Это потому что я чёрный? - AI Caesar

Вместо того чтобы просто скользить вниз, ему пришлось буквально подтягивать себя к полу, преодолевая сопротивление гравитации. Попаданец оттолкнулся от карниза, повиснув над бездной, и его тут же рвануло вверх. Ноги беспомощно заболтались в горячем воздухе.

— Безумные двемерские ублюдки! — сквозь зубы прорычал лучник, с силой перехватывая веревку. — Никакого уважения к базовым законам земли! Хоть бы один имперский трактат по архитектуре полистали, прежде чем строить свои адские машины!

Спуск превратился в изматывающую борьбу. Данмеру приходилось использовать жесткое плечо лука как багор, цепляясь им за технические выступы и притягивая тело ближе к мосту. Каждое движение давалось с огромным трудом, мышцы спины горели огнем, а кровь из носа продолжала заливать подбородок, скапывая прямо на лоб.

Внезапно Резонатор издал протяжный стон. Аномалия мигнула, притяжение вернулось с чудовищной силой, больно дернув стрелка вниз, а затем снова отключилось, подбросив его словно тряпичную куклу.

Натянутая веревка опасно хрустнула.

Собрав остатки сил, Садрас раскачался на страховке и в тот момент, когда маятник качнулся в сторону подвесного моста, резко отцепил карабин. Тело эльфа рухнуло на подрагивающую брусчатку, он тяжело перекатился и чудом успел намертво вцепиться окровавленными пальцами в трещину между плитами, чтобы его снова не унесло в воздух.

Мост ходил ходуном, грозя в любую секунду обрушиться в кипящую лаву, но под ногами наконец-то чувствовалась твердая опора.

Рейна вынырнула из густого белого марева словно мстительный дух. Её силуэт смазывался в плотных клубах пара, а в руке тускло поблескивала отравленная сталь. Девушка оказалась на платформе как раз в тот момент, когда гравитация снова дала сбой, заставив каменное крошево закружиться над раскаленными плитами.

Прямо перед ней, в луже собственного пота и натекшего конденсата, извивался всемогущий телепат. Лишенный своей пугающей невозмутимости, он превратился в корчащийся кусок ошпаренного мяса. Расплавленный край золотой маски намертво въелся в кожу, и маг издавал лишь сдавленные звуки. Ослепший от боли, он на рефлексах швырялся во все стороны волнами дикого телекинеза. От его хаотичных ударов сминались толстые медные трубы.

Но для профессионального убийцы это был не барьер. Это была открытая мишень.

Рейна хищно подобралась. Инстинкты Темного Братства взвыли в один голос: добей. Оставленный в живых враг — это всегда удар в спину. Достаточно одного смазанного переката под телекинетической волной и короткого удара под подбородок, чтобы оборвать эту жалкую жизнь.

Оона уже перенесла вес на ногу, готовясь к броску, когда сквозь надрывный рев умирающей машины прорвался срывающийся крик:

— Оставь его, Рейна! Хватай артефакт, мать твою, и уходим!

Девушка скосила глаза. Садрас, перепачканный в крови и саже, стоял на раскачивающемся мосту, одной рукой вцепившись в техническую скобу, а другой указывая на откатившееся к краю платформы Око Анумидиума.

Сверху раздался оглушительный грохот. От сводов каверны оторвался кусок скалы размером с телегу и с тяжелым всплеском рухнул в магматическое озеро, подняв волну густого жидкого огня. Руины Нчуанд-Зела начали складываться внутрь себя.

— Добей его! — требовал внутренний голос убийцы.

— Он сварится тут сам, или его раздавит камнями! Мы пришли за шаром! — снова донесся отчаянный вопль данмера.

Впервые в жизни ассасин проигнорировала догмы Гильдии. Прагматичная логика этого парня оказалась сильнее инстинктов. Мертвый маг не стоил того, чтобы остаться лежать рядом с ним под тысячами тонн гномьего камня.

Рейна резко сменила траекторию. Нырнув под волну телекинеза, которая срезала кончики её волос, она метнулась к краю платформы. Сорвав с плеч походный плащ, девушка в несколько слоев обмотала им ладони и с силой подхватила Око Анумидиума.

Артефакт оказался невыносимо горячим даже сквозь толстую кожу. Он дико пульсировал в руках, словно взбесившееся сердце, излучая тошнотворную волну чистой магии.

— Бегом! — рявкнул Нереван, срываясь с места и бросаясь к выходу с моста.

Бросив полный ледяного презрения взгляд на катающегося по полу мага, Рейна крепко прижала раскаленный сверток к груди и устремилась вслед за напарником в густую темноту коридоров.

За спиной тяжело ухнула магма, поглотив очередной кусок свода. Главный Зал окончательно заволокло непроницаемым белым молоком пара, сводя видимость к нулю. Дышать приходилось через раз, обжигая легкие влажным жаром, пока базальтовые плиты под ногами ходили ходуном с грацией пьяного великана.

Узкий подвесной мост угрожающе раскачивался. Садрас не видел перед собой ничего, кроме белесой стены, ориентируясь на память и инстинкт. Он намертво перехватил свободную ладонь Рейны, не позволяя напарнице отдалиться ни на шаг. Девушка тащила пульсирующий сверток с артефактом, и в этом хаосе потерять друг друга означало гарантированную смерть для обоих.

— Всегда знал, что мои мечты сбываются через задницу Обливиона! — истерично проорал попаданец сквозь грохот рушащихся механизмов, с силой дергая ассасина на себя, чтобы обогнуть провал в брусчатке.

Рейна споткнулась, едва не выронив Око Анумидиума, но железная хватка темного эльфа удержала её на ногах.

— Что ты несешь?! — выдохнула она, мучительно кашляя от едкого серного дыма.

— О горячих купальнях! — прохрипел бывший студент, не сбавляя темпа и увлекая её за собой в пелену. — Я всю жизнь мечтал сходить в хорошую парилку с красивой девушкой! Расслабиться, погреть кости! Но я категорически не рассчитывал, что вместо легкого пара мы получим кипяток в лицо и перспективу быть раздавленными тысячами тонн гномьего камня!

Эта нелепая тирада, произнесенная на грани паники, сработала как громоотвод. Сжимавший горло первобытный страх отступил, оставив злую жажду выжить назло обстоятельствам. Девушка издала странный звук, похожий на нервный смешок, еще крепче прижимая сверток.

— Если мы отсюда выберемся, я лично засуну тебя в самую ледяную прорубь Скайрима, чтобы остудить твой болтливый язык! — пообещала убийца, стараясь подстраиваться под его широкий шаг.

— Договорились, радость моя, только давай сначала вернемся на твердую землю! — жизнерадостно отозвался стрелок.

Они неслись вперед сквозь ревущее белое марево, не различая дороги и ориентируясь лишь на крепкую хватку переплетенных пальцев. Спасительная темнота каменного тоннеля приняла их в свои ледяные объятия ровно в тот момент, когда позади, с оглушительным скрежетом рвущегося металла, подвесной мост рухнул в лавовое озеро.

Тяжелая дверь лаборатории с грохотом захлопнулась, чудом удержавшись на перекошенных петлях. Данмер навалился на нее всем весом и точным ударом сапога вогнал стальной лом в зазор, намертво блокируя проход. Снизу продолжал доноситься глухой гул разрушающихся механизмов, заставляя каменную крошку сыпаться с потолка.

Сверток в руках ассасина внезапно запульсировал тошнотворным фиолетовым светом. В виски ударила режущая боль, словно кто-то методично загонял под череп раскаленные гвозди. Рейна тихо зашипела сквозь зубы и едва не выронила артефакт, инстинктивно прижимая ладонь к голове.

Бывший