева, но он все же процедил:

- Могу понять ваши опасения. Именно поэтому я и синьора Рейден здесь. Не только для того, чтобы защитить вас сегодня, но и для того, чтобы принять меры против этих врагов.

Замок Шинберн, горная цепь Рундар

Элио подергал цепь. Она его раздражала: во-первых, из-за нее он не смог аккуратно сложить брюки и белье, и они так и лежали на полу, на цепи; во-вторых, нельзя было надеть пижамные штаны. Все это глубоко возмущало привычного к строгому порядку джилаха; не говоря уже о том, что сидеть на цепи было унизительно.

Правда, он думал, что ее снимут, чтобы отвести его в какие-нибудь отвратительные пыточные застенки – но вчера, несмотря на обещания Мальтрезе, за юношей так никто и не пришел. С одной стороны, Элио был этому рад – не то что бы ему нравилось общество бартолемитов, но с другой – это тревожило: вдруг за ним не пришли потому, что отвлеклись на ловушки для Дианы и Диего?!

Поэтому, подкрепив свои силы обильным завтраком, Романте решил перейти к активным действиям, чтобы не давать врагу времени гадить агентам Бюро. Элио заполз под кровать и осмотрел металлическую пластину, к кольцу в которой крепилась цепь. Пластина была прикручена четырьмя болтами к полу и скромно прикрыта ковриком, потому-то юноша ее сразу и не заметил. По цепи и двум кольцам (в пластине и на ноге пленника) вилась сложная вязь заклятий. А вот болты были обычными, без следов чар.

- Э-эй, – тихонько позвал Элио, – ваше величество?

“Чего тебе?” – довольно добродушно отозвалась Магелот через пару секунд. Юношу это отношение озадачивало, и потому он на всякий случай, чтобы избежать неприятных сюрпризов в будущем, спросил:

- Почему ты больше на меня не сердишься?

“Потому что я поняла”.

- Что ты поняла?

“Это был не ты. Это не ты замкнул меня в ловушке в том доме”.

- Конечно, это был не я! Я еще тогда и не родился!

“Откуда мне это знать? Вы, смертные, совершенно одинаковы, как мне вас отличить?”

- У нас есть личности, – обиженно ответил Элио.

“Какие? Где? Если вы и отличаетесь друг от друга, то разница столь ничтожна, что и говорить о ней не стоит. К тому же ты, – в голове юноши раздался ехидный смешок, – хоть и пытался подло меня обмануть, сам предался в мои руки”.

- Неправда!

“Мне принадлежит твоя плоть и кровь, и твой дух, и ты сам впустил меня. Так что немного терпения – и я заберу все! Ну да ладно. Сейчас-то чего тебе надо?”

Романте сглотнул. Конечно, досточтимейший из досточтимых сделал все, что было в его силах, но удержит ли сеть Намиры эту тварь, одну из самых могучих, как уверяли сами мирац-аит?

- Видишь эти болты? Нужно их выдернуть.

“Зачем? Эта штука так и будет висеть