Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Вчерашний вечер был полон эмоций. Я, бабуля и Инесса выбирали комнату для Льюиса, в которой в самое ближайшее время собиралась все заменить и изменить. Ребенок, осознавая, что у него будет свое место, свой маленький мирок, долго не верил, несколько раз спрашивая, точно ли это теперь принадлежит ему.

Наблюдая за ним, как блестят его выразительные глаза, не могла не отметить с печалью, что мальчонке придется восстанавливаться после пережитого, ведь с самого рождения он не жил, а, можно сказать, существовал. Успокаивало лишь то, что для детей все забывается куда быстрее, нежели для взрослого. Поэтому я верила, что спустя недолгое время этот мальчик станет другим, избавляясь от печальных, травмирующих психику воспоминаний.

В планах сегодня было взять Инессу и отправиться вместе с ней за покупками. Столько дел ожидало моего внимания: заказать новую мебель для ребенка, приобрести ему одежду, вещи личной гигиены, игрушки. Хотелось сделать настоящую детскую, увидев которую Льюис бы пораженно хлопал глазами, а потом кинулся обниматься, переполненный радостью.

Еще требовалось нанять стражу и слуг, не забывая про садовников и кучера с экипажем. К слову, экипаж, как оказалось, у нас имелся, а вот лошади… Тетка и их продала, гадина такая!

Все вышеперечисленное для меня было ничем иным, как приятными хлопотами и я не могла дождаться, когда уже приступлю к выполнению задуманного. Вот только присутсвовало кое-что, что беспокоило, омрачая предстоящую глобальную закупку – лекарь до сих пор так и не объявился. Не знала, сколько по времени займет выполнение его обещания, оставалось лишь надеяться, что совсем скоро бабуля получит документ, в котором будет законом прописано, кто именно теперь является моим опекуном. После того как необходимый акт окажется у нас на руках, тетка и ее дочурка отправятся в места лишения свободы или, как у них здесь называется тюрьма, центр задержания. Действовало на нервы то, что две слишком ушлые родственницы были заперты совсем неподалеку. От них хотелось как можно скорее избавиться, не в криминальном смысле этого слова.

Экипаж въехал в распахнутые ворота моих земель, отчего я невольно поморщилась, ощущая, что напрягает отсутствие охраны.

– Ничего! – кивнула сама себе, поджимая губы. – Вот сейчас заберу Инессу и первым делом направимся решать проблему с защитой территории.

– Ох! Вернулась! – встревоженно вздыхала бабуля.

Стоило только переступить порог дома, как она тут же накинулась на меня с расспросами.

– Ну как прошло чаепитие? Все хорошо? Тебя не обижали?! Клянусь богами, если эта леди хоть одно гнусное слово сказала, я ей…

– Не стоит так беспокоиться, – улыбнулась я в ответ, осторожно касаясь руки старой госпожи, сжимая ее. – Леди Сильвия Уинс Оун потрясающая женщина!

– М-да? – бабушка скептически прищурилась. – Прям такая уж потрясающая? – фыркнула она.

– Что? – осторожно заговорила Инесса, в глазах которой читалось беспокойство. – Правда?

– Истинная! – со всей серьезностью кивнула я, улыбаясь еще шире. – Мне столько всего вам нужно рассказать, но это потом, после того как вернемся с рынка. А где Льюис? – моя улыбка моментально сошла с лица, а сердце забилось чаще.

– Спит, – поспешила успокоить меня бабуля. – Как только ты уехала, он загрустил. Пришлось мне… ох… – схватилась за поясницу пожилая женщина, – вспомнить молодость.

Инесса, не сдержавшись, хихикнула

– Старая госпожа играла в догонялки, – шепнула девушка.

– Серьезно? – хохотнула я в ответ.

– Не смотри, что мне семьдесят три года! – хмыкнула бабуля. – Я еще на многое горазда! Спину, правда, прихватило, – тут же скривилась она, – зато ребенок набегался, наелся и уснул.

– Спасибо тебе, – слетели слова с моих губ. – Спасибо, что поддержала и не отвернулась от меня…

– Ну что ты такое говоришь? – возмутилась бабушка. – Ни разу не было такого, чтобы я заняла не твою сторону! Аж обидно!

И вновь тревожащие мысли нахлынули, а страх, что эта женщина отвернется от меня, узнав правду о своей покинувшей свет внучке, стал в разы сильнее. Мне так нравилось, что бабушка, пусть и не родная, поддерживает и защищает. Я не хотела это терять. Всю свою жизнь не знала ни любви, ни ласки, сталкиваясь только с обвинениями, оскорблениями и тумаками, как и с постоянно преследующим меня чувством ненужности. И сейчас… Сейчас я до дрожи в коленях боялась, что вместо той любви, что плескалась в глазах пожилой женщины к своей внучке, увижу презрение и холод.

– Я присмотрю за Льюисом, а вы поезжайте, – заверила со всей серьезностью бабушка. – У мальчонки вообще одежды нет, – покачала она головой.

– Вот с нее и начн… – кивнула я, не успев договорить, так как в парадные двери кто-то громко постучал.

– Какого черта? – нахмурилась бабуля.

– Именем короля! Откройте дверь!

– Стража! – испуганно ахнула Инесса, широко распахнув глаза.

– И что им здесь нужно? – задалась я вопросом.

Не знала, по какой причине они явились сюда.

«Из-за Льюиса? Но по закону, как сказал Лимар, покупка детей не запрещена. Из-за тетки и ее истеричной дочери? Но как они узнали? Эти две профурсетки заперты».

Не желая гадать, тем более дверь опять сотряслась от натиска стражников, я поспешила разобраться в ситуации, нутром предчувствуя неладное.

Резко распахнув дверное полотно, уставилась на трех рослых мужчин, в руках у которых наблюдались поблескивающие в солнечных лучах мечи.

– Это она! – раздался знакомый и в то же время омерзительный голос. – Она что-то сделала с моей сестрой!

Чуть сместив взгляд, заметила нервно топчущегося Бельмона, лицо которого, что не показалось, стало еще отвратительнее.

– Что происходит, господа? – вскинула я брови, стараясь не реагировать на грохот своего сердца.

«У него нет доказательств! Он ничего не знает!»

– Леди, – соблюдая приличия, склонил голову стоявший по центру страж, – этот мужчина утверждает, что его сестра и племянница находятся в опасности по вашей вине.

– Что? – наигранно вскинула я брови.

– Не притворяйся, мерзавка! – затрясся Бельмон, напоминая желе, которое потревожили. – Она прислала мне письмо! – он вскинул руку, махнув листком в воздухе. Тем самым, что ему отправила Инесса.

– И? – я прекрасно знала его содержимое. Ничего такого, что могло бы вызвать подозрения, поэтому стало немного спокойнее. – Вы сами это письмо читали? – обратилась я к стражникам. – Там написано о расторжении помолвки, между мной и