Чайный бунт - Кейси Блэр

лица, а одежда скроена так безупречно, что богатство его нельзя не признать. Прищурившись, я рассматриваю, как он одет: не так сдержанно, как можно было ожидать от птицы его полета. Значит, либо он недавно обогатился, либо хочет привлечь к своему статусу внимание тех, кто сам бы не догадался.

– Я созвал сегодня совет, – произносит Кустио так обыденно, что это пугает, – чтобы представить нашему городу мага Остарио. Мы все будем способствовать ему в решении официальных вопросов.

Я поднимаю брови, взгляд мечется к Остарио – успеть углядеть реакцию на сказанное. Но тот лишь склоняет голову к Кустио и говорит:

– Я ценю вашу поддержку и рад приветствовать жителей города. Постараюсь отрывать вас от дел как можно реже.

Энтеро шепчет мне:

– Кустио не знает, что расследует Остарио, и злится, что тот имеет наглость не сообщать.

Я киваю. Тоже об этом подумала.

– Я бы хотел обсудить с жителями еще один вопрос, – говорит Кустио Остарио. – У мага вашего уровня наверняка есть дела поважнее.

Остарио отвечает:

– Отнюдь, на мой взгляд, будет не лишним получше узнать как город, так и заботы его жителей.

– Тогда приму за честь приветствовать такого выдающегося мага в составе нашего совета, но разве это не помешает вашим планам?

Остарио оглядывает его:

– Я приехал не за тем, чтобы совать нос в дела, которые меня не касаются.

Я сжимаю кулаки и раздраженно шиплю.

– Что такое? – спрашивает Дэниел.

– Кустио все продумал, – шепчу я. – Если бы Остарио ушел, он бы испортил впечатление о себе, и народ вряд ли стал бы ему помогать. Если бы он отказался заседать, обратил бы против себя членов совета, но он согласился, и теперь кажется, что Кустио заручился поддержкой сильного мага под покровительством власти. – Я трясу головой. – Остарио наверняка это предвидел, но поддался.

– Тише, – шикает Энтеро. – Начинается.

– Мой коллега, – обстоятельно начинает лорд Кустио, – уведомил меня, что на последнем заседании, которое я, к сожалению, был вынужден пропустить, были подняты определенные вопросы.

Меня сверлит взглядом советник, с которым я тогда вступила в перепалку.

– Так и знала, что он по мою душу, – негромко говорю я Энтеро.

– Он попытался что-нибудь разузнать, – бормочет Энтеро. – Но ничего не нашел.

Я кошусь на него:

– Ты уверен, что это входит в твои рабочие обязанности?

– Могу расширить их ради небольшого вознаграждения, – шутит Энтеро. – Но только когда выясним, зачем он притащил сюда Кустио. Сам ведь он ничего не смог.

– Я хотел преображать Сайерсен постепенно, – говорит лорд Кустио. – Всем вам уже довелось ощутить, какие грядут положительные изменения. Я хотел дать людям время привыкнуть, но теперь считаю, что не стоит тянуть и испытывать ваше терпение. Возможно, пришло время ускорить процесс. Не думаете, что так всем будет легче?

В зале поднимается гомон, Кустио оглядывает аудиторию с явной угрозой во взгляде.

А Дэниел притих и задумчиво смотрит прямо перед собой. Потом говорит:

– Он не может так поступить. Слишком многие высказались против его плана.

Кустио взмахивает рукой, на сцену выходит безымянный помощник и, кланяясь, начинает раздавать членам совета какие-то бумажки.

Должно быть, одна из советниц думает так же, как Дэниел, потому что робко произносит:

– Лорд Кустио, даже если это и лучший способ, потребуется немало времени и усилий, чтобы получить все необходимые разрешения…

Увидев перед собой лист, она замолкает.

– Я с удовольствием переплачу, чтобы ускорить процесс, если так мы можем сделать Сайерсен лучше, – говорит Кустио. – Но, как видите, я не считаю, что это необходимо.

– Я… прошу прощения, лорд Кустио. – Она сглатывает. – Я не знала, что вам принадлежит право владения такой большой долей города. Эти документы уже прошли все стандартные проверки?

– Не бойтесь, советник, ваша канцелярия ничего не упустила, – мурлычет Кустио. – Все проверки скоро окажутся на вашем столе.

Кто-то из зала кричит:

– Какой долей?

Советница пробегает взглядом по документу.

– Согласно указанному здесь могу предположить, что около семидесяти процентов. Лорд Кустио, верно ли это?

– Семьдесят? – беззвучно ахает Дэниел. – О духи, нет!

– Откуда у него столько денег? – с недоверием спрашиваю я.

Дэниел закрывает глаза:

– Я думал, люди сопротивляются, чтобы сдерживать его аппетиты, но, видимо, этого недостаточно. Богатым, Мияра, многое сходит с рук. У них всегда есть источник нелегального дохода, и никто не станет проверять, откуда у них лишние деньги. Если бы я позволил себе подобные траты, то власти сразу обратили бы внимание.

Я качаю головой и перебиваю его:

– Я не спорю, Дэниел, но сумма, о которой идет речь, слишком велика. Так просто ее не скрыть. Энтеро, ты знаешь…

– Я проверял, нет. – Он качает головой. – Кустио точно воплощает в жизнь какой-то план, однако делает это очень осторожно.

Его неосведомленность поражает. Как же быстро я привыкла, что он в курсе всех подводных камней. Я понимаю, что в этом нет логики, ведь раньше я не ожидала таких знаний от своих охранников. Но Энтеро с его навыками, он… другой.

– Что это за план? Что он собирается делать?

– Он очень осторожен, – повторяет Энтеро. – Мне нужно время, чтобы подобраться к нему ближе, а ваша жизнь важнее.

В его словах звучат ноты досады, и я отворачиваюсь. Я все больше и больше убеждаюсь в том, что по крайней мере для Энтеро я обуза. Обязанности моего телохранителя мешают ему не только завести личную жизнь, но и в полной мере раскрыть свои способности.

В беседу вступает другой советник:

– Людям естественно переживать о том, как их коснутся подобные перемены. Нам следует удостовериться, что мы ответили на все вопросы.

Стопорит дело. Извините меня, духи, но как же я благодарна умению совета уклоняться от принятия решений на таких заседаниях.

– Советник, я трачу свои личные деньги, чтобы улучшить условия жизни в Сайерсене, – говорит Кустио. – Неужели меня следует порицать за эту щедрость? Разве это справедливо?

Зритель в ближнем ряду вскакивает с места, все затихают. После многозначительной паузы Кустио изволит обратиться к нему:

– Гражданин хочет что-то добавить?

– Да, ваша милость, хочу, – отвечает старик. – Много кто здесь доволен своей жизнью, а вы хотите навязать им перемены против их воли. Поймите же…

– Если народ считает плохие условия приемлемыми, это не значит, что можно позволять ему в них жить, – отсекает Кустио.

– Но что, ваша милость, делать с теми, кто не может позволить себе жить согласно вашим стандартам?

Кустио вздергивает брови:

– Если кто-то не желает жить как остальные, он может отправиться в другое место. Сайерсен стремится вывести своих граждан на новый уровень качества жизни. И тех, кто выступает против этого, нельзя назвать истинными сайерсенцами.

Чтобы после его речи не осталось недопониманий,