Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

– И? – перебил я ее, смотря в синие, словно океан, глаза.

– И я должна вам их вернуть…

– Кто такое сказал? – недовольство росло все сильнее.

Почему-то был неприятен тот факт, что она не хочет принимать мою помощь.

– Прекратите уже, – юная графиня сжала губы, моментально теряя все свое равнодушие и становясь той вчерашней Роланой, готовой надрать задницу любому, кто встал у нее на пути. – Просто заберите и закончим на этом!

В девичьих глазах появились искорки недовольства. Сдаваться она не собиралась.

– А если я не хочу… – сорвалось внезапное с моих губ, отчего девушка замерла, смотря настороженно. – Не хочу заканчивать…

Ответить она не успела и, как мне показалось, оно к лучшему, так как ничего хорошего я точно не услышал бы. В обеденную залу вплыла довольная бабуля, а за ней и слуги с подносами. Она что-то говорила Ролане, а та с добродушной улыбкой отвечала ей. А я… Я едва мог дышать, осознавая, что впервые в жизни признался девушке в своей симпатии.

– Лимар рассказал, как вы вчера заступились за мальчика, – начала беседу моя старушка.

Графиня кинула на меня вопросительный взгляд, будто уточняя, что именно я рассказал.

Отрицательно мотнул головой, дав понять, что не все.

– Да, – смущенная улыбка тронула уста девушки, скромно присевшей на край софы по приглашению бабули, – день был насыщенным. Лорд Уинс Оун мне так помог. Если бы не он…

– Этого у Лимара не отнять. Он с детства бросался на защиту униженных и оскорбленных, – одобрительно кивнула моя старушка. – Хорошо, что вам удалось спасти мальчика от наказания. И как только у того лавочника совести хватило обречь его на столь пугающую участь?! Это же ребенок! – фыркнула она.

Сейчас бабуля была так сильно похожа на вчерашнюю Ролану. Даже слова ее повторила.

– Вы правы, – вздохнула девушка, делая глоток чая, – и это самое печальное, что за таких, как Льюис, заступиться некому. Я не хочу думать о плохом, но мысли не дают покоя. Мне больно от того, что некоторым детям не удалось доказать их невиновность и… – голос Роланы прервался и она поджала губы. – Прошу прощения за свою несдержанность, – склонила она голову, не спеша ее поднимать.

– Тот район, где живет Льюис, – заговорил я, нарушая повисшую тишину, – действительно ужасен. Детям там не место, как и в семьях, где на них поднимают руку и не только ее.

– Было бы здорово, – вздохнула графиня, – будь в нашем мире место, где они могли бы получить помощь и защиту. Считаю неправильным то, что дети скитаются по улицам, воруя.

– Хм, – хмыкнула бабуля. – Продолжай, – попросила она Ролану.

– Понимаете, – начала осторожно девушка, – я считаю, что дети брошены на произвол судьбы. Если они не нужны своим родителям, то чужим и подавно. Они голодают, спят на чем придется и где придется, а потом вырастают озлобленными на весь мир, совершая жестокие поступки…

Ролана все говорила и говорила, а бабуля внимательно ее слушала.

Видел, как моя старушка сосредоточена, как ее затянула эта тема. Повторюсь, у нее с Роланой, как оказалось, много общего.

– Как считаешь, – посмотрел я на бабушку, лицо которой было взволнованным, будто она что-то хаотично обдумывала, – даст ли его величество одобрение на защиту таких детей, как Льюис?

Ролана моментально устремила на меня взгляд своих синих глаз, волнующих душу.

– Я считаю, – бабуля на пару секунд замолчала, – что попробовать можно. Но, – она вскинула указательный палец в воздух, – ты хоть понимаешь, какая это ответственность? Столько сил придется вложить. Я, конечно, всегда буду на твоей стороне, но самое сложное и основное ляжет на твои плечи, Лимар. Справишься ли ты?

– Справлюсь, – улыбнулся я, смещая внимание на Ролану, дыхание которой было заметно учащенным. – У меня есть та, кто поддержит мои начинания. Я же прав, леди Мэй Лин?

27. Ты ответишь за то, что совершила!

Ролана

Не ожидала, что чаепитие получится таким.

Честно скажу, думала, буду вся как на иголках, что не избавлюсь от ощущения, будто нахожусь на проверке детектором лжи. Инесса меня так напугала, считая леди Сильвию Уинс Оун своенравной женщиной, одним взглядом которая может поставить на место любого. Вот только, познакомившись с ней, я придерживалась иного мнения. Лично для меня эта аристократка, несмотря на свой высокий статус и положение в обществе, была добродушной, чуткой, понимающей и заботливой. Не наблюдалось в ней высокомерия, по крайней мере я не увидела его. Она сопереживала, когда я рассказывал о Льюисе и других детях. Ей действительно было не все равно, что поразило до глубины души. Но больше всего меня впечатлило то, что Лимар решил заняться защитой детей. Я была настолько удивлена, что на время потеряла дар речи, а моя благодарность к этому мужчине, пусть и совсем немного, но все же переросла во что-то большее. Я согласилась поддержать сына герцога и помочь ему в этом деле, на что его многоуважаемая бабушка довольно кивнула, как-то хитро улыбаясь.

Сидя в экипаже, возвращаясь в поместье, я обдумывала услышанное, избегая воспоминаний, когда Лимар отказался брать монеты, проливая свет на свою симпатию ко мне.

Что почувствовала в тот момент, глядя в карие глаза мужчины, в которых виднелись золотые крапинки? Не могла точно сказать. Да и не хотела развивать эту тему, если честно. Он вроде неплохой парень, столько сделал для Льюиса и не рассказал своей бабушке о моей мнимой простуде, но все же я не спешила падать в его объятия. Интрижки мне ни к чему, а в "долго и счастливо" с ним я не верила. Он сын герцога, наследник своего отца, приближенный короля и внук одной из самых влиятельных дам этого государства, а я… Дочь графа, который родился простолюдином. Пусть я и пришла сюда из другого мира, пусть мало что пока о нем знаю, но мне хватало понимания, что отец Лимара, дабы сохранить положение в обществе, никогда не позволит своему единственному сыну связать жизнь с графиней, в чьих венах течет кровь простого человека. У меня имелся титул, но семья не была знатной.

Не желая думать об этом, тряхнула головой, представляя, как мысли разлетаются в разные стороны. Стало