Чайный бунт - Кейси Блэр

– У вас есть еще вопросы, гражданин? – спрашивает Кустио.

– Нет, ваша милость, – отвечает старик. – Я хорошо вас понял.

– Он доит весь город, – выдыхаю я и обращаюсь к Энтеро: – Ты можешь доложить об этом?

Тот очень мрачен:

– Да, но в ближайшее время помощи ждать не стоит, ведь я здесь на неофициальном задании. Я проверял: и Кустио, и дом Тарезимов чисты. А без состава преступления корона не может начать расследование.

Я закрываю глаза:

– И поскольку он представитель знати, власти Исталама взорвутся оттого, что корона ополчилась на него без причины. Духи…

– Как бы вы поступили, если бы не оставили… семью? Вы бы смогли помочь? – спрашивает Энтеро.

Если бы осталась принцессой.

Я смотрю на свои сжатые кулаки и впервые сомневаюсь в выбранном пути. Не знаю. Не знаю, что бы я могла или хотела бы сделать. И это своего рода ответ.

Я вдруг понимаю, что Дэниел смотрит на меня очень пристально, хотя и не знаю почему.

– Слишком поздно об этом думать, – наконец отвечаю я. – Я сделала выбор. Придется искать выход, отталкиваясь от того, кто я есть сейчас. – Я смотрю на Дэниела. – Что теперь будет?

Он медленно качает головой:

– Я не знаю. Насколько я понимаю, он действует вполне законно. Некоторые советники пытались замедлить его бюрократией, но противостоять ему юридически мешает недостаток общественной поддержки. На первый взгляд его план перестройки улучшит жизненные условия тех, кому и так хорошо живется. Да и уровень недовольства низок, особенно среди тех, кому служит истальская система.

– Или они просто слишком боятся, – тихо добавляет Энтеро.

– Его главная цель – это гелланцы, а остальных он притесняет по отдельности, – говорю я, оглядев зал. – Вот почему им сложнее сплотиться.

– Люди не так глупы, чтобы не замечать, что он творит, – отвечает Дэниел. – Но пока их это не касается, им будет все равно.

Можно ли изменить это, пока не стало слишком поздно? Напоминает проблему Талмери, увеличенную в несколько раз: ей нужен не просто подавальщик чая, ей необходимо в корне изменить подход к делу, чтобы противостоять натиску Кустио.

По мнению Дэниела, разные сообщества Сайерсена годами взращивали в гражданах дух содружества, но, несмотря на их усилия, для противостояния Кустио этого недостаточно. Сайерсенцы, может, и вполне сформированное сообщество, но не станут заботиться о мечтах и бедах своих соседей.

Я наблюдаю за тем, как спорят советники и зрители. Дэниел оказался прав: многие поддерживают политику Кустио.

Но и Энтеро не ошибся. Люди боятся, и не без оснований. Стоит им лишь возразить ему, Кустио ополчится на несогласных, и никто не придет им на помощь. Разве что все они объединятся против него.

Могу ли я объединить их?

Задаю вопрос и тут же понимаю, что не могу.

Я еще не стала в Сайерсене своей, по-настоящему своей, а чужачке не удастся собрать вокруг себя народ. Если на это кто-то и был способен, наверняка Кустио уже позаботился о его устранении.

Но что могу сделать я?

– Энтеро, – окликаю я его.

– Мне не нравится ваш тон, – говорит он. – Что вы делаете?

Он спросил не что я хочу сделать, а что уже делаю.

– Что, если я сделаю из себя мишень? – спрашиваю я.

– Что?! – Дэниел резко оборачивается.

Я улыбаюсь ему:

– Помнишь, я говорила, что хочу ходить на заседания, чтобы понять, где могу пригодиться и чем могу помочь?

– Мияра, а можно, пожалуйста, подробнее? – терпеливо спрашивает Энтеро. – Какую именно мишень?

– Мозолящую глаза, – отвечаю я. – Такую, которую так просто не сбить.

– Хм, предлагаете тактику отвлечения внимания, – задумчиво произносит он. – Хотите вызвать огонь на себя.

– И привлечь внимание, – добавляю я.

– Да, по моему экспертному мнению, идея ужасная. – В его тоне сквозит очевидное раздражение. – У Кустио масса возможностей причинить вам вред и не меньше – выяснить, кто вы такая.

Дэниел хочет что-то сказать, но гелланец по другой бок от него с силой хватает его за руку, и мы переводим взгляды на сцену.

– Как я понимаю, на предыдущем заседании возникли некоторые вопросы, – говорит лорд Кустио, буравя взглядом сектор гелланцев, а точнее – Дэниела. – Есть ли сегодня желающие обсудить их?

Ради чего мне свобода, если не ради помощи другим?

Я встаю:

– Лорд Кустио, полагаю, вы имеете в виду мое выступление, и, поскольку вы так великодушно предложили, я действительно хочу поднять некоторые темы в вашем присутствии. Можете ли вы разъяснить, какими данными вы пользуетесь при повышении цен на аренду земли?

Остарио, сидящий на сцене, в изумлении округляет глаза.

– А, так вас не устраивают условия вашего договора аренды? – спрашивает Кустио. – И вы считаете приемлемым тратить время стольких людей на свои личные проблемы?

– Напротив, мой договор аренды меня очень устраивает, – говорю я. – И мой арендодатель очень щедр во всех смыслах. – Энтеро даже не дергается.

– Неужели? Тогда вы, полагаю, ожидаете повышение платы в ближайшее время? – спрашивает Кустио.

Какая небрежность, лорд Кустио.

– Маловероятно, мой лорд. Нас не представили друг другу, но я кандидат в чайные мастера. И я уверена, что человек вашего статуса понимает, насколько особым является мое положение.

– Я и забыл об этом, – шепчет Дэниел Энтеро. – Кустио может столкнуться с серьезными санкциями, если обнаружат, что он каким-либо образом препятствует обучению кандидата в чайные мастера или делам самого мастера. – Он замолкает. – Однако это также значит, что теперь ни один чайный мастер не сможет вступить в противостояние, раз это уже сделал кандидат.

Если им нужен чайный мастер, я сделаю все возможное, чтобы он у них был.

– Премного сожалею, – говорит лорд Кустио, – что нас не представили ранее, кандидат. Это большая честь для Сайерсена – принять вас на время обучения. Скажите же, с вашей… иной точки зрения, вы считаете, что понимаете нужды Сайерсена лучше людей, которые живут здесь много лет?

Сейчас он выпускает шипы более осторожно: чайных мастеров часто спрашивают о взгляде со стороны. И до сих пор я не осознавала выгоды положения чайного мастера в политическом смысле. Я знала, что они много странствуют, но привилегия войти в общество, оставаясь вне его, уникальна.

– Как у нового жителя города, у меня много вопросов, – говорю я. – Лорд Кустио, как вы считаете, может ли один человек, какими бы ни были его ум и намерения, решать судьбу целого города?

– Как наша королева решает судьбу всей нации, например? – парирует Кустио. – Это является давней традицией, это часть служения духам.

– Королева Ильмари правит с помощью совета, как и вы, – отвечаю я. – И я обеспокоена тем, что ваш совет, судя по всему, был не в