Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Да не вопрос, — пожал я плечами. — Нам двухместный и одноместный.

— Мариночка, мое предложение еще в силе, — немедленно подмигнул девушке толстяк. — Заодно и экономия выйдет.

— Не бедствую, — отрезала Марина.

— Кирилл Ефимович, — одернул компаньона торговец, — давай к делу…

— Номера какие — люкс или обычные? — уточнила замученного вида тетка-администратор, просматривая в свете настольной лампы журнал регистрации.

— А чем они отличаются?

— В люксе умывальник есть.

— А удобства? — забеспокоился Напалм.

— Душ и туалет на этаже.

— Тогда обычные, — сказал я, рассудив, что за один умывальник переплачивать нет никакого смысла.

— И правильно, — одобрил мой выбор Михаил Григорьевич. — Мы вот сауну закажем на вечер.

— Присоединяйтесь, Мариночка, — вновь не сдержался Кирилл Ефимович. Глазки толстяка так и блеснули, но у меня неожиданно возникло впечатление, что для него это все какая-то своеобразная игра. Словно не так прост этот толстяк, который и не толстяк на деле вовсе, а скорее запустивший себя тяжелоатлет.

— Слава богу, есть с кем в баню сходить, — фыркнула рыжая и спросила у администратора: — Еще свободное время осталось?

Тетка понимающе вздохнула, достала из верхнего ящика стола другой журнал и предложила:

— Сауна с комнатой отдыха и душем. Пять рублей золотом час. Будете заказывать?

— На три часа, — выложил я на стол империал. — Продлить можно будет?

— Хоть до утра.

— Замечательно.

— Подъем завтра в шесть, — предупредил Михаил Григорьевич.

— Ясно, — кивнул я, забирая ключи, на примотанных к которым обычной проволокой бирках из оргстекла были неровно вырезаны закрашенные синей краской цифры.

— Второй этаж, — подсказала тетка. — Двадцать четвертый — одноместный.

— Понятно.

— И на ужин не опаздывайте!

— Хорошо.

Я протянул Марине ее ключ и, подхватив сумку, зашагал к лестнице. Проснувшаяся в тепле боль неожиданно сильно кольнула под левую лопатку, и не сбиться с шага удалось с превеликим трудом. Подниматься на второй этаж и вовсе пришлось, судорожно стиснув зубы, но потом неприятные ощущения прошли сами собой. Только вот боюсь — ненадолго.

Номера ожидаемо оказались разделенным на две части гипсокартонной перегородкой классом. Мне с Напалмом выделили закуток побольше, Марине — поменьше. Ну и кроватей в нашу комнатушку пару штук запихнули. В остальном — отличий ноль.

Ничего страшного — в тесноте, да не в обиде, как говорится. Нам тут светские рауты не устраивать. А вот что не помешало бы, так это электрическое освещение: висевший над входной дверью алхимический светильник, по человеческим меркам, находился в глубокой старости, поэтому изучать номер пришлось чуть ли не на ощупь.

В очередной раз потерпев поражение от тугих пуговиц, я в сердцах выругался и отправился на поиски санузла. Там, заткнув слив какой-то тряпкой, наполнил раковину теплой водой и несколько минут морщился от боли, отогревая занемевшие кисти рук. Кое-как приведя себя в порядок, вернулся в номер, кинул на кровать дубленку и разулся. Потом натянул сухие носки, сменил теплые штаны на обнаруженные в сумке джинсы и, обувшись, нехотя поднялся на ноги.

Сейчас по-хорошему спать бы завалиться, но чем-нибудь горячим закинуться все же не помешает. А значит, придется топать на ужин. Да и сауна заказана опять-таки.

Я вышел к дожидавшемуся меня в коридоре Напалму и, застегнув мастерку, усмехнулся:

— Ну вид у тебя!

— Нормальный вид, — фыркнул пиромант, заправляя черную футболку в кожаные штаны. — Чего не нравится?

— Не замерзнешь?

— Вот еще! — буркнул парень и обернулся к запиравшей свой номер Марине. — А мне всегда казалось, что девушки не умеют так быстро собираться.

— Можно подумать, у меня есть из чего выбирать! — печально вздохнула рыжая, нарядившаяся в светлый брючный костюм и легкие сапожки. На плечо она закинула ремень небольшой сумочки и выглядела ничуть не хуже, чем обычно.

Будто и не тряслась весь день в санях на морозе…

— Когда это вас останавливало? — удивился Напалм и подтолкнул меня к лестнице. — Идемте уже, а то без нас все съедят.

— Ты хоть знаешь, куда идти?

— По запаху найдем, — шмыгнул носом пиромант. — Если Ефимович успеет раньше, придется голодными спать ложиться.

— И не говори, — поддакнула ему Марина. — Как же он меня задрал уже!

Но первыми заявиться на ужин у нас, разумеется, не получилось. Когда вошли в просторное помещение, сплошь заставленное длинными столами, там уже оказалось полным-полно народу.

— Вон они! — указал Напалм, разглядев знакомые лица в дальнем углу освещенного моргавшими под потолком электрическими лампочками зала. — Пошли места занимать.

Добравшись до выделенного нашей компании стола, мы уселись поближе к камину и начали глотать слюну, дожидаясь разносивших подносы с тарелками официанток.

— Так понимаю, выбор тут ограничен? — спросил я у сидевшего напротив Константина.

— На первое уха, на второе макароны с рыбными котлетами. Речка у них тут недалеко, вот и готовят всю неделю рыбу.

— А компот? — встрепенулся Напалм.

— И компот, — кивнул начальник охраны. — Или чай. Кому что больше нравится. Вы наливайте, наливайте.

— О! — обрадовался пиромант, только сейчас обратив внимание на стоявшие на столе чайники и окруженные пустыми кружками кастрюли. — Кто что будет?

— Мне чай, — попросил я и поежился. Столько уже в тепле, а никак согреться не могу. Скорее бы в баню… — И что, завтра прямо с самого утра выезжаем?

— Видно будет, — как-то очень уж уклончиво ответил Константин.

— В смысле? — удивился Напалм. Он налил себе и Марине компота и кинул черпак обратно в кастрюлю. — А как же подъем в шесть утра?

— Подъем в шесть утра, — подтвердил начальник охраны. — Но выедем, только когда с местными об охране договоримся. У меня половина людей выбыла, да и колдун тут останется.

— А ничего, что ваши водочку употребляют? — удивилась Марина, заметив, как смурные охранники разливают по стаканам беленькую.

— Сегодня можно, — поморщился Константин. — Пусть парней помянут.

— Это точно, — кивнул Напалм.

Тут симпатичная девица в коротеньком платьице принесла поднос с пустыми тарелками и кастрюлей, и, разумеется, к ней немедленно начал клеиться Кирилл Ефимович.

— "Вишь, что старый хрен затеял: хочет жать там, где не сеял!" — немедленно прокомментировал увиденное пиромант.

— Так ты еще и русской словесности знаток, а не только матерных частушек? — удивилась Марина.

— Это что! Я еще и крестиком вышивать умею, — самодовольно улыбнулся парень. — А вот дядя зря старается, тут ему ничего не обломится.

— Он всегда у вас такой? — кивнул я на тучного торговца и осторожно отпил горячего и на удивление сладкого чая. По телу мягкими волнами разошлось тепло, и понемногу начала накатывать накопившаяся за день усталость.

Э-э-э нет! Рановато еще на боковую отправляться.

— У всех свои недостатки, — нейтрально заметил Константин и передал мне тарелку с ухой.

Я передвинул суп Напалму, а тот немедленно отправил его Марине.

— Вы такие