Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Все!

Но только Берта с круглыми глазами и непередаваемым выражением лица. Остальные кто с улыбкой, кто с легким осуждением, но после слов Дэймоса оно начало потихоньку трансформироваться в одобрение и даже умиление.

Но только подошедший к нам внезапно довольно молодой жрец от силы лет тридцати и с приятно одухотворенным лицом, одетый в серебристый балахон с зеленой вышивкой, нарушил опустившуюся на храм тишину вопросом, заданным мне:

— По своей ли воле вы пришли сюда, дитя? И уверены ли вы в своём желании связать судьбу с этим мужчиной?

— Да, — произнесла твердо, уже окончательно придя в себя. Улыбнулась и добавила: — Да, очень хочу.

Справа приглушенно пискнула Берта, но я даже не покосилась в её сторону. Что бы она сейчас обо мне ни думала, это всё уже неважно.

— Я вижу, ваши помыслы чисты и желание обоюдно. И не смею препятствовать воле богов, позвавших вас в свою обитель, — пафосно и немного странно заявил жрец, жестом предлагая пройти ближе к статуям и красивому белоснежному алтарю, стоящему перед ними. А следом обратился и к прихожанам: — Прошу всех присутствующих засвидетельствовать добрую волю и свершившееся чудо единения двух молодых людей, нашедших друг друга под сводами нашего храма.

Прихожане разулыбались сильнее, послышались даже одобрительные возгласы, после чего Дэймос ловко помог мне снять платок и верхнюю одежду, прикинув это в руки насупленной Берте, которая явно ощущала себя обманутой, но вмешиваться в происходящее не спешила. Рядом с ней стоял задумчивый Курт, но эмоции на его лице я прочесть не смогла, хотя мне показалось, что он даже одобряет происходящее.

Впрочем, мне могло и показаться.

Сам Рауф тоже снял пальто и даже успел перекинуться парой слов со жрецом, отчего тот стал особенно задумчив, ну а потом мы подошли к алтарю, в жаровнях словно сам собой вспыхнул золотистый огонь, отчего ярче запахло благовониями, и жрец, произнеся очень красивую речь о любви, долге и единении душ, задал главный вопрос:

— Дэймос Рауф, готов ли ты взять в жены деву Эржену и нести бремя ответственности, быть заботливым мужем и отважным защитником?

— Готов, святой отец, — отрывисто произнёс Дэймос, ни на миг не отпуская мою руку.

Жрец удовлетворенно кивнул и посмотрел на меня, причем с особым пристальным вниманием.

— Готова ли ты, дева Эржена, взять в мужья Дэймоса Рауфа, стать ему верной спутницей и заботливой супругой?

— Готова, святой отец, — произнесла твердо.

Жрец снова кивнул, словно ставил штамп «одобрено» под моими словами, после чего улыбнулся, широко развел руки и торжественно произнёс:

— Перед ликом богов и в присутствии славных жителей города Хайтона объявляю вас мужем и женой! Дэймос можете уже поцеловать супругу. — Иронично улыбнулся и тихонько добавил: — Снова.

Глава 23

Улыбнувшись тоже, но так хитро, словно задумал что-то неприличное, Рауф притянул меня к себе за плечи и поцеловал так сладко, что у меня подкосились колени и пришлось вцепиться в лацканы его сюртука пальцами, чтобы только не стечь по мужчине вниз. Боги, как же мне нравится с ним целоваться! Спасибо вам за эту шикарную возможность!

«Пожалуйста…», — вдруг прозвучал в моей голове едва различимый смешок, который заставил меня невольно вздрогнуть, а потом…

Кажется, что-то произошло. Что-то яркое, странное… значимое!

Люди вокруг нас дружно, громко и восторженно ахнули, стало подозрительно светло и тепло, а моё правое запястье на миг обожгло касанием, отчего я снова вздрогнула всем телом и глухо пискнула прямо в губы Дэймосу. Он тоже подозрительно шикнул и рывком отстранился, но плечи мои не отпустил, хотя и метнулся взглядом к своей правой руке.

Я в этот миг смотрела на свою, прекрасно видя, как чуть выше манжеты, которая немного задралась, проступает золотистый рисунок древними рунами, которые переплелись между собой в полноценный браслет.

— Что за…

Мы произнесли это вполголоса и одновременно, после чего растерянно переглянулись, а жрец, всё ещё стоящий рядом с нами, не растерялся и с восторгом провозгласил:

— Брак благословлен богами! Воистину знаменательное событие!

Жрец продолжал восторженно вещать, что теперь наша пара отмечена богами и брак будет не просто счастливым, но и долгим, благостным и плодотворным…

Вот тут я сдавленно кашлянула, сообразив, что это он про детей говорит, а стоящий рядом Дэймос, успевший просто крепко прижать меня к себе, кажется, ругнулся одними губами. Не уверена, но было похоже.

Неожиданно к нам потянулись прихожане и одной из первых к нам пробилась не очень тепло одетая молодая женщина с ребятишками, по которым было видно, что семья не очень благополучная. И с трепетом обратилась почему-то именно ко мне:

— Благословите, леди!

Чего???

Я в шоке уставилась сначала на неё, потом на стоящего рядом Дэймоса, который, в отличие от меня, не растерялся и шепнул мне на ухо:

— Одна из старых местных традиций. Молодожены в принципе считаются отмеченными богами. А такие, как мы, особенно. Просто обними и пожелай им добра.

Ох, ну предупреждать же надо!

В итоге сначала я крепко обняла женщину, пожелав ей добра, здоровья, материальных благ и удачи, затем по очереди ребятишек: мальчика лет восьми и девочку лет пяти, пожелав не просто здоровья, но вырасти хорошими людьми — смелыми, добрыми и трудолюбивыми, не огорчать маму и заботиться друг о друге. Ну а потом пошли объятия за объятиями, причем желала не только я незнакомым людям, но и они с улыбками желали нам всякого. В основном, конечно, любви, благополучия, благосостояния… и детишек. Предпоследним ко мне подошел Курт, смущенно приобняв за плечи и пробасив:

— Верный выбор, леди Эржена. Пусть у вас всё сложится.