Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

как-то ловко крутнулся на месте, оттолкнул от себя покойника, и я немедленно выстрелил мертвецу в затылок. И сразу спину мертвяка расчертила очередь выпущенных Никитой из жезла "свинцовых ос" шариков.

— По ногам, идиоты! — хрипло выдавил из себя Василий и, когда тварь вновь прыгнула на него, встретил ее ударом топорика, выхваченного из петли на поясе.

Стальное лезвие с глухим стуком врезалось в лоб, но мертвяк все же сбил охранника с ног и, подмяв под себя, потянулся скрюченными пальцами к лицу. А потом вдруг дернулся и обмяк. Сверкавшие призрачным светом глаза погасли, из ран потекла черная кровь, и окутывавшая подвал атмосфера ужаса начала понемногу развеиваться.

— Порядок? — уточнил спускавшийся по лесенке Иосиф.

— Это ты его? — спихнув с себя тело, начал растирать горло Василий.

— Ну не вы же, — усмехнулся колдун.

— Что вообще произошло? — Никита убрал чародейский жезл в чехол и на всякий случай отошел подальше от трупа.

— "Дети в подвале играли в гестапо, зверски замучен сантехник Потапов", — не смог промолчать Напалм.

— Да заткнись ты! — шикнул я на него, морщась из-за звона в ушах. — А то сейчас огребешь.

— Все, молчу, — пообещал пиромант.

— Сначала, полагаю, случился сердечный приступ, — Иосиф опустился на колени рядом с распростертым телом и без малейшего намека на брезгливость оттянул веко, — а когда была снята защита, в тело вселилась потусторонняя сущность, принесенная сюда бурей.

— Вась, забирай патроны, и валим, — попятился к лестнице Никита.

— Он не встанет больше? — в нерешительности замер на месте второй охранник.

— Нет. Уже нет, — успокоил того гимназист.

Явно сомневающийся в этом Василий осторожно опустился на одно колено и, расстегнув застежку патронташа, вытянул его из-под мертвеца.

— Все, уходим! — сразу же отскочил он подальше. — Пошли!

— Так здесь труп и оставим? — засомневался Никита.

— Твои предложения? — первым взлетев вверх по лестнице, спросил Василий. — Нашим сообщим, пусть сами решают.

— Давай лезь, — подтолкнул я Напалма к лестнице, и тот вслепую нашарил ржавую перекладину.

Дождавшись, пока пиромант выберется из подвала, я поспешил вскарабкаться следом и, ухватив за руку, втащил к нам изрядно запыхавшегося Иосифа. Выглядел колдун не ахти: по опухшему и будто собранному из разных кусков лицу ручьями тек пот, ноги подгибались, а дыхание вырывалось из груди с каким-то нехорошим хрипом и присвистом.

— Ты в порядке? — немедленно шагнул к опершемуся о стену гимназисту Василий. — Идти сможешь?

— Идти — смогу. — Иосиф вытер лоб носовым платком и спрятал его обратно в карман. — Но особо на меня не рассчитывайте. Надсадился.

— Бывает, — вздохнул последним выбравшийся из подвала Никита и зашагал по темному коридору. — Давайте за мной.

Я, придерживая под руку Напалма, двинулся следом; Василий решил колдуна в одиночестве не оставлять и пошел замыкающим.

Давшее нам приют здание было в прошлой жизни то ли учебным заведением, то ли медицинским учреждением, и коридор какое-то время петлял меж закрытых дверей. Никита спокойно шел, нисколько не интересуясь запертыми кабинетами, а мы послушно тащились следом.

Ему видней.

Я только обернулся к уже немного пришедшему в себя Иосифу и спросил:

— Товарищ колдун, а вспышка при взрыве шара как на органы зрения повлиять могла?

— Не отвернулся, что ли? — оттянув от горла ворот свитера, уточнил гимназист.

— Угу.

— Через пару часов зрение полностью восстановится, — успокоил меня Иосиф.

— Слышал? — толкнул я в бок пироманта. — Все в порядке, короче.

— Эти пару часов еще продержаться надо, — буркнул в ответ Напалм.

— Продержимся, — уверенно заявил остановившийся у выбитой двери Никита и предупредил: — Ноги не сломайте только, этаж высокий, а снег мы уже умяли.

— Проходите, — подтолкнул нас в кабинет Василий и застегнул патронташ возницы, который до этого нес накинутым на плечо. — Давайте, короче!

Я подошел к окну и присвистнул, выглянув наружу: до земли было метра два.

— Ну ничего себе! Как вы нас сюда затащили только?

— С трудом, — улыбнулся Никита.

— С вас бутылка, — добавил Василий; он оттеснил меня в сторону и, взобравшись на подоконник, первым спрыгнул вниз. — Порядок! Иосиф, давай!

Я настороженно выглянул наружу — за слегка заметенной снегом дорогой торчали из сугробов накренившиеся заборы и заброшенные здания, — пропустил вперед Иосифа и позвал топтавшегося внизу с дробовиком в руках охранника:

— Принимай клиента!

— Я сам! — отказался гимназист и, ухватившись за оконную раму, попытался свеситься, но не удержался и рухнул в снег. — Мать!

— Живой? — обеспокоенно выглянул на улицу Никита.

— Нормально! — Иосиф отполз в сторону и, опершись о стену, поднялся на ноги. — Нормально!

— Пошел! — Подтянув к окну, охранник забрал у пироманта ружье и подтолкнул в спину. — Быстрее!

Напалм обреченно вздохнул, но медлить не стал и спрыгнул вниз. При падении завалился набок, но сразу поднялся и отошел, освобождая мне место. Я передал трехлинейку Никите и, заранее морщась, соскользнул с карниза на изрядно утоптанный снег. В голове и под лопаткой немедленно проснулась боль, в глазах потемнело, и пришлось опереться о стену.

— Держи! — не дав мне толком прийти в себя, Никита протянул трехлинейку, а потом и "моссберг" пироманта.

Настороженно озиравшийся по сторонам Василий к этому времени уже выбрался на дорогу и внимательно разглядывал здания, над крышами которых протянулась узенькая полоска ясного неба.

Никита легко спрыгнул к нам и, перехватив закинутую за спину крупнокалиберную винтовку, полез через глубокий сугроб к своему напарнику. Я сунул ружье пироманту — еще таскать за него! — и зашагал следом. В ботинки немедленно набился снег, стало холодно и сыро, но ничего поделать с этим уже было нельзя.

Ладно, это не в санях мерзнуть — пока из города выйдем, семь потов сойдет. Успеем согреться. Легко.

— Куда нам теперь? — бестолково завертел головой по сторонам Напалм, который кое-как выбрался на дорогу. Видеть толком ничего не видел, но старался вести себя так, будто уже пришел в норму.

— Мы, когда вас тащили, вернулись чуток назад, — пояснил Василий, придерживая под руку колдуна. — Вон дорога немного поворачивает, там КамАЗы стоят.

— Поближе ничего подходящего не нашлось? — тяжело дыша, уточнил Иосиф. — Зачем так далеко отходили?

— Поближе нас любой бы дурак нашел, — возразил Никита.

— И кого нам тут опасаться?

— Много кого, — нахмурился охранник. — Тех отморозков не всех постреляли, так что смотрите в оба.

— Да и кровушки там неслабо пролилось, — кивнул Василий. — Чревато оно.

— Это точно, — поежился Напалм. — Может, обогнем лучше?

— У меня патроны в санях остались, — покачал головой охранник. — На рожон лезть не будем, поклажу заберем и во дворы свернем сразу.

— Ты ж и так патронташ взял! Не хватит тебе?

— Нет.

— Черт с тобой, пойдем тогда.

Я сунул меховушки под мышки и, оставшись лишь в тонких кожаных перчатках, откинул барабан