Звоните Манькову! Том 2 - Денис Деев

— Да, — я мгновенно сменил казенный тон на радостный.

— Привет! Это Катя!

Вот это да! Я чуть не подпрыгнул на месте. Позвонила! Сама! Эх, генералу Зимову за это надо не просто ящик, а два ящика самого лучшего коньяка поставить! Организовал свидание так организовал! Впечатлил я, видимо, девушку вчера основательно, раз она сама решила проявить инициативу.

— Катя, привет! Рад тебя слышать! — расплылся я в улыбке.

Аленка закатила глаза к потолку и выразительно вздохнула. Мол, мы тут, вообще-то, серьезным бизнесом занимаемся, работа кипит, а этот всё романы на рабочем месте крутит.

— Прости, что отвлекаю в рабочее время, — чуть смущенно произнесла Катя, — но у меня к тебе есть одно предложение.

— Да-а-а? — заинтригованно протянул я. — Интересно, какое же?

— Я тут подумала… Скажи, ты любишь балет?

Балет? Если в этом мире и существовало что-то, что я ненавидел больше, чем наглых бандосов вроде Евгения Владимировича, так это мужиков в обтягивающих колготках, манерно прыгающих по сцене. Но как, скажите на милость, об этом сказать Кате? Такой неземной и воздушной? Она же мгновенно сочтет меня за неотесанного мужлана, которому чуждо всё прекрасное.

— Да, — тем временем оживленно продолжала девушка. — У меня мама билеты достала на «Щелкунчика» на сегодняшний вечер. К нам «Кремлевский балет» с гастролями приехал, представляешь⁈ А мама пойти не сможет, у нее планы поменялись. И… составишь мне компанию?

Я на секунду зажмурился. Щелкунчик, блин!

— Конечно! — с максимально искренним, прямо-таки щенячьим энтузиазмом выдал я в трубку. — Обожаю балет! С огромным удовольствием схожу вместе с тобой!

— Здорово! Тогда договорились! — радостно защебетала она.

Мы проговорили еще пару минут о каких-то милых пустяках, условились встретиться вечером прямо у входа в Драматический театр, и я бережно положил трубку. На моем лице блуждала совершенно дурацкая улыбка.

— Так, господа соучредители. Я сегодня вечером иду в Драмтеатр, — торжественно сообщил я переглядывающимся Сереге и Аленке.

Сергей уважительно присвистнул и отложил ручку:

— Вообще-то, Олег, «Кремлевский балет» — это очень круто. Событие года. Билетов туда днем с огнем не достать, спекулянты втридорога продают.

— А у Кати откуда-то есть… — самодовольно ответил я.

В этот самый момент входная дверь без стука приоткрылась, и в кабинет заглянула Людка.

— Здрасьте… Извините, мне бы Манькова… — начала она, заглядывая в помещение, но тут же увидела меня и расплылась в широкой улыбке: — О, привет, Олежка!

У Аленки за столом едва не случился припадок. Катю она, конечно, в глаза еще не видела, но вот Люда, стоящая сейчас в дверях, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Даже в строгом, наглухо застегнутом деловом костюме она выглядела настолько сногсшибательно, что Серега машинально стянул с носа очки и принялся тщательно протирать стекла краем свитера, чтобы рассмотреть это явление природы во всех деталях.

Я поднялся со стула, почувствовав неладное.

— Здравствуй… Ты чего приехала? Что-то с сестрами стряслось⁈

— С кем? — не сразу поняла Люда, а потом отмахнулась: — А, нет! Всё в порядке. Мы с ними сходили уже в ДК… и я решила, что хватит мне дома сидеть. Пора выходить на работу и оформляться официально.

— Да почему пора-то? — искренне удивился я. — Время же еще есть…

— Мне дома скучно, — пожала она плечами.

— А у нас тут, думаешь, обхохочешься⁈ — процедила Аленка, смерив гостью взглядом с ног до головы.

Я мгновенно понял, что этот зарождающийся женский конфликт надо гасить на корню, причем срочно. Я и так сегодня Аленке со своими телефонными «зазнобами» и балетами глаза порядочно намозолил.

Я быстро прошел к двери, взял Люду под локоток и увлек ее за собой в коридор ДОСААФ.

— Мы куда? — удивилась она, едва успевая перебирать ногами на каблуках.

— Ко мне, — бросил я на ходу.

— Так вы же вроде здесь сидели, в этой комнате.

— Годы летят, мы растем и меняемся, — философски заметил я. — Теперь лично у меня — другой офис.

— Растешь? — усмехнулась Люда. — Или в подвал переехал?

— Расту-расту. Скоро этажи выкупать начну. Но ты мне лучше вот что скажи, работница года: ты как решила к генералу Зимову зайти? Просто дверь с ноги откроешь и скажешь: «Здрасьте-здрасьте, я Любочка, помните меня? Я готова выйти на работу».

Люда, поднимаясь за мной по лестнице, фыркнула:

— Ну а как надо? Зайти к нему в кабинет и стриптиз на столе станцевать?

— Вообще не то, — я покачал головой. — Хотя… приз-стриптиз… — я задумчиво пожевал губами, на ходу прокручивая в голове хитрые варианты того, как бы нам эффектнее подать ее повторное появление перед генеральским взором.

Подойдя к двери, я нажал на ручку, распахнул створку и галантно пропустил Люду вперед. В кабинет уже успел вернуться Толик. Едва дверь открылась, он, не поднимая головы от каких-то бумаг, начал возбужденно тараторить:

— Олег, я тут к Степану сходил, братву проведать. Короче, Степа притащил оружие и…

Тут Толик поднял глаза, осекся на полуслове и замер, увидев, что я вошел не один. Уличный пацан мгновенно испарился, и на его месте материализовался «светский лев». Толик торопливо, одним элегантным движением застегнул свой малиновый пиджак, гордо выставив напоказ блестящие золотые пуговицы.

— Добрый день, фрау-мадам! — он выдал обворожительную улыбку. — Рады вас видеть в нашей скромной обители.

— Привет! — с легкой ироничной усмешкой поздоровалась с ним Люда.

Толик приосанился еще сильнее.

— Осмелюсь напомнить, — он понизил голос до интимного баритона, — что при нашей прошлой встрече вы обещали мне знакомство со своей свободной и, не сомневаюсь, очаровательной подругой.

Для пущего эффекта «младший партнер» игриво вскинул брови несколько раз подряд, ожидая, что Люда сейчас же растает от такого джентльменского напора.

— Точно. Помню, — невозмутимо кивнула она. — Но она наотрез отказалась.

Лицо Толика мгновенно вытянулось. Весь его лоск слетел как шелуха.

— То есть как — отказалась⁈ Почему? — искренне, чуть ли не с детской обидой возмутился он. — Она же меня даже не видела!

— Давайте вы эти сердечные страдания на потом оставите, хорошо? — прервал я эту мелодраму, проходя мимо них к своему рабочему столу. — Толя, что ты там говорил? У Степы…

Толик моргнул и так же живо переключился обратно. Отвергнутый Ромео исчез, уступив место