Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

– Мой король, после гибели знаменосца и командира, – начал он с достоинством, – я принял решение взять всё в свои руки. Несмотря на недовольство некоторых, – он сделал паузу, – особенно одного… нечеловека, мне удалось удержать доверенный мне участок и одержать победу.

Витерий слушал с недоверием. Руфус? Блестящая победа? Он никогда не славился храбростью или талантом. Как ему удалось взять на себя руководство? Король не заметил, что на Руфусе – ни царапины. На плаще ни единого следа крови, кожа чистая, движения уверенные, будто Руфус вообще не стоял в самом пекле боя.

Однако король задумался всерьёз, когда Руфус добавил:

– Я не настаиваю на награде, но человеком, спасшим нашу победу, был я.

Витерий колебался. Но он решил поверить Руфусу, потому что так было удобнее.

В это время Рэйшен возвращался из палатки лекарей, где оставил своих друзей. Он был измождён, окровавлен, но жив. И первым делом услышал, как Руфус расписывает перед свитой своё «героическое» командование.

Дроу безрадостно рассмеялся. Он сумел прорваться к королю, несмотря на протесты стражи. Его глаза горели яростью, голос был полон неприкрытого презрения:

– Да ты даже не стоял на том участке, когда всё пошло не так, – бросил он, подходя ближе. – Это Квэддо руководил боем. Он был тяжело ранен, защищая вашу победу. А ты где был, трус?

Витерий замер на месте. Какая дерзость! Как смеет этот безродный дроу говорить такие речи в лицо самому королю!

А Рэйшен продолжал, не обращая внимания на королевский гнев:

– Ты хочешь знать, мой король, кто стал героем этого дня? Это не Руфус. Это Квэддо. Он сейчас умирает в лазарете, а этот крысёныш говорит так, будто сам вёл войско!

Витерий побагровел от гнева. Он не просто не хотел верить Рэйшену – он не мог признать, что ошибся. Особенно теперь, когда Руфус успел наговорить лишнего: будто дроу соблазнил его невесту и мечтал убрать соперника.

Однако король выслушал всё, что высказал Рэйшен. Потом ответил коротко и жёстко:

– Моё слово – закон. И я не стану менять решение из-за сплетен одного наёмника. Бери своё жалованье и уходи. Тебе больше нечего делать в моём войске.

Рэйшен не просил, не унижался. Только поклонился – чуть насмешливо, так, что его светлые волосы метнулись по земле – и ушёл, не оглянувшись.

Арлан Колле видел всё это. Он замечал, как Руфус, рассказывая свою историю, каждый раз менял детали. То говорил, что принял командование сразу после гибели знаменосца, то, что сначала советовался с другими офицерами. Ложь сквозила во всём. Но Витерий не желал слышать правду. Он упрямо цеплялся за свой выбор, боясь выглядеть глупцом.

Арлан попытался поговорить с Римардо. Генерал понимал, что происходит, но лишь покачал головой:

– Я не пойду против воли короля.

И Арлан понял: Римардо слишком высоко поднялся, чтобы рисковать этим ради правды.

Так Руфус получил титул барона и управление захваченной провинцией. Витерий, чтобы сохранить лицо, лишил его права наследования – будто бы в знак осторожности. Но Руфус был слишком счастлив, чтобы замечать такие детали. Он уехал в свои новые владения, оставив за спиной грязь прошлого.

Король и его двор триумфально вступили в столицу новоявленного королевства. Песни, хвалебные речи, изысканное вино… Победители писали удобную для себя историю.

А Рэйшен остался стоять у края лагеря, возле полевой палатки, где боролись со смертью его друзья. Он не мог просто уйти.

На вкус победу пробовали одни, а платили за неё другие, те, кто её не просил.

Но таковы правила. И таково слово короля.

[1] Теркада – так в этом мире называется месяц, состоящий из 30 дней.

Цветок на продажу

Цветы, что расцветают в пепле войны, не знают запаха чести.

Неизвестный эльфийский философ

Талула ехала к городу, который отстраивался заново после войны. Улицы ещё хранили следы огня и крови, но жизнь уже пробивалась сквозь развалины, как сорняки сквозь камни. Она знала, что этот город станет сердцем провинции, а управлять им будет Руфус, её верный поклонник, ныне новоиспечённый барон Жадвильский. Он собирался назвать город Жадвилем, в честь себя, разумеется. Руфус рассказал ей об этом в одну из ночей, проведённых вместе.

Сейчас Руфус был женат на дочери какого-то ремесленника, оказавшего неоценимые услуги армии. Впрочем, Талулу это не волновало. Главное, он обещал покровительство, и она знала, как использует это обещание. Руфус немало удивил её, когда рассказал, что король пожаловал ему баронство за героизм и мужество в решающей битве. Талула точно знала, что Руфус – изрядный трус и бахвал, героизм он смог проявить, лишь высунувшись из кустов, в которых всё время отсиживался.

Настоящее мужество проявили Рэйшен (о котором Талула даже слышать не хотела) и его приятели, Квэддо, Харлен и солдат по имени Акилла. Они приняли командование на себя после гибели командира, удержали солдат от бегства и смогли переломить ход сражения. После битвы было не счесть тяжёлых раненых. И среди них – друзья Рэйшена. Дроу тоже был изранен, но нашёл в себе силы вытащить их из-под мёртвых тел и довести до лекарей, словно отказываясь подпускать к ним смерть.

Руфус со смехом говорил Талуле, что, как только эти идиоты скрылись с глаз долой, он немедленно подошёл к королю и доложил о победе так, будто самолично одержал её. И, похоже, глупец Витерий поверил, хотя Руфус не имел ни единой царапины. Вот так Руфуса наградили баронством, за заслуги перед отечеством. В тот день король пожаловал титулы многим, тем, кто отличился в последней битве. Генерал Римардо, к примеру, стал графом. Ну, он-то заслужил, в отличие от Руфуса.

– А ты не боишься, что король узнает правду и накажет тебя? – спросила Талула, хотя уже знала ответ.

– А кто ему скажет? – со смехом ответил Руфус. – Разве что этот дурак Рэйшен осмелится…

У Талулы на миг замерло сердце. Да, Рэйшен мог осмелиться на любой дерзкий поступок. Но теперь дроу был где-то далеко, а Руфус – рядом, живой и довольный собой.

– Да только король не стал его слушать, – продолжил молодой барон, – потому что я успел пожаловаться, дескать, дроу-негодяй пытался совратить мою невесту, а теперь наговаривает на меня из-за своей дровской натуры! Витерий выгнал его взашей! А остальные валяются без