Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Аркадий Писклаков, – вспомнила Женя.

– С него и начну. Если придется, поговорю с обоими.

– Только будь осторожен. Это может быть опасно.

– Опаснее спятившего колдуна, крадущего души людей? – усмехнулся Гордей. – Иди к своей тетке. И ни о чем не беспокойся. Все будет хорошо.

Женя молча кивнула и торопливо двинулась к стеклянной двери, но неожиданно развернулась, быстро подошла к Гордею и крепко обняла его за шею. Лестратов, не ожидавший такого, удивленно замер.

– Береги себя, – шепнула девушка и только после этого вошла в здание.

Глава 38. Огненный кнут

Сенсей Канто довез Гордея до дома, а затем отправился менять поврежденную во время погони машину. Где он собирался это делать, Лестратова не сильно интересовало. У Канто было немало секретов, в которые он не посвящал даже самых близких и преданных друзей. Забежав домой, Гордей наскоро переоделся, проверил состояние уцелевшего оружия в портупее и только после этого отправился к Аркадию Писклакову.

Кандидат на пост мэра Санкт-Эринбурга жил в роскошном трехэтажном особняке за высокой кованой решеткой. Гордей осторожно приблизился к дому, не выходя из тени высоких лип, растущих вдоль улицы. Внезапно его охватило чувство сильнейшего дискомфорта и тревоги. Обычно так происходило незадолго до обращения в Ищейку, в моменты надвигающейся опасности, когда все инстинкты усиливались настолько, что невозможно было себя контролировать.

Вокруг стояла тишина, на улице не было ни одной машины. В домах не горел свет; похоже, все обитатели элитного коттеджного района спали. И все же Гордея не покидало ощущение, что за ним следят. И чем ближе он подходил к особняку Аркадия Писклакова, тем сильнее оно становилось.

До рассвета оставалось несколько часов. Ночь принадлежала вурдалакам. А они умели скрываться настолько мастерски, что их присутствие было незаметно до самого момента нападения. Поэтому Гордей присматривался к каждой тени, прислушивался к любым странным звукам.

В окне второго этажа особняка едва теплился приглушенный свет. Значит, Писклаков еще не спал. Гордей перебрался через кованую ограду, прикинул расстояние до балкона, расположенного над террасой. Подпрыгнув, он вцепился руками в верхнюю балку, подтянул ноги и с легкостью забросил свое тело на балкон, после чего настороженно замер, прислушиваясь.

Приблизившись к окну, Лестратов заглянул внутрь сквозь неплотно задернутые шторы. Он увидел просторную спальню с большой кроватью. Одна из дверей в комнате была приоткрыта, именно за ней горел свет. Гордей просунул лезвие меча между створками и слегка надавил. Окно открылось, и он бесшумно скользнул внутрь.

Из-за приоткрытой двери доносился шум воды и хриплое пение. Значит, там была ванная и кто-то принимал душ. Кто-то абсолютно не имеющий музыкального слуха. Человек распевал один из недавних хитов певца Дамиана, кумира современной молодежи.

У дальней стены стоял большой письменный стол, заваленный документами. Гордей на цыпочках подкрался. На столе лежали фотографии Жени, ее деда, тетки Инессы, другие фотоснимки. Все были сделаны издали, из укрытия, исподтишка. Кто-то следил за членами семьи Тихомировых. А раз эти фотографии лежали здесь, значит, за слежку платил Аркадий Писклаков.

– Занятно, – прошептал Гордей.

– Именно так, – раздалось у него за спиной.

Гордей резко обернулся и увидел Писклакова в белом банном халате. На полу лежал толстый ковер, а кандидат в мэры был босиком, поэтому Лестратов не услышал шагов. Кожа Писклакова влажно блестела, видимо, он не стал тратить время на то, чтобы вытереться. Зато в руке был зажат пистолет, направленный Гордею в лоб.

Обычное оружие практически не могло навредить дхампиру, если только пуля не была серебряной. Практически. Но что будет, если выстрелить ему в голову? Проверять на себе как-то не хотелось.

– Ты кто такой, черт бы тебя побрал? – угрожающе поинтересовался Писклаков.

– Сторонний наблюдатель за вашей избирательной кампанией, – тихо ответил Гордей.

– Вот оно что. – Писклаков скользнул взглядом по мечу, который Лестратов держал в правой руке. – Ничего себе… Грабители теперь разгуливают с такими ножиками? Бросай оружие!

– А если не брошу?

– Тогда я понаделаю в тебе дырок, а затем моим людям придется попотеть, чтобы избавиться от твоего трупа.

Гордей медленно повернулся и положил меч на край стола.

– Вы следили за семейством Тихомировых, – заметил он. – Зачем?

– О, так тебя прислала Инесса? – хмыкнул старик. – Это многое объясняет. Я предупреждал ее, чтобы не лезла. А она? Прислала лазутчика в мой дом! Интересно, с какой целью?

– Вы считаете это нормальным? Убить конкурента, а затем угрожать членам его семьи?

– О чем ты говоришь?! – раздраженно воскликнул Писклаков. – Ты что, считаешь, что это я убрал Тихомирова?

– А разве нет?

– Но зачем? Мой рейтинг всегда был выше, чем у него! Любая комиссия может это подтвердить. Тихомиров в любом случае проиграл бы выборы! Так к чему пачкать руки?

– Откуда тогда все эти фотографии?

– Следил, не скрою, – кивнул Писклаков. – Как и за Вакулиным, другим конкурентом. Отслеживал их деятельность. Должен же я знать, чем они занимаются. Без этого в нашем деле никак.

– И что, вам удалось что-то нарыть на своих конкурентов?

– Еще бы, – усмехнулся Аркадий. – И этот общепризнанный святоша Тихомиров удивил меня куда сильнее Вакулина. У каждого из нас есть свой грязный секрет, который может уничтожить нас в мгновение ока. Вопрос в том, на что мы готовы пойти, чтобы его сохранить. Александр Тихомиров был готов на многое, но это его не спасло. Его тайны стоили ему жизни. А теперь вы обвиняете в его смерти меня?!

Гордей не знал, что на это ответить. В словах Писклакова была логика. Пока он размышлял над услышанным, входная дверь спальни вдруг с грохотом рухнула внутрь комнаты. Писклаков испуганно взвизгнул. Полыхнула вспышка, и все окуталось дымом.

Когда дым немного рассеялся, порог переступила женщина в облегающем черном брючном костюме. Гордей мгновенно узнал ее. Это она пыталась спасти горящие книги в кабинете профессора Блоншера. Средних лет, довольно привлекательная, с черными блестящими волосами, собранными в пучок на затылке. Женщина смерила хмурым взглядом Лестратова и Писклакова, а затем вытянула перед собой правую руку.

В воздухе снова полыхнуло яркое желтое пламя. Из огня свился длинный извивающийся кнут, который она каким-то образом умудрялась удерживать в руке.

– Элоиза?! – испуганно завопил Писклаков. Похоже, он знал и ее, и то, на что она способна. – Зачем ты здесь?!

Элоиза презрительно прищурилась и взмахнула огненным кнутом. Писклаков вскинул руку и выстрелил в нее. Но женщина спокойно шагнула в сторону, и пуля попала в