Эхо отражений - Геннадий Борисович Марченко

И, заметив мой настороженный взгляд, усмехнулся:

— Нет, не в том плане, вы меня неправильно поняли. Я счастливо женат, у меня дети и внуки, а мужчины как объекты сексуального влечения меня никогда не интересовали. Так что можете облегчённо выдохнуть. Просто как человек вы мне симпатичны, а уж я в людях разбираюсь, поверьте мне.

— Спасибо, — криво улыбнулся я.

Минуты три спустя в мой рюкзак из сейфа перекочевали 550 тысяч наличными в виде 5-тысячных купюр. Надеюсь, не фальшивых. От предложения перевести деньги на карту я отказался, и Штейн мой отказ одобрил. Вроде по нынешним временам не бог весть какая сумма, однако банковских работников и она может напрячь. Не хватало ещё, чтобы мою карту заблокировали — от этих уродов всего можно ожидать.

А по пути домой зашёл в банкомат и из полученных у антиквара денег сто тысяч положил на карту. Таким образом заодно проверил, что они точно не фальшивые.

А мне нужны были опять же царские деньги, если я хотел продолжать отношения с Екатериной Зориной. Вот же, засела занозой в сердце, и ничем её оттуда не вытащишь.

На моей страничке тем временем фолловеры уже начали интересоваться следующим объектом моих паранормальных исследований. Оно и правильно, нечего забрасывать перспективное направление, где тебе ещё и за рекламу деньжат подбрасывают. Жаль, что никак блокировку с «телеги» не снимут, без VPN мой канал не посмотришь, а так бы и подписчиков было больше, и рекламы.

На этот раз я решил провести ночь в самой известной «заброшке» Питера — на бывшей фабрике «Красный треугольник». Благодаря интернету выяснил, что с виду — руины и пожарища, а по факту — памятник истории с 160-летней историей. Основан американцами, прославился галошами. Завод в свои лучшие времена имел 215 зданий, 84 цеха. Это был целый город!

Причём там можно было побывать как в составе экскурсии, там и «дикарём». Сначала я наведался туда в субботу днём. В некоторых зданиях располагались офисы, которые, правда, в выходные не работали, но это была лишь небольшая часть, всё остальное представляло собой такие руины, что можно было снимать батальные сцены.

Сверху цеха соединялись монорельсом, внизу проходила узкоколейка. Труд здесь был всегда максимально машинизирован и механизирован.

Почти сразу наткнулся на экскурсионную группу, предводитель которой, вещавший в небольшой, словно игрушечный мегафон, посмотрел на меня с подозрением. Разминулись… Под ногами валялось много галош, резиновых сапог, шин — остатки было «роскоши». И резиновая пыль, там, куда не добрался снег. А порой она лежала и поверх снега, неизвестно как пробившая себе дорогу к солнцу. Его сегодня хватало, а учитывая, что крыши раньше были стеклянными, то его лучи свободно попадали и внутрь, разгоняя даже намёк на мрачность.

Ничего, ночью тут будет совсем другая картина, думал я, неспешно обходя цех за цехом. Особенно учитывая жутковатую историю, связанную с подземными коммуникациями. Когда в 2002 году завод перестал работать и стал банкротом, все здесь было заброшено, ничего не охранялось. Подземные постройки привлекли внимание подростков. Им очень интересно было здесь лазить. В результате не одну жизнь унес завод из-за озорства. Поэтому было принято решение все подземные помещения затопить и огородить.

Понятно, туда уже не пролезешь. Но кто мешает побродить рядом и «послушать стоны» погибших?

А пока при дневном освещении снял несколько видосов со своим участием, где я рассказываю историю предприятия, включая трагедию с несчастными детьми. На контрасте с будущими ночными съёмками, не исключено, сюжет получится даже более мрачным.

Сюда же я вернулся в 10 вечера, прихватив с собой в рюкзаке доставшийся в наследство от России «вечный» термос с чаем и парочку бутербродов. А ещё при мне был измеритель электромагнитного поля, пришедший с одного из маркетплейсов. Прибор, если верить описанию, был предназначен для обнаружения паранормальных явлений. Прежде я обходился без этой лабуды, но тут вдруг приспичило проверить в деле такую вот приблуду, может, в глазах подписчиков она добавит основательности моим потусторонним изысканиям.

Было опасение, что могу здесь встретить каких-нибудь бомжей или, того хуже, каких-нибудь сатанистов, проводящих свои обряды — надписи на стенах соответствующего толка я приметил ещё днём, однако судьба была ко мне благосклонна, избавив от ненужных знакомств.

Зато я получил то, что хотел. Прежде всего шаги, которые я услышал на нижнем этаже в дыре в полу. А потом удар! Удар в конце коридора, будто упало что-то тяжелое. И все эти звуки зафиксировала моя камера, и мало того, измеритель ЭМП показал реальный скачок электромагнитного поля, фиксируя присутствие эктоплазменных сущностей. Мне даже самому стало реально жутко, и я, шёпотом комментируя на камеру происходящее, с огромным трудом удержался, чтобы не дать дёру. Всё-таки это был один из тех редких случаев, когда при мне реально происходило что-то паранормальное.

Хотя, если вспомнить про зеркало — вот где паранормального было хоть отбавляй. Однако у этой паранормальности всё же имелось какое-то логическое обоснование, учитывая заложенный в создание артефакта венецианским мастером технический момент. Методом ли тыка или действительно он сумел рассчитать какие-то вибрации энергетических полей (или на чём там зиждилась механика работы портала), но машина времени реально работала. Без всякой мистики, как и положено обычному механизму, только в данном случае исполнявшему необычные функции.

Домой я вернулся уже под утро, на вызванном по приложению таксомоторе. Половину воскресенья отсыпался, вторую половину — монтировал видео. Ближе к полуночи только выложил в сеть и, дождавшись первых просмотров и комментов, снова отправился на боковую.

За неделю до очередного полнолуния, а именно в День всех влюблённых, у меня зазвонил телефон. Звонила не кто иная, как Маруся Ге, с которой мы обменялись номерами во время нашей последней встречи. Моё сердце, как пела группа «Сплин», остановилось, отдышалось немного и снова пошло.

— Ваня, привет!

— Привет! С Днём всех влюблённых!

— Ах да, я и забыла, что сегодня День святого Валентина… Представляешь, заработалась. Ну и тебя тоже поздравляю, раз уж такое дело, — фыркнула она.

— Может, по этому поводу посидим где-нибудь? — стараясь не выдать робости в голосе, предложил я.

— Я бы с радостью, но у меня сегодня встреча с издателем, так что… Но у меня есть предложение поинтереснее. Как ты смотришь на то, чтобы в эту субботу нам с тобой снова встретиться?

Внутри меня что-то дрогнуло. После некоторой паузы, которая могла показаться двусмысленной, я нашёл в себе силы достаточно бодро ответить:

— В целом